на тебя магические силы.
Белая прядь упала на лоб, легко касаясь гладкой бледной кожи его лица. Он водил глазницами так естественно, будто действительно мог видеть сквозь черную пелену, застилавшую глаза.
Красивый. Густые ресницы и неширокие, но четкие брови, разлетевшиеся крыльями ястреба от высокой переносицы, четко очерченные губы, почти всегда плотно сложенные вместе. Высокий, имеющий идеальные пропорции, маг выглядел как первосортный мужской образец всех времен и народов — приманка для таких неопытных дурочек, как я. И, кажется, я проглотила привлекательную наживку и уже попалась на этот магический крючок.
На этот раз в коридоре было тихо. Кроме шуршания одежды и стука глухих шагов, нас провожала мрачная тишина, выстилая путь едва томившимися свечами.
— Я не лгала. Тут были голоса.
— Зачем ты оправдываешься? Ты хочешь расположить мое доверие? — поинтересовался Эраис, отворяя для меня дверь нужной комнаты.
— Да. Я не хочу выглядеть лгуньей. Люблю правду, знаешь ли.
Я вошла первой и остановилась по центру большой комнаты. Камин нескончаемо тлел, видимо огонь в нем был каким-то магическим, кровать аккуратно застелена красивым гобеленовым покрывалом с золотистой вышивкой в орнамент.
— Кто здесь убрался?
— Это не имеет значения.
Эраис тем временем выцарапывал знак на двери металлическим крючком.
— Этот символ заклинания не даст войти духам в твою комнату.
— О, Боже! Эраис, мне теперь ещё страшнее! Я же так вообще не усну.
— Уснешь. Я позабочусь об этом.
Маг закончил с символами, нашептывая что-то невнятное. Затем покрутил свои кольца, потер гравировку на них, и направился к выходу.
— Я не хочу, чтоб ты уходил, — вырвалось вслух то, о чем я на самом деле думала. Чистая правда.
Он остановился, будучи в дверном проеме, и кинул острый взгляд через плечо, нервно играя желваками.
— Почему?
— Я не знаю.
Да я и сама не знала, почему не желала, чтоб он уходил. Наверное, я боялась одиночества в этом пугающем до ужаса месте. Хотя компания, о которой я просила, тоже не внушала доверия. Нечеловек из другого мира, с неясными намерениями и непонятными убеждениями, без глаз и со странными телодвижениями, вряд ли мог скрасить моё одиночество. Однако, кроме него в замке был только Хлод, который вовсе не хотел ни о чем говорить.
— Ты видимо плохо себе представляешь, с кем имеешь дело. В ином случае ты бы не просила меня остаться, — зловеще скрипнул зубами маг.
— Не знаю и знать не желаю. Избавь меня от подробностей личной жизни до этого дня… Просто...Я хочу верить в то, что я не одинока… Побудь со мной… немного… Но не говори мне, что ты плохой, что ты — смерть и ужас, я не хочу этого знать!
— Почему же?! Нет, послушай! — скрипнул зубами он. — За прошедшие века я пленил, измучил, искалечил и уничтожил тысячи людей, убил десятки невинных дев и живу в этом теле не один. Ты всё еще хочешь, чтобы я остался?
Нарастающее чувство тревоги развернулось внутри как огромный давящий шар. Ужас в моих глазах только снова раздразнил мага, и усмехнувшись, тот дернул дверь и ушел прочь. А я ещё долго стояла на месте, обдумывая сказанное ним.
Убил невинных девушек… Это всё, что яркими вспышками двадцать пятого кадра мелькало в голове. Мой мозг сделал один очевидный вывод — я следующая. Едкие слезы отчаяния навернулись, застилая глаза пеленой, чувство безысходности тут же подступило к груди, разрывая сердце на клочья болью от безнадежной реальности. Обессиленно упав на кровать, я разревелась так неистово, что еще долго не могла глотать воздух, содрогаясь в истерических спазмах. Память о родных и близких яркой лампочкой светила внутри архива моих воспоминаний, разбиваясь на осколки веры в существование без них.
Глава 7
Грохот от стука тяжелым кулаком в дверь пробудил от навязчивого сна, что отнюдь не взбодрил, а лишь прибавил усталости.
— Вы же и так можете войти, к чему этот шум! — насколько могла громко, возмутилась я.
Хлод будто услышал мой болезненный скулеж и тут же провернул ключ в замке. На подносе стоял чайник, две чашки и вкусно пахнущие булочки. Что-то едва слышно проворчав, он поставил ароматный завтрак на туалетный столик и удалился, хлопнув дверью.
Я отвернулась к окну, не собираясь покидать кровать. Плаксивое настроение и разбитая жизнь теперь уже были на повестке каждого нового дня, а их минуло уже не мало с того момента, как я очнулась в этом замке.
Эраис не появлялся и произносить имя вслух было ни к чему. Все же, я не гостья в этом замке, и не узница. Я смертница, и роковой час приближался с каждым днем.
— После завтрака мы с тобой прогуляемся кое-куда, — вдруг раздались громкие слова, что меня от испуга аж подкинуло на кровати.
— Вот, черт! Нельзя было предупредить о своем появлении, — в состоянии аффекта, я схватила подушку и кинула прямо в Эраиса. Снаряд повис в воздухе, едва долетев до живота мага. А затем рухнул на пол, так и не попав по мишени.
— Моя занятость не должна влиять на твое настроение.
— Я скучала не по тебе, я тоскую по семье! Твое проклятое общество мне не нужно. Скажи, Эраис, сколько дней до моей смерти? Сколько? — истерично сорвалось с губ.
— Недели, — равнодушно ответил он.
Поток горьких слез сдержать уже не было сил.
— Почему? Почему я, Эраис? — послышались громкие потягивания сопливым носом. — И почему ты ответил на мой вопрос? Ты действительно убьешь меня? Ты думаешь у меня внутри пусто, как у тебя? Думаешь мне легко это слышать? Смириться вот так, по щелчку пальца? — мои рыдающие всхлипы было слышно на другом конце замка.
— После завтрака ты должна пойти со мной.
— Я не пойду. Буду лежать здесь до самой смерти.
— Пойдешь. Лайго скажет как пробудить силу.
— Какую силу? Посмотри на меня! Часть моих волос остались на подушке, я чувствую постоянную слабость и жажду. — Немного успокоившись, я продолжила. — Мне не подходит этот мир, еда, вода! Я вся горю внутри! Верни меня назад, прошу!
— Вот поэтому надо навестить Лайго, он скажет что делать.
Эраис налил себе чай и присел на стул возле туалетного столика.
— Вещи принесет Хлод. Я буду ждать тебя в холле на этаже ровно в двенадцать.
— А если нет?
— То мы с Хлодом придем тебя одевать. И поверь, приятного будет мало.
— Ну, хорошо. Бельё. Мне надо много белья. Вы с Хлодом забыли, что женщина в нашем мире носит нижнее белье и не только.
— Да, Хлод принесет тебе все.
