Хелен покачала головой, ей внезапно пришло в голову, как сбежать. Она поднялась.
– Глоток свежего воздуха – вот все, что мне нужно.
– Я пойду с тобой, – вызвалась леди Анна, слышавшая последнюю часть их разговора.
– Нет, не надо, – быстро проговорила Хелен. – В этом нет необходимости. Я ненадолго.
Во второй раз за это утро Белла пришла ей на выручку.
– Анна, а разве ты не собиралась принести какие-то серьги?…
Недавно вышедшая замуж молодая женщина подскочила, и стала заметна мягкая округлость живота под складками платья.
– Ох, верно. Спасибо, что напомнила мне. Они прекрасно подойдут к твоим глазам, – сказала она Хелен.
– Когда вернешься, платье уже будет готово, – присовокупила Кристина с ослепительной улыбкой. Таких красавиц, как жена грозного вождя Маклаудов, Хелен видеть еще не доводилось.
Хелен кольнуло чувство вины оттого, с каким энтузиазмом все относятся к этой свадьбе. Все, кроме нее.
Белла дошла с ней до двери.
– Мне всегда нравилась тропинка через лес к часовне, – предложила она. – Полагаю, ты ее отыщешь. – Их глаза встретились. Искорка сочувствия во взгляде женщины убедила Хелен, что та по крайней мере кое о чем догадывается. – Я люблю их обоих, – тихо добавила бывшая графиня Буше.
Хелен понимающе кивнула. Что бы ни произошло, кому-то будет больно. Но уж такова жизнь.
Но в отличие от Беллы Хелен любит только одного из них. Она понеслась вниз по лестнице и выбежала из башни в холодное декабрьское утро. Толстое одеяло ледяного тумана еще не снялось со своих якорей и висело как илистое серое море надо всей округой.
К счастью, никто не выразил удивления тем, что невеста выбегает из ворот всего за несколько часов до свадьбы. Через несколько минут Хелен уже спускалась с невысокого каменистого взгорка, на котором стояла крепость, в сторону леса на юге.
Путь до маленькой часовни, которая служила духовным нуждам крепости и прилегающей деревни, был коротким. Каменное здание располагалось на пригорке посреди маленького леска. Вокруг было тихо. Так неестественно тихо, что Хелен стало немного не по себе.
Она замедлила шаг, впервые задумавшись над тем, что делает. Братья будут в ярости. А жених… разозлится? Она знала его не настолько хорошо, чтоб догадаться, как он отреагирует. Отец, которого нет уже два года, удостоил бы дочь своего знаменитого взгляда, которым награждал ее всякий раз, когда она совершала что-то вроде бы на первый взгляд совершенно логичное, но непонятное для него. Этот же взгляд практиковал и Уилл, частенько сопровождая его каким-нибудь замечанием насчет ее волос. Словно рыжий цвет каким-то образом объяснял все беспокойства, которые она причиняла.
Но все это теперь не имеет значения. Она знает, что делает. Она следует за своим сердцем. Что должна была сделать еще тогда, три года назад.
До часовни оставалось всего несколько шагов, когда она увидела его. Сердце подпрыгнуло к горлу да так и застряло там. Он сидел спиной к ней на камне чуть в стороне от двери в часовню с таким видом, словно никак не мог решиться войти. Грудь ее переполнилась нахлынувшими чувствами. Если существует хотя бы малейший шанс, что они могут обрести счастье, она не должна его упустить.
– Магнус. – Даже произнесение его имени пробуждало слишком много эмоций, и слово вырвалось сдавленным вскриком.
Он обернулся и моргнул, словно не был уверен, реальная она или просто привиделась ему. Одеревеневшая челюсть сказала ей, что он в конце концов разобрался и оценил все верно.
– Ты рано. – Сарказм и безразличие его тона расстроили ее. Она вглядывалась в него, ища того мужчину, которого помнила. Но когда-то теплые карамельные глубины его глаз теперь казались жесткими и незнакомыми.
Не обращая внимания на то, что от него так и веяло неприступностью, она сделала маленький шажок к нему.
– Я пришла, чтобы найти тебя.
Он поднялся.
– Для чего? Чтобы перетряхивать старые воспоминания? – Он покачал головой. – Это ни к чему. Возвращайся в замок, Хелен. Там твое место.
В том-то и дело. Ей нигде нет места. И никогда не было. Только с ним она могла бы его обрести.
Хелен искала малейший намек на гнев, малейший признак боли. Но тон его не выдавал никаких эмоций, кроме слабого чувства усталости, которое она слышала в отцовском голосе, когда совершала какое-нибудь «своеволие».
Три года – долгий срок. Возможно, чувства, которые он когда-то питал к ней, прошли. Она вдруг ощутила неуверенность, но решила все-таки не сдаваться. Это же Магнус. Спокойный, невозмутимый Магнус. Он должен понять.
– Я совершила ошибку, – тихо сказала она.
Если она надеялась получить какую-то реакцию на свои слова, то ее ждало разочарование. Сделав глубокий вдох, Хелен продолжила объяснение:
– Мне надо было уйти с тобой. Я хотела, но не могла оставить свою семью. Отец болел и нуждался в моем уходе. Все произошло так быстро. – Она подняла глаза, моля его о понимании. – Я была удивлена… напугана. Ты никогда до этого не говорил о браке. Ты даже почти не целовал меня.
Взгляд его сделался пронзительным, рот сжался в тонкую линию.
– Какой в этом толк, Хелен? Все в прошлом. Тебе незачем оправдываться передо мной. Ты ничего мне не должна.
– Я любила тебя.
Он замер.
– Очевидно, недостаточно. – Этот легкий укол пронзил ей сердце насквозь. Он, в сущности, прав. Она не доверяла своим чувствам. Тогда. Ведь ей было всего восемнадцать. Она не знала, чего хочет. Но теперь знает. Знает сердцем, что он тот мужчина, который предназначен ей самой судьбой. Ей был дарован редкий шанс обрести любовь, а она упустила его.
– Я все еще надеюсь…
– Довольно.
Он преодолел расстояние в несколько шагов между ними и схватил ее за руки. Ощущение его больших ладоней было так непривычно. На миг сердце ее подпрыгнуло в груди, когда она решила, что он вышел из себя. Возможно, его спокойное безразличие оказалось всего лишь игрой? Но, приподнимая ее так, что аж мыски протащились по земле, он полностью владел собой.
– Что бы ты ни собиралась сказать, уже слишком поздно. – Он отпустил ее и сделал шаг назад. – Во имя всего святого, ты же вот-вот выйдешь за человека, который мне как брат.
Этот крошечный намек на эмоции подбодрил ее. Она придвинулась ближе – много ближе – и положила ладонь ему на руку, ощутив прилив надежды, когда мускулы от ее прикосновения дернулись. Заглянув в красивое лицо, которое преследовало ее в сновидениях, она удержала его взгляд.
