– Какого чёрта?! – крикнул как-то грубый голос.
– А теперь прошу всех вывернуть карманы!
– Карл, Стюард, сверните этой надменно барышне её цыплячью шейку.
– Да, мама…
Остального она не услышала, потому что они стремительно удалялись прочь.
– Что происходит? – спросила Сэм вслух, проигнорировав мысленную связь.
– Так запланировано. Они отвлекут знать и стражу от нашей истиной цели.
– А почему нельзя было просто ворваться и забрать всё? Зачем весь этот цирк?!
– Потому что нужно было прощупать почву. И как мы и ожидали, граф не слишком позаботился о безопасности, наивно пологая, что никто не посмеет напасть на такого опасного человека, как он. А вот и кавалерия.
Они опять шли по коридору со статуями и арками, а им на встречу двигались пять полисменов, вооружённых шоковыми дубинками. Дрозд опёрся на плечо девушки и резко стал хромать на одну ногу.
– Сэр! С вами всё в порядке? – спросил усатый полисмен со значком когента – высшего звания среди рядовых полисменов.
– Там… там… ужасно! Нас пытались ограбить! Они… они… убили! – чуть не плача, верещал фальшивый сын винокура. Как бы то ни было, а актёр из Дрозда получился хороший, отметила про себя Сэм. Даже она ему поверила.
– Сайкс, немедленно вызовите подмогу! Не волнуйтесь, милорд, мы всё исправим. Вперёд, ребята!
– Спасибо вам, офицер! – крикнул жалобным голосом лже-барон удаляющемся стражам порядка, и, тут же, завёл Сэм за колонну.
– Так, основная лестница для нас блокирована. Значит, придётся идти чёрным ходом. Доставай свой арбалет, он может пригодиться, – сказал мужчина. А сам извлёк из-за пояса паровой пистолет со странно модификацией в виде нескольких шестерёнок с боку. Сэм не стала у него уточнять и двинулась следом, попутно заряжая своё оружие.
Как оказалось, все в доме были подвержены панике. Охранники кинули на помощь полисменам к запертой двери, а прислуга, не понимая, что происходит, поспешила зашиться по углам и не показывать нос. Спустившись по маленькой винтовой лесенке, едва заметной за огромной статуей последнего императора летних эльфов Себастьяна Львиный Коготь, они оказались на большой кухне, которая была совершенно пуста. На плите ещё остались выкипающие кастрюли, брошенные поварами и разбросанные то тут, то там продукты свидетельствовали о том, что прислуга как можно скорее хотела покинуть это место. В отличие от остального дома, здесь не было изысканного мрамора и блистательных ламп – стены были выполнены из кирпича и грубо оштукатурены, а источником света служила длинная нить накаливанья, протянутая сквозь закоптившуюся стеклянную трубку. Печи раскалили воздух до предела, и дышать здесь было попросту больно. Адские условия для рабочих, созданные хозяином, которому плевать на простолюдинов. Именно в этот момент Сэм почувствовала радость от того, что она делает.
– Сюда, – Дрозд увлёк её в самый дальний край кухни, где возле большого кухонного шкафа со специям спряталась молодая служанка. Увидев их, она с визгом бросилась бежать.
– Подождите, мы…
– Оставь, у страха глаза велики. Так, где же ты, – мужчина принялся рыться в шкафу, выкидывая одну заодно жестяные баночки с розмарином, перцем и толчёной гвоздикой.
– Что ты делаешь? Неужели весь этот переполох ради баночки с перцем? – саркастично заметила девушка, пытаясь тем самым заглушить волнение внутри.
– Если бы, моя дорогая, – ухмыльнулся Дрозд и потянул за коробочку с надписью «Соль». К большому удивлению Сэм, коробочка раскрылась, и в ней оказалась красная кнопка, на которую мужчина благополучно нажал. В стене что-то щёлкнуло, и её небольшой кусок исчез, обнажив проём с лестницей, ведущей куда-то наверх.
– За мной, – Дрозд извлёк из нагрудного кармана пиджака небольшую стекленную трубку с нитью накаливанья внутри. Он приложил большой и средний палец к обоим концам трубки, и неясный жёлтый свет рассеял кромешную тьму на лестнице.
– Откуда ты всё это знаешь? – Сэм медленно шагала за Дроздом по винтовой лестнице, держа наготове арбалет и с сожалением замечая, что подол её нового платья был безнадёжно изорван.
