внедрить своих агентов, и вот их информация лишь подтверждала, что производство снарядов для русских копий «Бофорсов» исчисляется буквально сотнями, даже скорее одной сотней в сутки. Адмирал, вспомнив эту деталь, даже внутренне рассмеялся: снаряды для автоматических зениток у русских делались вчерашними школьниками в двух училищах, где Советы обучали токарей. Так что даже качество снарядов было… так себе: из сорока полученных от шведов боеприпасов два дали при испытаниях осечку, а разброс дальности взрыва в двух десятках испытанных в качестве «зенитных» выстрелов составил больше пары сотен метров.
И судя по поступающей из большевистской России информации, серьезного улучшения у Советов в ближайший год ожидать не приходилось, а вот если хотя бы на пятьдесят процентов поверить рассказам Шахта и Тодта, то к следующей весне превосходство вермахта над русской Красной армией будет подавляющим, к тому же еще и британцы вроде готовы в этом оказать определенную помощь. И американцы, хотя какие цели преследуют отсиживающиеся за океаном, понять все же было трудно.
И единственное, что адмирал понять не мог – так это причины того, что русские на самом деле начали сокращать свою армию. Ведь даже шведы – и те как-то умудрились набрать еще полста тысяч солдат, хотя им вроде никто и не угрожает, а русские в это же время… Впрочем, если агентура абвера информацию о состоянии русской промышленности передает верную, то у Советов, пожалуй, и выбора-то нет…
Вера о том, что думал о советской промышленности главный абверовец, не знала, а потому свои проблемы решала относительно спокойно и методично. Очень спокойно – и очень методично, так что уже тридцатого июня директор «Красного путиловца» Исаак Моисеевич Зальцман узнал, что он больше не директор, а мастер подготовительного цеха. В тот же день приказом по заводу был прекращен выпуск танка КВ-2 и приостановлено производство КВ-1: ГКО прислал на завод постановление о необходимости замены танковой пушки. Вот только пока требуемой пушки (калибров в восемьдесят пять миллиметров) в природе еще не существовало…
Товарищ Тихонов, узнав о «самоуправстве Веры», пришел к ней по этому поводу ругаться – но успеха не снискал: приказ об отставке Зальцмана был подписан товарищем Сталиным, а постановление о замене пушки согласовано с Ворошиловым, Шапошниковым и Берией. Поэтому он лишь поинтересовался у Веры:
– А пушку-то зачем менять?
– Не только пушку, но и башню целиком. Вы знаете, тут оказывается, что в Улан-Баторе монгольские сталелитейщики научились очень интересные танковые башни отливать…
– В Монголии?!
– Ну да. У них просто железо очень хорошее, и много того, что нужно в это железо пихать такого, что новую башню не пробивает даже германская зенитка, которая калибром в восемьдесят восемь миллиметров. На КВ-2 эта зенитка башню и пробивает, и вообще с погона срывает, а тут – обломись, фашист!
– Это ты придумала?
– Спасибо за комплимент, конечно, но есть в стране и другие умные люди, я не одна такая гениальная. Слышала я, что где-то бродит по стране один очень умный товарищ, Тихонов его фамилия…
– И в чем же умище его проявляется? – не удержался от сарказма Валентин Ильич.
– В том, что он не задает глупых вопросов. У него в конторе даже правило такое есть: не спрашивай откуда, как и почём. И когда люди этому правилу следуют… да, я помню: контра я и зараза. Еще вопросы есть?
Глава 3
Танками Вера занялась вынужденно: эту работу на нее спихнул Иосиф Виссарионович. Не потому, что Вера в танках хорошо разбиралась, а потому, что для решения невероятно большой кучи проблем требовался хороший организатор и, что было не менее важно по мнению товарища Сталина, человек очень решительный и не боящийся отстаивать свое мнение. В том, что Старуха народ организовывать умеет, в правительстве уже никто и не сомневался, а уж в решительности и бесстрашии…
По этому поводу Сталин, когда рассматривался вопрос о назначении ее на должность зампреда ГКО, высказался так:
– Вера Андреевна – человек, умеющий принимать решения и воплощать их в жизнь. Двенадцатилетняя девочка, сумевшая подмять под себя комитет комсомола университета, уже заслуживает уважения, а эта же девочка, очистившая университет и МВТУ от врагов партии, даже маскировавшихся под партийцев, причем очистить так, что все при этом остались довольны…
– Не все, далеко не все, – решил уточнить Лаврентий Павлович.
– Мы не про врагов говорим. Так вот, принимать решения и воплощать их в жизнь она умеет очень хорошо, и умеет других убеждать в верности принятых решений.
– Она не убеждает, она просто делает то, что сама считает нужным, – снова возразил Берия.
– Но потом-то она окружающих убеждает, что была права и иного пути решения проблемы просто не было! Но главное – она очень редко принимает решения ошибочные. Да, не всегда принимаемые ею решения оказываются лучшими, но мы за все это время ни разу не столкнулись с тем, что она ведет химическую промышленность в неверном направлении. Да и по многим другим вопросам, один завод в Городце чего стоит!
Ну а так как вопросы обеспечения армии боеприпасами были исключительно важны, то по поводу назначения Веры на должность особых возражений ни у кого не было, а вот «разобраться с танками» Сталин ей поручил в том числе и потому, что, по его мнению, и здесь у Старухи были изрядные «достижения». Хотя и довольно странные.
В свое время по исключительно Вериной инициативе было построено несколько десятков «Терминаторов», которые очень неплохо
