Савелий прислонил клюшку Клюева к перилам моста и рядом поставил пустую бутылку водки. Потом он спустился вниз к лежащему Клюеву, приподнял его и потащил к воде. «Господи, прости меня грешного — шевелил губами Савелий — не корысти ради, ради спасения людей совершаю это».
Клюев вдруг зашевелился и задергал ногами,
— Ах, ты гнида — разозлился Савелий. Он забрел в воду почти по пояс и перехватив дергающегося и мычащего Клюева за ворот погрузил его в воду. Тело Клюева забилось, ноги заколотились поверх воды и поднятые брызги вымочили Савелия с ног до головы. Он стиснул зубы и погружал Клюева глубже и глубже в воду. Тот медленно утихал не в силах сопротивляться медвежьей силе Савелия. Пошли пузыри. Тело Клюева обмякло и затихло. Савелий с трудом разжал занемевшие пальцы и оттолкнул тело Клюева на середку речушки под мост. Здесь речка подпиралась Вычегдой и течения не было.
— Быстро найдут — подумал Савелий и тяжело дыша по воде прошел под мостом и вышел на берег на его другую сторону. Здесь он сел на траву и обессилено уронил руки на колени. Он безучастно смотрел на эти руки в сырых рукавах и у него возникло острое желание вымыть их. Савелий опять спустился к воде и стал мыть руки. Он мыл их долго, с песком, с галькой, как будто стараясь стереть с них кожу, только что касавшегося тела Клюева. Наконец нервное напряжение стало спадать. Савелий ополоснул лицо, тяжело вздохнул и направился березняком к бричке. Жеребец встретил его легким всхрапыванием. Савелий снял котомку, развязал ее, достал бутылку водки и вскрыв ее опрокинул в себя. В бутылке булькало, жидкость стекала по краям губ. Опорожнив добрую половину, Савелий вздохнул и прикрыл глаза, прислушиваясь, как внутри его растекался жар. Потом он достал краюху ржаного хлеба приготовленного Марией и разломив ее, стал кормить жеребца. Тот принимал хлеб толстыми мягкими губами и его большие карие глаза внимательно наблюдали за своим временным хозяином. Савелий погладил его за шею. — Ничего брат. Все образуется. Все пройдет- но Савелий понимал, что это не пройдет, что он еще долго будет ощущать в руках дергающееся тело Клюева и в глазах будет вставать и этот мост и эта речка. Савелий истово перекрестился на восходящее солнце, отвязал жеребца, забрался в бричку и направился в обратную сторону. Жеребца подгонять не стал. Тот и так застоявшись, бежал легкой рысью. «Подсушиться бы где-то надо — подумал немного захмелевший Савелий — А то и заболеть можно». Проехав километров пять он свернул в ближайший перелесок, нашел там небольшую полянку с густой травой и пустил жеребца попастись. Костер запалить не составило большого труда и скоро, раздевшись догола, Савелий сушил сырую одежду. «Как они там — думал он об оставшихся в Сольвычегодске — Извелись поди все».
***
Они действительно извелись. Клава услышав о встрече Анны с мужиком, который мог ее узнать, попыталась успокоить Анну, но та забилась на скамейке в уголок и уставилась в окно, прикрытое ситцевой занавеской. Никита нервно ходил по узенькой комнате и пытался принять какое-то решение. Ничего путного в голову не приходило. Он с болью в душе смотрел на подавленную Анну и понимал только одно, что в любом случае он не оставит ее в беде. «Надо дождаться Савелия и просить куда-нибудь увезти Анну. Хотя бы на время — думал он». Анна думала почти о том же самом, но ее терзало другое: «Допустим, Савелий спрячет меня, но что будет с Никитой, Клавой, отцом — и вдруг ее пронзила мысль — А ведь мне стоит самой уйти из жизни и все станет на свои места». И тут, словно услышав ее мысли, внизу живота она уловила едва слышный толчок. Она провела рукой по уже немного округлому животику и невольно ласково улыбнулась, положив руку на живот. «Нет — тряхнула она головой — Мне надо жить. Я все перенесу».
Никита заметив ее движение, опустился на скамейку рядом с Анной и участливо спросил ее:
— Как ты?
— Шевельнулся — сказала Анна — Послушай — и она, взяв ладонь Никиты, положила ее себе на живот.
Никита ничего не услышал, но все равно нежное чувство к зарождающемуся человеку охватило его:
— Ничего Анечка — шептал он ей — Все будет хорошо. Вот Савелий уладит свои дела, приедет и все решим.
— Ты думаешь, что Савелий поехал по своим делам? — пристально взглянула Анна на мужа.
— Ну, наверное — неуверенно пожал плечами Никита.
— Чудак — грустно усмехнулась Анна — Какие у него дела? Я больше, чем уверенна, что он поехал к Клюеву и боюсь за него.
— Может тогда, что и узнает-выразил надежду Никита.
— Может — согласилась Анна и встала со скамейки — Пойдем спать. Все равно мы сейчас ничего не решим.
Клава ушла к бабке Матрене, уступив свою кровать гостям. Анна легла к стене и свернулась калачиком. Никита лег рядом, обнял ее и оба забылись тяжелым сном.
Клим разбудил их часов в пять. Солнечные блики играли на пузатом самоваре, стоящем на столе. Где-то с истошным азартом перекликались петухи. На улице слышался перезвон «боталов» — колокольцев висевших на шее коров.
Завтракали наспех и неохотно. Клава собрала кое-что в котомку из еды и они вышли из дома. Клим ожидал их у ограды, сидя на телеге. В оглоблях стояла гнедая кобыла.
Заметив вопросительный взгляд Анны, Клим будничным тоном обронил:
— Не появился еще Савелий-то. Задержаться поди пришлось.
— А куда он уехал? — спросила Анна.
— Да. недалеко тут — уклончиво ответил Клим, устраивая молодежь в телегу — Скоро должен появиться.
Но Клим и сам беспокоился о товарище. Он понимал, что Савелий решает какую-то проблему связанную с этими ребятами, но любопытствовать не стал. «Савелий мужик ходовой — размышлял Клим — И из любой передряги может найти выход. Однако всякое может быть. Время не спокойное. По всей стороне шухер идет. Кого-то ловят, разоблачают, сажают». Клим вздохнул и забрался в телегу:
— Ну, ребятишки — обернулся он к пассажирам — Поедем рыбку ловить.
Ехали задворками. Иногда потряхивало и Никита обеспокоено посматривал на Анну. Та успокаивающе кивала ему. Мол все в порядке. Клава обнимала ее за плечи и что-то шептала в ухо. За городом дорога пошла получше. Проехав с километра два, Клим притормозил у берега Виляди, заросшего ивняком. Он слез с телеги и обратился к Никите:
— Никита, укрой девок в ивняке и сидите там, пока не кликну. Мужики рыбу погрузят и обратно поедут. Незачем вам от греха подальше на глаза вам попадать. Они хоть и серьезные мужики, но береженого бог бережет.
Клим проследил, как его пассажиры спрятались в ивняке, затем взял лошадь за узду и повел ее пологой ложбиной к самой воде. Спустя пол часа послышался скрип колес. Никита сквозь листву ивняка увидел поднимающуюся из ложбины лошадь, тащившую за собой телегу груженную высокими плетенными корзинами-пестерями. Сбоку шел Клим с вожжами в руках, а сзади двое мужиков. На косогоре у ивняка. Клим передал вожжи одному из них и сказал:
