— Может, решила напоследок оттянуться в компании того ведуна? — предположила Жайя.
— Нет, — качнула головой Лис. — Ден занят.
— Не повезло, — вздохнула подруга.
— Кому?
— Кошке, конечно. — Жайя помолчала минуту. Солнце поднималось из-за зубчатых крыш, башен и шпилей, рассеивало легкий туман, делая воздух прозрачным и словно звенящим. — Лиса, это ведь может затянуться.
— Что именно — возвращение Кошечки?
— Поиск постоянного хранителя. Они даже торопиться не будут, да и зачем, если есть ты?
— Гайлор не дурак и прекрасно понимает, что постоянного хранителя из меня не выйдет, — возразила Лис. — И рассматривай он меня в качестве постоянной опоры, то уже давно пристроил бы поближе к Рудьярду. А так… я для него возможный кандидат и только. — Примесь демонической крови всегда будет служить препятствием и, что бы ни говорил сильф, приведенную в Дом метиску ему не простят. — Как и Лин.
Надо связаться с Гейл и Вигом, рассказать о сильфах и планах Эрвайна. Наверняка Лин сильно обрадуется, узнав, что в родовой замок их везли на тайное бракосочетание. О ком король больше беспокоился — о Лин или о её матери, ведь, в конце концов, для появления детей свадьба вовсе необязательна и ничем иным, кроме как глупой сентиментальной попыткой угодить женщине, не желавшей, чтобы ребенок дочери считался незаконнорожденным, эту идею с кратковременной женитьбой и не назовешь.
— Один хрен, — скривилась Жайя. — Еле избавилась от одного долгосрочного заказа и сразу подписалась на другой и всё из-за него.
Быть может, освободившись от обязательств перед Лин и Флорансией, Ирвину наконец удастся встать и высказаться, как он хотел. Жаль, не доведется увидеть… но если у него получится, то она будет рада.
— Влюбилась, — проницательно хмыкнула подруга, заметив мечтательную улыбку на лице девушки.
— Возможно, — не стала спорить Лис.
— Надеюсь, принц того стоит, — вздохнула Жайя. — Харр побери, где наша Кошка загуляла?!
— Я с ней свяжусь. — Лис нащупала под футболкой медальон, вытянула за цепочку.
— Давай, а то я ей точно уши надеру. — Подруга развернулась и направилась обратно к стоящему на опушке лесочка кораблю.
Не возникло же что-то непредвиденное? Гайлор уверил, что утром он и наемник покинут Рамину, отказавшись от сотрудничества и любых предложений Эрвайна, что, безусловно, не означает, будто король не станет пытаться задержать высокого гостя. В идее союза с Империей Эрвайн наверняка видел свои выгоды, в противном случае король едва ли согласился бы добровольно участвовать в зарождении нового королевства.
Палец лег на ободок медальона… Окрик уже поднявшейся по опущенному трапу Жайи внезапно разорвал утренний покой. Лис резко обернулась, а в следующее мгновение мир вокруг поглотила тьма. Пульсирующая живым непроницаемым коконом, оглушающая до звона в ушах, сковывающая по рукам и ногам.
Ловец.
Судорожный вздох превратился в хрип, мир исчез — не только снаружи, но и внутри…
…Чтобы вернуться бьющим по сомкнутым векам светом, наполняющим легкие воздухом, разлившейся по телу слабостью. И голосом.
Мужским, доносящимся откуда-то сверху. Голосом, который она не предполагала когда-нибудь услышать вновь.
— Молодец. Хороший ловец, хороший. Держи.
Довольное урчание.
Лис открыла глаза. Стоящий рядом молодой человек в одежде Железного мира протянул руку с белым удлиненным кристаллом к чёрному клубу дыма и тот с готовностью выпустил тонкое щупальце, обхватил кристалл. Грани вспыхнули, минуту-другую светились и вдруг потухли. Ловец отпустил кристалл, человек улыбнулся и убрал кристалл в карман джинсов. Затем посмотрел на девушку у своих ног.
— Привет, Мелисса.
— Аллен, — прошептала Лис.
Или Александр. Или кто-то ещё.
— Не угадала. — Человек присел на корточки. — Харрис.
— Что?..
— Мы с тобой почти соотечественники, Мэл. Кстати, не против, если я буду называть тебя настоящим именем? Или предпочитаешь по старой памяти зваться Лисой?
