чтобы не тратить время в дороге. И когда вижу вдалеке синюю карету, запряжённую чёрными лошадьми, срываюсь с места.
Выйдя на улицу, оборачиваюсь. Шепчу заклинание, которое стирает магические следы моего нахождения в этой таверне. Надеюсь, я сделала всё возможное, чтобы муж меня не нашёл в будущем.
Когда почтовая карета останавливается у таверны, я тут же подхожу к кучеру. Охранник хмуро косится на меня, но видит, что угрозы нет, поэтому никак не реагирует.
- Добрый человек, - обращаюсь к седовласому мужчине, судорожно вспоминая его имя, - Томас, помогите деве в беде. Мне нужно добраться до Гарота. Мой верный слуга Китон говорил, что вы сможете мне помочь.
- До Гарота? – переспрашивает мужчина, почёсывая бороду. – Ну, мы туда не собирались заезжать. Едем сразу в столицу.
- В столицу? – радостно вскрикиваю я.
- Да.
- Герцог Шейнвуд прилично мне заплатил, чтобы я доставил его письмо в королевский дворец.
- Герцог Шейнвуд?.. – немного растеряно переспрашиваю я.
- Да. Срочное письмо, поэтому мы отправляемся дальше уже через пять минут. К сожалени, в Гарот мы заезжать не будем.
- Мне… А можно с вами в столицу? Мне туда и нужно.
- Да, конечно. Карета пустая, так что доедете с комфортом.
Томас помогает мне занести в карету мою сумку и скрывается в таверне с конвертами, а я удобно располагаюсь на мягких сидениях. Вот это мне повезло… Доеду прямо до столицы.
А вот Лукас меня удивляет. Что он там за срочное письмо направил Королю? Может, там тоже прошение о разводе? Тогда почему не отправился лично? Такое серьёзное дело? Или не захотел оставлять свою возлюбленную беременную одну. Лорен продолжает изображать боли? Молодец. Хороша актриса. Мне её талант только на руку.
Пока Лукас занимается её самочувствием, я покончу с нашим браком, хоть как бы больно не было.
Что-то мне подсказывает, что муж даже не заметил моего отсутствия в поместье, а мы с Моримером договорились, что он до последнего будет пытаться меня прикрыть. Лукас узнает, что я сбежала только, когда лично спуститься в подвал и не увидит меня там.
Томас возвращается через три минуты, и карета тут же трогается с места. Не зная, чем себя занять, я изучаю ящик, в котором сложены письма. Вдруг мне повезёт, и там будет какая-нибудь газета или книга.
Но нет. Ничего похожего я не замечаю. А вот конверт, которым постоянно пользуется мой муж, узнаю практически сразу. Тянусь к ящику и кончиками пальцев выуживаю этот конверт.
Гипнотизирую его взглядом некоторое время. Знаю, что чужие письма читать плохо. Но Лукас ведь мне не совсем чужой человек. Пока. Он – мой муж. А значит, ничего страшного не случится, если с помощью одного простенького заклинания вскрою восковую печать и прочту письмо.
Руки действуют сами по себе. С губ срывается заклинание, и уже в следующую секунду я держу в руках письмо Лукаса, в котором он просит Короля расторгнуть наш брак по причине того, что любовь между нами испарилась, как и взаимное уважение. Формальная отписка, конечно. Но ниже указывают основная причина для развода – мои тайные встречи с молодыми драконами.
Что???
Ярость во мне вспыхивает такой силы, что даже карету бросает в сторону. Томасу удаётся быстро успокоить лошадей.
- Леди, вы там в порядке?
- Да, всё хорошо, - кричу как можно более уверенно, а самой хочется рвать и метать.
Я не ожидала от Лукаса такого мерзкого поступка. Сам ребёнка любовнице заделал, а меня обвиняет в многочисленных изменах? Да как у него совести хватило эту писанину подписать???
Лишь чудом сдерживаю порыв разорвать прошение мужа. Дрожащими пальцами осторожно складываю пергамент в конверт и возвращаю на место печать.
Лукас хотел поскорее доставить послание Королю? Отлично. Я этому поспособствую. Лично вручу Королю прошение и попрошу, чтобы он меня выслушал и узнал правду о своём «верном» подданном. Я готова даже при этом разговоре выпить зелье истины. Не позволю мужу смешивать меня с грязью!
Глава 14
В дороге я, кажется, засыпаю, несмотря на бурю эмоций в моей груди. И когда меня бросает вперёд, мне требуется некоторое время, чтобы прийти в себя. Не сразу понимаю, что происходит, когда вдруг слышу жуткий треск, а после испуганное ржание лошадей. Карета останавливается.
- Не выходите, госпожа! – кричит мне Томас.
Как это не выходить? Судя по голосам и крикам снаружи, на нас напало целая толпа разбойников. А охранник у кареты только один. Сомневаюсь, что Томас обладает магией настолько высокого уровня, чтобы отбить атаку.
Я слышу звуки начавшегося сражения, и осторожно выглядываю из окошка. Вижу, как охранник укрывается щитом. На него нападают сразу четверо. Томас тоже укрыт щитом, но таким слабым, что он рушится под первой же атакой. Мужчину отбрасывает назад.
Если я не вмешаюсь, его могут убить. Я не могу этого позволить. Я смело открываю дверцу кареты, и тут же сталкиваюсь с одним разбойником.
- Ух, какое сокровище, - мерзко улыбаясь, говорит он и тянет ко мне руку, но тут же получает атакующим заклинание в грудь.
От силы удара он отключается. Эх, какая я – молодец. Профессор Роквуд может мной гордиться!
Другие разбойники меня не замечают. Их товарищ даже не пискнул, когда падал на землю. Я не могу не воспользоваться этим преимуществом, поэтому воздушными плетьми отбрасываю от охранника кареты двоих противников. Двое оставшихся разбойников удивлённо оглядываются, не понимая, что происходит, и теряют драгоценные секунды.
А вот охранник не теряется. Первым заклинанием он связывает цепями одного противника, вторым – сносит с ног второго.
Когда он смотрит на меня, его лицо искажается от страха.
- Леди!
Да только уже поздно. Меня атакуют в спину. Заклинание прилетает ровно между лопаток, и я лечу вперёд, больно приземляясь на руки.
- Лучше бы сидела в карете, - доносится до меня хриплый мужской голос. – Осталась бы целой.
- Если бы вы были настоящим мужчиной, то не стали бы атаковать девушку со спины, мистер, - говорю дерзко, быстро поднимаясь на ноги. – Посмотрим, кто из нас останется целым в честном бою.
- Я и честный бой – понятия несовместимые. Можете не пытаться давить на мою совесть, леди.
Передо мной стоит высокий мужчина в грязном, местами порванном чёрном камзоле. Его волосы затянуты в тугой хвост на затылке. Лицо грязное, испещрённое шрамами. Когда он улыбается, я вижу гниль на зубах, и
