на графа, слушали его.
Я тоже нетерпеливо и, наверное, неприлично таращилась на незнакомца: «Некрасивый», — подумалось мне, и я постаралась приглядеться.
Ри столько раз меня учила не замечать в людях только их внешность, а стараться разглядеть душу. А как ее разглядеть?
Посмотрела внимательнее на его лицо, глаза, прислушалась к голосу и ничего… никакого облегчения не почувствовала… Пропала недавняя окрыленность, с которой я сюда летела. Мне показалось, что глаза у него нехорошие, он словно играл с нами, и на сестру смотрел так, что мне захотелось взять ее за руку и увести.
Я перевела на нее взгляд. Ри всегда разбирается в людях лучше, чем я — она умнее и взгляд у нее острее.
Сестра ничего не ела, она выглядела расслабленной и немного задумчивой, смотрела прямо перед собой, но явно прислушивалась к разговору мужчин. Я знала этот взгляд. Если ей бывало тяжело, и нужно было решиться на что-то опасное, она вот так уходила в себя: вроде бы слыша и осязая все вокруг, но при этом смотря совершенно безразличным взглядом в одну точку. И еще она обязательно сжимала что-то пальцами, сейчас это была чашка, от которой поднимался тонкими струйками горячий пар. Мне принесли точно такую же, и я не могла коснуться ее ладонями, только тонкой ручки, а Ри сжимала горячий фарфор и словно не замечала этого.
— Вы приехала несколько раньше, чем мы вас ждали, граф! — тем временем произнес папа. — А как ваш отец, он еще здесь?
— Сказать по правде, я еще не был дома: заблудился по дороге и оказался в вашем имении, но отец, вероятнее всего, покинул усадьбу вчера утром, — отозвался молодой граф.
— Дорогой, тебе не кажется, что сама судьба направила к нам Его Светлость! — вежливо улыбаясь, прощебетала Милена.
— Я тоже так думаю! Увидев вашу дочь, я был околдован ее красотою! — объявил граф.
Ри вздрогнула и резко отдернула руки, удивленно уставилась на покрасневшие ладони.
Она спрятала руки и перевела раздраженный взгляд на мачеху.
— Судьба! — хмыкнула она. — Еще недавно вы говорили нечто подобное о другом человека, пожелавшем увидеть меня в качестве своей жены!
«Ой, как недобро посмотрел на нее отец!» — так, что мне опять захотелось сбежать из-за стола. Милена тоже со злостью прищурилась, да и гость посмотрел на сестру пристально, только улыбаться не перестал при этом.
— У меня есть конкурент? — с любопытством произнес он.
— Риана хороша собой и прекрасно воспитана — не удивительно, что другие мужчины обращают на нее свое внимание, но вы, граф, вне всякой конкуренции — мы с вашим отцом старые друзья! — объявил князь, одарив Ри предупреждающим взглядом.
— Я польщен! — явно довольный собой отозвался граф, продолжая смотреть на нее голодным взглядом.
— И как вам жилось в Австрии, граф? — в ее голосе не было любопытства, он мне показался каким стеклянным, каким-то тонким, немного надломленным и холодным.
— Превосходно, но… там я не встречал такой редкой и необыкновенной красоты, как ваша!
Ри снова отвела от него взгляд, мне вообще стало казаться, что она и смотрела на того через силу.
— Вы льстите мне! — пробормотала она, все так же отводя взгляд.
— Я тоже предпочитаю не баловать девочек утонченными словами: говорят, это взращивает ростки эгоизма в детях! — вставил свое словечко отец.
— Папенька, прошу у вас дозволения покинуть вас: мне что-то не хорошо! Я, наверное, пойду подышу свежим воздухом, — неожиданно произнесли Риа и торопливо встала со своего места. — Надеюсь, вы не станете на меня сердиться, граф? — она бросила взгляд на гостя.
— Я провожу тебя! — торопливо подскочила я со своего места.
— Сидеть! — голос отца заставил меня рухнуть обратно на стул, словно подстреленную.
— Если вы позволите, я сам поухаживаю за своей невестой — не хочу, чтобы с вами что-либо случилось! — граф не сводил с Ри глаз. Папа тоже иногда так на нее смотрит, с вот такой же предвкушающей полуулыбкой, когда придумывает очередное наказание.
— Прекрасная идея! — тут же одобрил его порыв отец.
— А ты лучше займись делом: у вас сегодня уроки пения, помнишь? — бросил он мне.
И я, опустив голову пониже, смиренно кивнула ему в ответ и торопливо покинула комнату, все же одарив дорогую сестренку тревожным взглядом.
***
«Она волнуется из-за меня», — с досадой подумала я.
Мне не хотелось тревожить Лису, я изо всех сил старалась выглядеть невозмутимой, но все испортила: «Еще и пальцы обожгла, дура!»
Мне так хотелось сбежать от них, но вместо этого я сама напросилась на свидание с этим… этим графом.
Сколько я ни приглядывалась к нему, не могла найти хоть что-то напоминающее Владимира Николаевича. Хоть одну черту характера или внешности, кроме разве что цвета волос: они, вроде бы, были такими же, как и в детстве, а в остальном… «Что стало с тем красивым мальчиком, который рос под присмотром ТАКОГО отца?»
Граф последовал за мной и очень быстро поравнялся. Теперь он явно не собирался любоваться моей спиной и нашел повод ухватить меня за локоть, чтобы я «не упала». А мне как раз так и захотелось упасть в обморок и не видеть его неприятное лицо, не слышать этот сладкий и учтивый голос и не терпеть его прикосновений.
— Как ваше самочувствие? — поинтересовался он, как только мы немного отдалились от дома.
— Спасибо, мне уже гораздо лучше! — поглубже вдыхая прохладный воздух, сообщила ему.
— Вы побледнели! Неужели я настолько взволновал вас? — с бахвальством в голосе спросил он.
— Вы, конечно, застали меня врасплох — я не думала, что мы встретимся так скоро и что