– Я работал здесь больше месяца, прикидываясь то охранником, то поваром, то служащим лишь для того, чтобы изучить этот дом. Не смотря на всю свою помпезность и глупость, Гарвуд – очень осмотрительный человек. И когда строили этот особняк, его просто доверху напичкали всевозможными ходами и лазейками, которыми очень часто пользовалась прислуга, дабы незаметно ходить по дому и не докучать господам. И даже при всей моей любознательности я так и не смог до конца раскрыть все секрет этого место. А жаль, ведь мне сюда ещё не скоро придётся вернуться.
Пока они шли по узким коридорам, Сэм невольно запаниковала. Она никогда не страдала клаустрофобией, но это место наводило первобытный страх, который только усиливался, когда Дрозд поправлял затёкшие пальцы на лампочке, и она угрожающе мигала. Видимо, это как-то отразилось на мыслях девушки, ибо мужчина слегка повернул голову и улыбнулся:
– Никогда бы не подумал, что такая смелая девушка, как ты, испугается обычной темноты.
– Мой отец сказал как-то, что темнота – причина всех бед. В ней нельзя жить – можно лишь выживать. И это автоматически заставляет делать поступки, о которых ты даже не задумался бы при свете.
Дрозд поразмыслил над её совами и добавил:
– Твой отец мудрый человек.
– Был мудрым человеком…
Наконец, лестница закончилась, упираясь в стену из серого кирпича.
– Куда дальше?
– Секундочку, – лампочка в руках мужчины погасла, послышались шорохи от прикосновений о стену, и с лёгким щелчком образовался проход.
Они вышли в коридоре с несколькими дверями, выполненном в морском стиле. Тёмно-зелёные колоны, статуи морских богов дженитов и людей, великолепный ковёр сине-зелёного цвета и несколько ваз, наполненных морскими цветами с берегов южных морей. Даже запах здесь был свежий и солёный.
– Нам сюда, – прозвучала в голове у Сэм, и они, ступая как можно тише, направились в тёмную часть коридора. Не смотря на царящую внизу суматоху, здесь всё было спокойно и тихо, создавая впечатление, будто весь кавардак, творившийся внизу – лишь дурной сон.
Озираясь по сторонам, Дрозд и Сэм шли по коридору, держа наготове оружие, чтобы при любом намёке на опасность пустить его в ход. Дойдя до поворота, мужчина прижался к стене и жестом велел спутнице сделать тоже.
– Как я и ожидал. У двери в кабинет два охранника.
– Ну, так в чём проблема? Выруби их, и вскроем сейф.
Дрозд усмехнулся.
– Это здесь не сработает. Взгляни сама.
Они поменялись местами, и девушка аккуратно выглянула из-за угла. В дальнем конце коридора, освещённого большой хрустальной люстрой, стояли два человека. Облачённые в наглухо закрытые чёрные плащи, на лицах у них были маски, разделённые на две части – одна была белой, вторая чёрной. Прорезей для глаз или дыхания видно не было.
– Кто это?
– Наёмники из гильдии «Слепые дьяволы», – мрачно ответил Дрозд, что-то ища во внутреннем кармане своего пиджака:
– До нас доходили слухи, что их покупают в бедных районах городов Империи ещё в младенчестве, ослепляют и подвергают таким жестоким тренировкам, при которых выживает лишь десяток из сотни. Но те, кто выжил, становятся уникальными бойцами, которые способны увернуться от пули с близкого расстояния и сражаться с противником в кромешной темноте, опираясь на обострённые инстинкты.
– Так может лишить их слуха? Взорвём что-нибудь рядом, дезориентируем…
– Ты меня совсем не слушаешь? – Дрозд нервно ухмыльнулся:
– Я как-то сражался с одной девчонкой из этой гильдии. Повредил её уши – она сражалась со мной по запаху. Отрезал нос, так эта бестия находила меня, ощущая колебания воздуха, которые я создаю при движении. Чёрт, если не мой Атомный доспех тогда….
Сэм нервно сглотнула.
– Что же делать?
– Ну, у меня есть одна идея, – он, наконец, нашёл, что искал, и достал на свет небольшой кожаный мешочек:
– Их с самого детства пичкают различными ядами для того, что бы организм выработал к ним антитела. И это сейчас может сыграть нам на руку. Сколько стрел твой арбалет может выпустить за минуту?
Возле кабинета графа была мёртвая тишина. Застыв, словно изваяния, «Слепые Демоны», казалось, даже не дышали. Их глаза не видели, зато уши улавливали любой, даже очень слабый звук, не доступный обычному человеку. И шум, который раздался за поворотом, им не понравился.
– Мари, моя милая, а куда это нас занесл… ик?
Мерзкий запах алкоголя вызывал отвращения к тому куску мяса, который опираясь на хрупкую женщину, неумолимо приближался к двери. Но все заложенные в них самого детства правила заставляли проявить вежливый тон:
