девушка очень близко к сердцу восприняла свое поражение.
— Итак, подведем итоги 1/16 финала, — начал свою речь Татищев. — Они, можно сказать, вполне приемлемые. Выбыли два участника из нашей команды, но один по любому должен был выбыть, а второму, — он столкнулся с потухшим взглядом Багратион, — а второму просто не повезло… Но, тем не менее, из восьми человек шестеро продолжают участие в турнире. И этот результат уже лучше прошлогоднего, когда у нас в 1/8 финала вышли всего четыре человека. Но, как вы сами должны понимать, пройден самый легкий этап. Дальше будет только сложнее. Пары на 1/8 финала уже известны, так что мы сейчас разберемся с соперниками, доставшимися каждому из вас на следующем этапе.
Ну а дальше начался разбор полетов. Правда, зачем все это делалось на глазах всей команды, я так толком и не понял. «Дружный коллектив», — как говорил Татищев? Не смешите меня. Чем дальше мы будем продвигаться к финалу, тем меньше народ будет думать о каком-то там командном духе и взаимовыручке.
Оставшуюся женскую часть команды взял на себя Татищев, заняв правую половину зала, левую занял Муравьев, собрав мужскую часть. Как выяснилось, Горчакову попался англичанин Джон де Билль, Романову швед Альфред Рагнарссон. Оба этих иностранца практически размазали своих соперников по рингу. Инструктаж Муравьева я слушал вполуха. Лучше посмотрю на этих товарищей завтра вживую. Возможно, с кем-то из них мне придется встретиться.
— Теперь про твоего француза, Веромир, — задумчиво посмотрел на меня Муравьев, — я тут еще поговорил с судьями. Темная магия не запрещена. Придираться к тебе не будут. Так что тебе никто не мешает использовать «щит тьмы» и одно базовое заклинание. Только одно запомни…. Учитывая фехтование, в котором француз силен, думаю, «темная зыбь» подойдет лучше всего. Но помни, ты можешь использовать только одно атакующее заклинание. Естественно, если твой соперник не атакует первым… Согласен?
— Согласен, — кивнул я.
А что, он прав. «Темная зыбь» вкупе с огненными шарами и «темным щитом», в принципе, вполне достойный план на мой завтрашний бой.
— И никто не даст гарантию, что среди участников еще кто-то не владеет этой магией, — добавил он, — так что, тебе надо смотреть в оба.
Я кивнул в ответ.
После теоретического занятия нас отпустили. Завтра схватки начинались так же, в 12.00, только теперь на 1/8 финала отводился один день. В четверг проводилось ¼ финала, в пятницу ½ финала. И в воскресенье окончательный финальный бой. Как у женской части турнира, так и у мужской.
После ужина, я отправился в свой номер. Запрет на посещение бойцов был по-прежнему в силе. Правда, я, честно говоря, не мог понять смысл подобного запрета. Как выяснилось, из восьми команд он был у трех. Китайцев, японцев и нас. Странно все это. Чем может помешать моральная поддержка перед схваткой? Кстати, на этот вопрос ни Муравьев, ни Татищев мне ответ дать не смогли, отговорившись какими-то древними традициями. На что я лишь пожал плечами. Традиции так традиции.
Но из-за этих традиций, я вновь потратил в номере добрый час, обзвонив всех. Начал с Гвоздева и Шемякина, который уже добрался до моего поместья. После этого поговорил с Варварой. Девушка выглядела бодрой и настойчиво уверяла меня, что с ней все нормально. Надеюсь, это не хорошая мина при плохой игре, но, тем не менее, я немного успокоился. И в который раз задумался о том, что слишком я прикипел к Годуновой. Но, в конце концов, она вскоре станет Бельской, так что моя совесть перед матерью чиста.
Ну а после была традиционная видеоконференция с моей личной группой поддержки. На этот раз, помимо тех одногруппников, которые находились в Санкт-Петербурге, к ней присоединились остальные, которые ради этого собрались Москве у Елены Трубецкой. Кстати, Трубецкая как-то умудрилась присоединить к видеоконференции сестер де Фош. Как выяснилось, те, узнав о национальности моего завтрашнего соперника, развили бурную деятельность, подключив своих французских родственников. И то, что они мне сообщили, немного неприятно меня удивило. Выяснилось, что француз оказался еще тем «кадром».
Помимо того, что он, оказывается, был записным дуэлянтом, так еще и жутким бабником. Но, судя по его внешности, это было итак видно даже невооруженным взглядом.
А вот ходившие слухи о том, что этот самый француз тоже увлекается темной магией, меня немного напрягли. Но информацию от сестер я принял. И горячо поблагодарил их, что явно француженкам было приятно.
Может когда вернусь… Нет уж. Я, конечно, еще тот «жеребец», но, на мой взгляд, это был бы перебор. Хотя, если девушки сами не против…
Похоже, вездесущая и всевидящая Трубецкая явно что-то заметила в моем взгляде на часть экрана, где находились сестры де Фош, которые, кстати, нарядились на эту самую видеоконференцию весьма откровенно. Короткие юбочки, топики…непросто же мне в голову лезли подобные мысли, поэтому сразу приняла меры. Не знаю, что там она делала, но вдруг появились пробелы со связью с Москвой, которые почему-то повлияли только на наших француженок.
Я укоризненно посмотрел на Веронику, которая сразу сделала виноватое лицо и развела руками. М-да… Ревность со стороны Наоми или Варвары я бы понял, но здесь… Надо будет поговорить с нашей блогершей на эту тему. Но, конечно, не сейчас.
Пообщавшись еще полчаса, мы закончили сеанс «групповой терапии». Виль, присутствовавшая на нашей беседе незримой и незаметной тенью, задумчиво смотрела куда-то на стену.
— Что скажешь? — оторвал я ее от раздумий, — по поводу этого де Жака.
— Что тут можно сказать, — отозвалась она, — серьёзный соперник. Если вы, господин, примените темную магию, он применит ее тоже. В тех боях, которые я смотрела с ним, он ее не использовал. Поэтому сложно сказать какими он заклятьями владеет. Надо быть очень аккуратным в бою с ним.
— Это я и сам знаю, — пробормотал я.
— Что ты за бои с ним успела посмотреть? И когда вообще?
— Пока вы звонили… — призналась девушка.
Пришлось вместе с ней просмотреть четыре боя француза. Ну, ничего особенно выдающегося в них я не заметил. Виль, в принципе, права. Как обычно, в последнее время. Посмотрев на часы, я увидел, что уже десятый час. «Надо выспаться перед завтрашним боем», — решил я и, пожелав своей телохранительнице спокойной ночи, отправился к себе в спальню. В ней меня настиг звонок императора. Иван оказался лаконичен.
— Завтра мы ужинаем в отеле… — сообщил он мне.
— Чего? — не понял я, — зачем это…
— Я организовал приватный кабинет, — продолжил Иван, — там будет Алена Скуратова и я. За тобой придут.
— Кто? — изумлённо посмотрел я на фигурку на плантеле, —