Против. Называть её Мэл позволено лишь маме с братьями и мастеру Шуну, даже девочки и Ани звали её Лиса.
— Надеюсь, от «Ваша императорская светлость Бриони» ты отвыкла. От корсетов, смотрю, тоже. И волосы перекрасила. Зачем? — Харрис коснулся выбившихся из-под заколки темно-каштановых прядей, подцепил одну. — Ты была такой не похожей на остальных куколкой с этими белыми волосами и твоими пухленькими губками.
Особенно на рыжеволосую Сайренну… то есть настоящую Бриони.
— Тебя казнили…
— А ты повесилась, — со знакомой мальчишеской улыбкой, заставлявшей когда-то задерживать дыхание, а сердце совершенно по-глупому биться чаще, парировал молодой человек. — Что поделать, из Империи, видимо, можно убраться только одним способом — вперед ногами.
— Ты отправил за мной ловца… ещё в Империи.
— Не я. Бри. Она вполне справедливо подозревала, что твоя команда не позволит тебя казнить и найдет способ вывезти тебя. Не ошиблась.
— Зачем? — Лис осторожно приподнялась на локтях, мотнула головой, и Харрис убрал руку. А ещё месяц назад она мечтала о любом, даже самом невинном его прикосновении… потому что подчас простое прикосновение к руке было единственным, что они могли себе позволить.
— Ревнует, — небрежно передернул плечами человек. — Саламандры страстные, иногда горячие в прямом смысле слова, они много дают, но и немало требуют взамен, и попробуй сказать им «нет».
Девушка села, огляделась. Обрамленная деревьями полянка, высокая, толком не примятая трава, лениво кружащий над клевером шмель. Как далеко ловец перенес её? Мир, по крайней мере, точно Деревянный — пересечь грани междумирья ловец мог лишь в неактивном состоянии и с хозяином.
— Как вы нашли меня?
— Бри всё ждала, когда ты объявишься в Железном мире, и, конечно, расстроилась, обнаружив вместо тебя глупышку дриаду.
Мирейли? Но как дриада оказалась в Железном мире, она ведь ещё не умеет перемещаться за грани?
— Но отметка есть отметка, а ловцу достаточно и её. Несколько часов и…
— Что с дриадой? — перебила Лис.
— Не знаю.
— Она хотя бы жива?
— Не знаю, — повысил голос Харрис. — И если честно, Мэл, мне плевать, жива там твоя дриада или подохла. Связываться с тобой опасно и если твоя новая подружка этого не понимала, то это её проблемы!
Ярость исказила лицо молодого человека, и Харрис рывком выпрямился, отвернулся.
— Жарко, да? — спокойно уточнила девушка, на секунду опустив взгляд на свою грудь. Медальон так и остался висеть поверх футболки. — Ты человек, а она даже не ведунья — саламандра. Тяжело соответствовать, наверное. Да и единственная истинная любовь её жизни — оставшийся в Империи малыш Руди. А ты… ты только инструмент. Да, обожаемый до умопомрачения, тщательно оберегаемый и нежно лелеемый, ибо саламандры известные собственники, но всё-таки инструмент. — Потому что, несмотря ни на что, если бы Бриони любила Аллена… то есть Харриса по-настоящему, она никогда не позволила бы ему спать с кем-то ещё, пусть и ради «дела». Да и вообще не оставила бы в Империи, где тот, в отличие от Рудьярда, подвергался постоянной опасности.
— Надо же, какие мы сообразительные. И где была твоя хваленая проницательность два месяца назад? — зло огрызнулся Харрис. — Три месяца? Полгода назад?!
— Где Бриони?
— В нашем мире. Если ты думаешь, что она здесь объявится, то вынужден тебя разочаровать — возвращаться в Деревянный без веской причины она не собирается, а твоя персона к таковой не относится.
— Отправила тебя вместо себя?
— Я сам вызвался. — Молодой человек покрутил браслет на запястье. На первый взгляд ничего особенного: бусины и бисерины, вплетенные в чёрную косичку-шнурок. Но Лис видела такие прежде. Самодельный ключ для управления порталом. И делал его отнюдь не Харрис.
— Сколько энтузиазма, — себе под нос пробормотала девушка и добавила громче: — Впрочем, говорить «нет» саламандре рискованно, сам сказал. Удивляюсь, как она вообще обратила на тебя внимание.
