Она продолжала болтать, а Клэр произносила нужные реплики, кивала годовой и думала о своем.
Она собиралась пожить в Ченаккио не меньше двух недель, а теперь ей придется пересмотреть планы. Надо завтра же позвонить в агентство и попросить найти ей срочную работу в Англии. Должно пройти немало времени, прежде чем она согласится вернуться в Италию. Синьоры Дорелли и Гвидо Бартальди отбили у нее желание работать в стране, которую она считала второй родиной. Конечно, их не поставишь рядом. Дорелли развратник и дурак, а маркиз Бартальди — это совсем другое. Только что — другое?
— Утром мы поедем в Перуджу, — строила планы Виолетта, — выберем тебе платье, которое подчеркнет твою неброскую красоту. Это будет моим подарком тебе на день рождения.
— Но у меня и так найдется что-нибудь подходящее. — Клэр попыталась отстоять свои туалеты — на ее взгляд, вполне элегантные.
Виолетта возмутилась:
— Когда имеешь дело с Бартальди, нельзя довольствоваться «подходящим». Нужно нечто простое, но сногсшибательное. — Она хитро прищурилась. — И, разумеется, соответствующие драгоценности. Уж в них-то маркиз великолепно разбирается.
— Виолетта, — испугалась Клэр, — не знаю, что ты имеешь в виду, но…
Виолетта пожала плечами.
— Я всего лишь считаю, что тебе полезно восхищение привлекательного мужчины. — Она замолчала. — У тебя был кто-нибудь после… Джеймса?
— Нет, — тихо ответила Клэр. — Но я и сама не хотела.
— Напрасно, — возразила ее крестная. — Ты очень привлекательна и не должна изолироваться от жизни из-за какого-то дурака.
— Я не согласна с тобой, — защищалась Клэр. — У меня есть любимая работа, друзья, я путешествую по всей Европе. Многие могут позавидовать мне.
— Разве я об этом говорю? — замахала руками Виолетта. — Главное, чего у тебя нет, — это любви, глупышка.
— И ты считаешь, что маркиз Бартальди — это Данте, Петрарка, Ромео, а я — Беатриче, Лаура или Джульетта? — беззаботно болтала Клэр, думая о плече, которое он поцеловал. — Прости, дорогая, но он не похож ни на одного из этих великих любовников, как и я — на их возлюбленных. — Она выдержала паузу. — Кроме того, ты забыла, что он уже остановил свой выбор на Паоле, — осторожно добавила она.
— Ну, объявления о помолвке ведь еще не было, значит, официально они не помолвлены. — Виолетта была уязвлена в своих лучших побуждениях, не понимая, что заставляет Клэр противоречить.
— Пару часов назад ты говорила, что Паола подходит ему идеально, — резко заметила Клэр.
— Пару часов назад ситуация была совсем другой — я с ним еще не была знакома, — просто ответила та.
Несмотря на усталость, Клэр не могла уснуть. Ее удобный матрас казался набитым песком, а большая пуховая подушка была похожа на кусок бетона.
Она ворочалась с боку на бок в поисках уютного места, а в голове сидел Гвидо Бартальди. Спустившись на следующее утро к завтраку, она ужаснула Виолетту своим видом: изможденная, с темными кругами под глазами, вялая, даже не пытавшаяся приукрасить себя макияжем.
— Ты явно больна, дорогая. — Крестная просматривала почту, но сразу же отложила очки и озабоченно посмотрела на Клэр. — Бледная, измученная.
— Ничего страшного, — ответила Клэр, выдавив для пущего эффекта улыбку.
— Ты не забыла, сегодня мы едем в Перуджу?
— С удовольствием жду этой поездки, — заверила ее Клэр, решив, что, если она откажется ехать, Виолетта что-нибудь заподозрит. Она уговорит крестную не покупать дорогое платье. Тот же Бартальди прекрасно знает, что Клэр не богата.
Они оставили машину на площади и пошли к Рокке Паолине.
Как и большинство женщин, Виолетта была очень придирчивым покупателем, и после двух часов хождения по магазинам Клэр все это так надоело, что она решила взяться за выбор сама: ей приглянулись несколько платьев, которые прекрасно дополнили бы ее гардероб. Но Виолетта решительно забраковала их.
— Я ясно представляю, что тебе надо, — заявила она. — Думаю, наконец, я нашла. — И кивнула на модель: — Примерь-ка это, дорогая.
Длинное платье из черного шелковистого джерси с длинными рукавами и глубоким прямоугольным вырезом смотрелось шикарно, но Клэр испугал слишком глубокий вырез: он почти обнажал ее небольшую грудь. Вообще платье было откровенно сексуальным: оно облегало фигуру, подчеркивая тонкую талию и стройные бедра, а разрез с одной стороны обнажал ногу значительно выше колена.
— Виолетта, — запротестовала она, — я не могу надеть такое. Это не мой стиль, что я надену под него?
Однако ее не услышали. Крестная и продавщица обменялись многозначительными взглядами, и платье унесли упаковывать. Когда счет Виолетты на кредитной карте уменьшился ровно на столько, сколько стоили черные кожаные босоножки на высоком каблуке и вечерняя сумочка, магазины закрылись на обеденный перерыв.
— Более чем хорошо, — хитро улыбаясь, одобрила свои покупки Виолетта. — А теперь, дорогая, не мешало бы нам перекусить.
Когда они шли по улице, она вдруг подтолкнула Клэр локтем и проговорила:
— Видишь? Ювелирный Бартальди. Заглянем?
Клэр с неохотой перешла на другую сторону, где был магазин. Роскошная витрина блистала: золотые колье, подвески, браслеты и кольца, соблазнительное великолепие футляров и прочие желанные безделушки. Клэр захотелось зажмуриться, чтобы не ослепнуть.
— Красиво, правда? — выдохнула Виолетта.
— Потрясающе, — согласилась Клэр, хотя ей гораздо больше понравилась соседняя витрина с полудрагоценными камнями. Ее взгляд жадно блуждал по блестящим топазам, таинственным аквамаринам и искрящимся аметистам, оправленным в золото.
— Да, этруски были непревзойденными мастерами дизайна, — задумчиво проговорила Виолетта. — Знатоки считают, что Гвидо Бартальди сам участвует в разработке моделей, что он унаследовал дух Ренессанса.
— Правда? — без особого интереса произнесла Клэр. Неожиданно она почувствовала себя неловко, словно, стоя перед всей этой красотой, она вторгалась во что-то глубоко личное.
Пора действовать, решила она и нахмурилась.
— Виолетта, я не очень голодна. Ты не против, если мы вернемся домой? У меня от впечатлений и жары кружится голова.
По пути в Ченаккио Клэр в полной мере ощущала низость своего поступка, особенно когда перехватывала устремленные на нее взволнованные взгляды Виолетты, но это не помешало ей один раз сдавленным голосом попросить остановить машину. Оказавшись на вилле «Роза», она извинилась и помчалась в свою комнату, где быстро переоделась в хлопчатобумажную рубашку и легла… наблюдать за игрой солнечного света, пробивающегося сквозь занавески.
