густых деревьев, из океана показались белые башни.
Вся моя жизнь прошла в окружении прекрасной архитектуры. Я выросла в Ваттенголдии, провела много времени в разных уголках Скандинавии, училась в школе в Швейцарии и часто отдыхала во Франции и Италии. Я видела потрясающие здания разных эпох и культур. Но, несмотря на это, первый проблеск Херст-касла заставил меня сомневаться — приходилось ли мне когда-либо созерцать такой потрясающий вид?
Он выглядел совершенно нереально. Это было вполне уместно, учитывая то, что я до сих пор ощущала, будто вся эта чёртова ситуация не могла происходить на самом деле.
Через несколько минут наш самолёт приземлился на малюсенькую полоску в основании холма. Нас ожидал микроавтобус, рядом с которым стоял Принц Лихтенштейна.
— Густав! Как раз вовремя, — выкрикнул он, когда мы высадились, — через час состоится собрание, где мы нуждаемся в вашей компетентности.
Не было времени для пустой болтовни на взлётной полосе. В течение часа прибыли самолёты из Японии, Саудовской Аравии, Малайзии, Свазиленда. Вообще-то, в тот же момент, как наш багаж был уложен и двери микроавтобуса закрыты, самолёт, который нас доставил, освободил полосу.
— Перелёт прошёл хорошо?
Мне понадобилось какое-то время, чтобы осознать, что вопрос был обращён мне. Я отвернулась от окна и солгала монарху Лихтенштейна.
— Очень хорошо, Ваше Высочество, — потому что я, очевидно, уже плыла по реке Стикс, которая очень быстро несла меня к Аиду.
Если этот великолепный, гламурный замок на вершине холма в Калифорнии являлся Адом.
— Моя дочь передаёт свою любовь, — тепло продолжал Принц. — Она очень хотела посетить Саммит, но, увы, домашние обязанности не позволили ей приехать.
Уж точно Принцесса Лихтенштейна не желала быть здесь. Она уже была замужем. И, вероятно, она была рада тому, что ей никогда не приходилось выставляться напоказ на каком-либо Саммите.
Повезло же ей.
Я сказала Принцу:
— Пожалуйста, передайте и ей от меня любовь и почтение, Ваше Высочество.
После мой отец завёл разговор со своим другом. Одним ухом я вслушивалась в их обсуждение — по-видимому, ряд карликовых государств хотел объединиться, чтобы заявить о себе в мировой политике, — но вид за окном был намного интереснее. Мы поднялись на изумрудный холм по извилистой дорожке, которая то открывала, то заслоняла замок из вида. Фруктовые деревья и суккуленты окаймляли путь, и, должна признать, я была очарована этим Адом. Но эффект удвоился, как только мы дошли до лестницы с широкими ступенями, которые вели ко двору с мраморным фонтаном и средиземноморский собором.
Отец со своим другом не почтили вниманием вид, когда проходили мимо главного фасада. Но мы с Изабель остановились, восторгаясь башнями, возвышавшимися над нами, а также буйными видами на океан.
Это и есть Калифорния? Соединённые штаты, такая молодая страна, что здания начала двадцатого века называются историческими?
Всё, что мы видели, Изабель точно резюмировала тихими «вау».
Это, и правда, было «вау».
— Я изучил местность, Ваше Высочество, — мы с сестрой повернулись в изумлении и увидели Биттнера в нескольких шагах позади нас. — Первоначальным владельцем был яростный коллекционер европейского изобразительного искусства и архитектуры. Большая часть замка и гостевых домов тоже содержит элементы средневековых фасадов и ворот, как напротив нас или факсимиле, созданных для соответствия.
— Выглядит очень по-испански, не так ли? — сказала Изабель задумчиво.
— Действительно, Ваше Высочество. И всё же по всей территории можно найти черты римской, английской, итальянской и других стран и исторических периодов, — он сощурился при взгляде на высокие башни, виднеющиеся по сторонам главного здания. — А точнее это полная мешанина. Это Каса-Гранде, — он указал жестом, чтобы мы посмотрели вперёд, на дверь с краю. — Хоть нам и даровано больше свободы в замке, чем большинству, мне поручено сообщить вам, что есть много того, в отношении чего мы должны быть осторожны или вовсе держаться подальше. К примеру, входная дверь ведёт к древней лестнице с римской мозаикой, которую нельзя трогать.
Мы вошли в большой средневековый зал, по краям которого шли деревянные сиденья для хора. Женщина в тонкой темно-синей юбке и пиджаке с именным бейджем шагнула вперёд.
— Позвольте мне быть первой, кто официально поприветствует Вас в Херст-касле, — сказала она нам. — Меня зовут Николь, и я одна из гидов замка. Я буду сопровождать Вас на небольшой экскурсии по территории и покажу Вашу комнату, а также отвечу на любые возникшие вопросы, касательно вашего пребывания здесь на предстоящую неделю.
У принцессы, приближающейся к своему третьему десятку, мысленно всплыл смешной вопрос — возможно, она знает, с кем меня собираются свести?
— Спасибо, Николь, — я запрятала всё своё негодование подальше до другого раза. — Мы очень рады возможности посетить столь красивое и историческое место в Калифорнии.
Биттнер извинился за необходимость найти нашего отца, предупредив, чтобы мы немедленно связались с ним, если нам что-нибудь понадобится.
Несмотря на жгучее желание отправиться в спальню, какую бы нам не отвели, и спрятаться от неизбежного, мы с Изабель следующие полчаса следовали за Николь. Она проводила нас через главный дом, три гостевых коттеджа и роскошные прибрежные сады. Также мы прошли через потрясающие внутренние дворики, с которых открывался вид на океан и горы, и два настолько потрясающих бассейна, что мы с Изабель начали сожалеть, об отсутствии таких у нас. К тому времени, как мы добрались до нашей небольшой комнаты — с одной двуспальной кроватью, письменным столом и раскладной кроватью в углу, я нехотя признала, что Херст-касл совершенно меня очаровал.
Это был ужасный знак.
Благодаря гиду наш багаж благополучно прибыл в комнату и был уже распакован.
— Уверена, что вы заметили во время тура, что столовая, хоть и просторная, но всё же не достаточно большая, чтобы вместить всех. Завтрак, чай, и обеды будут подаваться там, в форме шведского стола, но сама трапеза будет проходить на разных патио по всей территории. Сегодня всё будет организовано у бассейна Нептун, — в её улыбке была заметна гордость. — Закаты там поразительной красоты.
— Вы насчёт бассейна на улице? — взгляд Изабель стал слишком мечтательным, для женщины, находящейся на грани замужества с не своим женихом. — Того, с римским храмом у входа? Думаю, я с удовольствием бы украла его у вас и забрала к себе домой.
Николь коротко рассмеялась, словно она слышала это постоянно.
— Да, Ваше Высочество.
— Планируешь загорать, пока мы здесь? — спросила я, скорчив лицо, после того, как наша гид закрыла за собой дверь.
— Возможно, — моя сестра упала в одно из кресел в комнате. Она жестом указала на пакет, который Николь передала мне, он включал в себя моё расписание на неделю. — Я много
