его пространство заняла донельзя недовольная и обиженная мордашка зеленоглазой девчушки лет четырнадцати — пятнадцати.
— Ты совсем охренела, деточка? — возмущенно произнесло нежное создание, потирая чистый белый лобик и откидывая за плечо длинный темный локон, изящно выбивающийся из аккуратной прически — Что за нетерпение? Понятно же, что раз не отвечаю, значит занята!
— Или не в настроении — не реагируя на злобно сопящий носик, отозвалась я — Или просто не хочется болтать.
— Да хоть бы и так! — вспыхнул зеленоглазый ангелочек, надувая розовые кукольные губки и нервно поправляя на фарфоровом плечике постоянно сползающий рукав полупрозрачного кружевного пеньюара — Что у тебя? Чего невтерпеж? Говори быстрее. Я не одна.
И девочка многозначительно ухмыльнулась, кидая хитрый взгляд куда-то за спину.
— Даже так? — хмыкнула я, чуть поднимая брови — Искренне надеюсь, что ты сейчас о гувернантке.
— Ха — послала мне ведьмовской оскал девчушка — Ну… скажем так… если я плохо себя веду, то по попе мне от него тоже прилетает.
— Кошмар какой — прошептала я, прижимая пальцы к губам.
— Простите, милая вира… ээээ… кстати, нас не представили — вдруг вклинился в разговор тощий мужчина, лет сорока на вид, с неаккуратными редкими усиками и весьма неухоженным состоянием уже редеющих рыжих волос — Вир Жус Эдсон, к Вашим услугам! Я…ммм… учитель нашей милой Ады. А Вы, должно быть, сестричка?
— Старшая сестричка — тут же ехидно поправила девочка — Вира Делия Адаль.
— Я несказанно рад! — тут же запрыгал перед сферой мужичок — Я уже два месяца как приставлен к Вашей сестре ее опекуншей — тетей, вирой Фифой, чтобы развивать ее магический дар. Она у нас невероятно одаренное существо!
« У нас теперь есть такая тетя?! Вот прямо «Фифа»!?» — подняла я в немом вопросе брови.
«Не спрашивай. На что фантазии хватило» — отозвалась в беззвучном закатывании глаз малышка.
И я снова попыталась сосредоточиться на диалоге.
— Существо? — обронила я, зацепившись за последнее слово, и постаралась состроить недоуменно-возмущенную мину.
— О! Простите! Девушка! Конечно девушка. Это я так, иносказательно…
— Я поняла — мягко отмахнулась я от краснеющего учителя — И что же Вы, господин преподаватель, делаете в спальне моей…кхм… младшей сестренки?
— О! Вы все не так поняли! — еще больше покраснел доходяга — Я просто…
— Да все она так поняла — устав от этих «танцев с бубнами» оборвала его Ада — И нисколько не сердится. Так ведь, Делия?
— Ада, тебе всего лишь…эээ… — я зависла, пытаясь придумать, какой именно возраст посчитала возможным моя родственница, чтобы не отпугнуть неказистого извращенца.
— Мне уже пятнадцать! — наигранно возмущенно вспыхнула куколка — Это для тебя я все еще ребенок! А, между прочим, по законам южных государств я уже совершеннолетняя! И вообще, это моя жизнь! У нас с Жусом все серьезно! И если ты сейчас хотя бы попытаешься нас разлучить…
— Ада — мягко прервала я поток девичьего возмущения — Давай поговорим без свидетелей? Вы извините нас, вир Эдсон? Я бы хотела пообщаться с сестренкой наедине.
— О… Конечно вира Адаль! — тут же засуетился извращуга — Но я хочу заметить, что Адочка… то есть, вира Адаль младшая сказала истинную правду! Я действительно полон самых серьезных намерений! Уверяю Вас, возраст Вашей сестры…
— Достаточно. Мы просто поговорим с сестрой — твердо прервала я — Рада была знакомству, вир Эдсон.
— Конечно… — совсем сник без пяти минут родственник и понуро поплелся к дверям, явив в магическую сферу нижние панталоны, которые прикрывали тощий зад куда как непригляднее сюртука, который он, все же, успел натянуть, прежде чем общаться со мной.
Тихий щелчок замка объявил, что дверь спальни закрыта и мы с Адой, наконец, остались наедине.
— Ну ты даешь, конечно… бабуль — прошипела я, прищуривая свои зеленые глаза в ответ на прищур точно таких же, родственных — Ты же… Так и до пеленок допиться можно!
— А что делать? — безмятежно развела руками бабушка — Я за последние сто семьдесят лет, знаешь ли, успела примелькаться в большинстве крупных городов.
— Но подросток! — возмутилась я — И этот… бррр…. как земля носит этих извращенцев?
— Ему недолго осталось — отмахнулась бабуля — Ты же слышала? У нас все серьезно! Сейчас устрою истерику, что родня против (Кстати, это ты удачно позвонила!). Ну и подтолкну его к мысли о тайном союзе. А чтобы родные не прознали, конечно, логично выбрать ведьмовской обряд. Ну а потом…
— Туда ему и дорога — передернула плечами я.
— Аминь, дорогая — демонически хохотнула бабушка, поправляя прическу — Ладно. Со мной разобрались. Что у тебя стряслось? Как коллекция? Кстати, не пора ли раскупорить экземплярчик? Что-то выглядишь ты не важно.
— Я и чувствую себя так же — вяло огрызнулась я — Не, раскупоривать рано. Не в двадцать пять же начинать-то!
— Точно — поморщилась родственница — Тебе же еще реально двадцать пять. Все время забываю эти чертовы даты.
— Ты годы считать перестала. С датами все проще — хмыкнула я — У нас с тобой день рождения в один день разницей.
— Ну, хоть здесь ты показала, что имеешь вкус — тут же высокомерно кивнула бабуля — Родилась на три недели раньше. Всяко лучше, чем то, что твоя мать планировала. Подумать только — землеройкой хотела тебя сделать! Дурная!
— Не землеройкой, а ведьмой — природницей — снова поморщилась я.
— Один фиг — отмахнулась бабушка — Летние ведьмы все на голову того. Знай, растят себе то рожь, то овес… То сорники отваживают, то яблочки питают. Землеройки и есть! Да и осенние тоже, кстати.
— О, да — хохотнула я — Одни только мы, весенние, адекватны! Когда младенцев не жрем, конечно.
— Младенцев уже, поди, лет триста никто не жрет. Одни сказки остались — проскрипела бабушка и снова вперила в меня серьезный взгляд — Итак, Делия. Не тяни кота за бубенцы. Что стряслось, что я получила разрядником по лбу?
— У экземпляра номер двенадцать оказался брат близнец — словно ныряя в прорубь, на одном дыхании выдала я — И этот брат оказался инквизитором!
— Твою-ж мать, Делия — тихо прошептала родственница, распахивая глаза и прижимая знакомым жестом руку к губам.
— Ба…
— Ты совсем сдурела?! Как?!
