— Дурашка, — с жалостью посмотрел на него Валерий. — Бес мнителен и везде заговоры видит. Налажаешь где-то, так он мгновенно сам себя до небес накрутит, что ты это специально сделал, что купили тебя с потрохами. Не киевляне, так армейцы или «Спартачок». А после в труху перемелет. Тем более, что вспомнил я этого мужичка. Это Рафа Фельдштейн, их администратор. Не слышал? У, брат, такой артист, без мыла в жопу влезет! Поэтому, забудь этот разговор. Не было его! Усек? Вот и молодец. О, — Маслов повернулся к окну, — приехали, кажись, давай к выходу. Кстати, я в купе со старичками еду, сам понимаешь, обсудить кое-что требуется, — полузащитник заговорщицки подмигнул, — так что ты к кому-нибудь другому заселяйся. Без обид.
— Да ну, какие обиды, — засмеялся Данила. А потом вдруг вспомнил давным-давно читанную историю о том, как Юрий Гаврилов спалился перед Николай Петровичем Старостиным, зазвенев не вовремя сумкой с бутылками, и решил пошутить. — Ты только, Валерий Палыч того, вымпела не разбей!
— Чего?!
— Да в сумке у тебя ведь вымпелы спортивного общества «Горилка» так характерно гремят, правда? Вот и говорю, не разбей при посадке.
— Иди, зараза! — отвесил ему шутливый подзатыльник Маслов и засмеялся. — Придумал же, стервец, «вымпела»! Надо будет запомнить, ребят при случае повеселить.
Путешествие из Киева в Москву прошло как-то буднично, без особых приключений. Динамовцы разбрелись по указанным администратором команды купе, покидали на полки свои вещи и дальше занялись кто чем. Именитые старожилы засели дегустировать плоды украинской винно-водочной промышленности — по-тихому, разумеется, чтобы не попасть на глаза старшему тренеру. Кто-то наладился расписать пульку. А некоторые, к числу которых относился и Данила, завалились спать. Нет, ребята и его звали к себе в компанию, но Мельник сослался на усталость и пошел к себе. В принципе, даже душой особо не покривил, вымотался и правда изрядно. За эту неделю потратил кучу и душевных и физических сил. Тренировки, игры, переезды-перелеты — все это страшно утомляло. Наверное, не втянулся еще в этот сумасшедший график, не подстроился. Хотя, каждый по-своему все воспринимает. Вон, великий Яшин тоже шумным компаниям всегда предпочитал медитативную рыбалку.
На следующий день, на подъезде к столице, Бесков расщедрился и объявил, что сегодня все отдыхают. Навещают жен, детей и прочую родню. А вот завтра с утра, чтоб, как штык, были на базе на утренней тренировке.
Данила робко заикнулся на тему того, заберут ли тех, кто и так живет в Новогорске, с вокзала. На что Константин Иванович, немного подумав, заявил, что, по-хорошему, у некоторых юных балбесов явно наблюдается головокружение от успехов. И электрички пока еще ходят исправно. Но, принимая во внимание, что эти самые юные безалаберные бестолочи потеряются по дороге или обязательно влипнут в какую-нибудь историю, он заранее распорядился прислать за ними клубный автобус. Цените! Молодежь встретила это известие бурными и продолжительными аплодисментами. Черт, одернул сам себя Данила, не ляпнуть бы подобное вслух, здесь завуалированную издевку над стандартными оборотами из газетных отчетов о партсъездах не оценят.
Словно в отместку за крамольные мысли одного не в меру наглого попаданца, на базу ехали на таком древнем детище отечественного автопрома, что становилось страшно — как бы не пришлось толкать его до конечной точки маршрута вручную, того и гляди рассыплется. Но повезло, добрались относительно нормально. Разве что потрясло изрядно на дорожных ухабах, но тут уж ничего не поделаешь, одну из двух главных российских бед преодолевать пока не научились. Да и в будущем, помнится, с этим делом тоже все обстояло совсем не радужно.
Сама база откровенно разочаровала. Скромные двухместные номера, единственный на весь корпус телефон в холле, возле которого сразу образовалась очередь, здесь же, на тумбочке довольно простенький телевизор. Понятное дело, простенький по меркам здоровенных плоских панелей на полстены, к которым привык Мельник. Да уж, не «Шератон» и точно не «Хилтон».
— Малой, — окликнул его кто-то из одноклубников, — айда на ужин. А то игра скоро начнется, не пропустить бы.
— Успеем, — отозвался Данила. — Займи мне место, если что.
Сказал, и вдруг задумался, насколько легко вылетела у него это просьба. Словно в подсознании прошита программа, отвечающая за окончательное врастание в местные реалии. Эдак, чего доброго, скоро пойдет у кого-нибудь рекомендацию в партию просить. Кстати, шутки шутками, а как обстоит дело с его партийной принадлежностью? Ух ты, память опять не подвела, нужная информация выскочила мгновенно. Поздравляю — в прошлом году Данилу приняли в ряды ВЛКСМ. Это что же, второй раз?! Ладно, во всем надо искать плюсы, по крайней мере, не придется снова заучивать за что и когда комсомол был награжден тем или иным орденом.
Бред, помотал головой парень, и решительно направился в столовую.
[1] Анюта — прозвище В.Аничкина
[2] Число — прозвище И.Численко
Глава 6
1968 год. Май. Москва
Игра сборной Данилу разочаровала. Ему всегда импонировала тонкая, ажурная, артистичная манера бразильцев с их кошачьей пластикой, удивительной техникой и цирковыми финтами. А большинство игроков сборной СССР и по физическим данным и по стилю явно тяготели к англичанам. Тем более, что действующие чемпионы мира вроде как всем все доказали, поставив во главу угла размашистый и суровый напор.
Вот и советская команда играла под девизом «быстрота и натиск». Что не игрок, то атлет и боец. Даже нападающие хоть и не отличались гренадерским ростом, зато выглядели крепко сбитыми крепышами. Поразило еще, что у нашей сборной отсутствовал, как класс, диспетчер. Ну не считать же таковым Валерия Воронина, который больше тяготел к воротам соперника. Поэтому немудрено, что советские футболисты пытались задавить противника, постоянно включая бешенный темп и усиливая натиск на ворота чехословаков. Мельник даже поймал себя на мысли, что невольно морщится, наблюдая за игрой, поскольку смотрелась она достаточно прямолинейно. Похоже, наши игроки надеялись добыть победу малой кровью, не затратив много усилий.
Гости в этом смысле действовали гораздо техничнее и тоньше. Они много и интересно комбинировали в центре поля, лучше подстраивались под партнера, отрезая иногда умелым красивым пасом сразу нескольких игроков хозяев. Единственное, что вызывало недоумение, так это тот факт, что чехословацкие игроки редко угрожали воротам Юрия Пшеничникова.
Тем удивительнее, словно гром с ясного неба, прогремел гол
