на фонарик в своей руке и осознал, что пока ещё слишком рано браться за такую тонкую работу. Для начала нужно было глубже познать свои способности, а это требовало времени и практики.
Достав из рюкзака бутылку кефира, я начал пить, одновременно пытаясь контролировать молнии на пальцах. Это оказалось непростой задачей — совмещать приём пищи с управлением энергией. Я то увеличивал напряжение, то ослаблял его, экспериментируя с границами своих возможностей.
Несколько раз я терял концентрацию, и разряды гасли, но тут же вызывал их снова. Интересно, что пока молнии просто держались на пальцах, не слетая, энергия почти не тратилась. Я заметил, что при минимальном напряжении Тиран в крови восполнялся быстрее, чем расходовался.
Погрузившись в изучение своих способностей, я даже забыл следить за обстановкой вокруг. К счастью, всё оставалось спокойно. Постепенно я начал расслабляться, несмотря на неудобство положения в жёсткой ванне.
Наслаждаясь относительным покоем и безопасностью, я окутал всю руку минимальным током. Это было похоже на попытку приручить дикого зверя — хаотичные разряды стремились вырваться на свободу, но я упорно пытался обуздать их, направляя так, как было нужно мне.
Каждый раз, когда удавалось удержать ток в нужном состоянии чуть дольше, я чувствовал прилив удовлетворения. Это было похоже на танец с электричеством — медленный, осторожный, но завораживающий. Я понимал, что только через такие тренировки смогу научиться полноценно управлять своей силой.
В этой тишине и полумраке я продолжал экспериментировать, чувствуя, как с каждым мгновением лучше понимаю природу своей способности. Это было непросто, но невероятно увлекательно.
Тишина окутала меня мягким одеялом, а тусклый свет молний на руке создавал странное, почти уютное свечение. Постепенно усталость брала своё, и я начал погружаться в дремоту. Мерное мерцание разрядов действовало гипнотически, словно убаюкивая.
Мысли невольно устремились к близким. Где сейчас мои родители? С сестрой всё в порядке? Живы ли они? Эти вопросы терзали душу, не давая полностью расслабиться. Я представлял их лица, вспоминал последние моменты перед тем, как всё изменилось.
В голове проносились воспоминания: мамина улыбка, папина шутка, смех сестры. Как они там? Справляются ли? Или тоже прячутся где-то, борясь за выживание? Эти мысли не давали покоя, но я понимал — сейчас я ничего не могу сделать.
Только стать сильнее. Только выжить. Только научиться контролировать свои способности, чтобы однажды найти их, узнать, что с ними случилось. Эта мысль придавала сил, даже когда глаза начинали закрываться, а сознание уплывало в сон.
Я пообещал себе, что выживу. Что стану достаточно сильным, чтобы защитить их, если они живы. Что найду их, чего бы это ни стоило. Эти мысли стали моей тихой мантрой, пока я медленно погружался в сон, охраняя свой хрупкий покой слабым сиянием молний на руке.
5. Новая встреча и небезопасность высоких зданий
Сознание медленно возвращалось ко мне. Первое, что я осознал — я лежу в ванной. «Опять уснул здесь?» — промелькнула мысль. Одежда всё ещё была на мне, и это казалось странным. Осознание происходящего накрыло меня тяжёлым одеялом реальности.
Я посмотрел на свою руку. По ней струились крохотные паутинки электрических разрядов, словно тонкие серебристые нити. Всё, что происходило вокруг, было отнюдь не сном. Паника начала сжимать горло, но я заставил себя успокоиться.
Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я открыл свой статус. В интерфейсе светилось число — триста единиц Тираниума. Это было значительное количество. Вкладка с древом эволюции пульсировала, привлекая внимание. Недолго думая, я сконцентрировался на ней.
Перед глазами появилось изображение тонкого, чахлого дерева. По его коре пробегали крошечные молнии, а в центре пульсировала иконка с надписью:
«Эволюция.
Стоимость: 200 единиц Тираниума»
Я задумался. Эволюция, безусловно, выведет меня на новый уровень и сделает сильнее. Но можно было улучшить и источник — это тоже многократно усилит мои возможности.
«Это улучшение наверняка сделает способности мощнее», — размышлял я. Но тут же в голове промелькнула горькая мысль: «Ага, и будут у меня два уголька вместо рук».
Прежде чем решиться на эволюцию, нужно было улучшить покров. Однако это не даст мгновенного усиления. Оставались два варианта: улучшение источника или способности «Разряд».
Я внимательно вчитался в описание способности:
«Разряд. 1 уровень.
Эта способность позволяет накапливать и высвобождать небольшое количество электрической энергии. При активации энергия концентрируется в руках, позволяя создавать электрические разряды среднего уровня силы.
Стоимость: 100 единиц Тирана.
Специализация «Гроза» позволяет вам лучше контролировать электричество.
Стоимость улучшения: 200 единиц Тираниума»
«Улучшение разряда тоже могло сделать меня сильнее, но я боюсь, что мой организм попросту не выдержит нагрузки», — эта мысль не давала мне покоя.
После долгих раздумий остался единственный вариант — улучшение источника. Это увеличит запас энергии и ускорит её восполнение, а значит, я смогу чаще использовать молнии.
Ещё раз всё взвесив, я принял решение и вложил двести единиц Тираниума в источник. В тот же миг в груди вспыхнул обжигающий огонь. Всё тело мгновенно покрылось потом от невыносимого жара. Я начал корчиться в ванной, чувствуя, как пламя будто сжигает меня изнутри. Каждая клеточка тела кричала от боли, но я понимал — это цена, которую нужно заплатить за силу.
Постепенно жгучая боль окончательно отступила, оставив после себя приятное, расслабляющее тепло. Я с облегчением выдохнул и открыл свой статус. Цифры приятно удивили — уровень Тирана в крови возрос до двухсот единиц, а скорость его генерации увеличилась до пятнадцати единиц в секунду.
Теперь необходимые сто единиц восстановятся примерно за шесть с половиной секунд, что все еще слишком долго, но уже лучше, чем было до улучшения.
Внезапно мой слух уловил звуки. Из квартиры доносились шаги — кто-то осторожно передвигался по комнатам. Я замер, превратившись в слух. Адреналин хлынул в кровь, мышцы напряглись. Это могли быть заражённые… Хлипкая дверь ванной комнаты, забаррикадированная ванной, могла задержать их, но надолго ли?
Я вслушивался в каждый шорох, каждый скрип половиц. И тут заметил странность — никаких характерных рыков и всхлипываний заражённых. Шаги были слишком осторожными, почти крадущимися, словно кто-то пытался двигаться бесшумно. Может, это человек?
Шаги стали громче — кто-то приближался к двери ванной. Я затаил дыхание. Тихий скрип — кто-то осторожно потянул за ручку двери, но самодельная баррикада выдержала. Затем раздался едва уловимый звук — будто кто-то осторожно поскрёб по деревянной поверхности.
— Есть кто живой? — раздался тихий, неуверенный мужской голос с той стороны двери.
Моё сердце забилось так сильно, что, казалось, готово было выскочить из
