их в поле зрения хотя бы раз в полчаса, Владлен скрестил пальцы на удачу… И принялся заказывать новый билет до Китая…
В зоне вылета он расположился с комфортом. Заказал себе виски — первую двойную порцию выпил сразу, вторую сел смаковать. И все было бы чудесно, если бы вдруг не случилось неожиданное. На его телефон начали поступать звонки. Целый град входящих, на которые первое время он не реагировал, а потом понял: случилось что-то из ряда вон.
— Владлен Николаевич! Я у-уу-уехала! — завопила, прерываясь и будто бы задыхаясь, новоиспеченная няня Ани и Маши. — Они… меня остригли почти налысо! Я заснула, а они…
Далее связь оборвалась, но напоследок Токарев успел услышать настолько судорожный всхлип, что он показался ему предсмертным.
— Господи, помоги! — взревел Владлен, пытаясь осознать случившееся, после чего вскочил из кресла и бросился вон из аэропорта.
Прощай, контракт!
* * *
«— Мама… мамулечка! Папа… нас запер!
— Мамочка, найдись! Мы заперты в комнате!
— Он будет выпускать нас только в туалет!
— А сам привел свою Дракулу! Они пьют, слушают музыку и смеются…
— Наверно, над нами!»
Надо ли говорить, что когда я услышала это голосовое, записанное наперебой моими крошками, оставаться и дальше вдалеке от дочек было попросту преступлением? Пребывая в ужасе от того, что творил Токарев, я выбежала из номера отеля и, не помня себя, прыгнула в первое попавшееся такси.
Позвонила девочкам, но ничего из их рассказа понять наверняка не смогла. Только лишь тот факт, что Владлен за их выходку с няней закрыл их в детской и сказал, что он будет отдыхать с какой-то Мишлен (я подозревала, что это Мишель), а дети будут выходить из запертого помещения исключительно в туалет.
Двадцать минут, что мы мчались к дому, я не могла сидеть на месте. А как только такси остановилось, выскочила на улицу и побежала ко входу. Ворвалась в особняк, пулей оказалась возле гостиной, откуда громыхала музыка. А когда распахнула дверь, глазам моим предстала картина:
Мой муженек в распахнутой рубашке отплясывал посреди комнаты, а вокруг него, держа бутылку Дом Периньон за горлышко, скакала горной козой одна из его любовниц.
И, судя по четвертому размеру буферов, это и была та самая Мишель. Но мне стало очень быстро плевать, как ее зовут.
— Какого черта тут творится? — прокричала я, пытаясь переорать музыку.
На что муж, даже не остановившись, отреагировал:
— Милая, тебе не кажется, что кто-то где-то что-то пискнул?
Все, забрало упало. Меня повело от агрессии, которая буквально вскипела в венах. Пока Токарев продолжал выплясывать, наверняка устроив это представление для меня, я сделала пару кадров данного пиршества, после чего подскочила к колонке.
В гостиной разлилась тишина, которую нарушил лишь тихий смех Мишель. Ей нравилось то, что происходит. Еще бы! Пожалуй, для шлюхи вся эта история стала отличным развлечением в ее унылых буднях, наполненных сексом с чужими мужьями.
— Варвара! Как же классно, что мы с вами наконец познакомимся! — воскликнула шлюха Владлена.
Она отпила еще глоток шампанского и, отдав бутылку Токареву, направилась в мою сторону.
— Владлен, ты с ума сошел? — сжав руки в кулаки, прошипела я.
Увернувшись от Мишель, что, к моему ужасу, вознамерилась меня приобнять, я ринулась к мужу и стала колотить его, куда ни попадя. Какое-то время он позволял мне это делать, а затем, схватив за запястья, резко отпихнул от себя.
Он за мгновение стал трезвым. А может, пьяная дымка просто заместилась агрессией, которая вытолкнула все другие состояния Токарева.
— Сядь и будем говорить! — рявкнул он, указав на диван.
— И не подумаю! Дай мне ключ от детской! Я забираю девочек и мы уезжаем! — процедила в ответ.
На что Владлен запрокинул голову и, повернувшись к Мишель, доверительно сообщил:
— Она забирает девочек, ты смотри!
Посмеиваясь, он направился к креслу, в которое и опустился. Я пылала негодованием, но мне нужно было успокоиться. Того, что Токарев не отпустит детей или выставит меня прочь, не боялась. Вызовем моих родных, родных Влада — и он будет вынужден сделать так, как ему скажут. Ну и полицию с опекой никто не отменял.
Другое дело, что я уже просто хотела собрать Аню и Машу и уехать отсюда хоть куда-то.
— Варвара, мне кажется, вы гипертрофируете… — начала Мишель, но замолчала, стоило мне смерить ее уничижительным взглядом.
— Заткнись и молчи! — велела я ей. — Шлюхам слова не давали! Или хочешь не досчитаться пары клоков волос?
Она инстинктивно вскинула руки к нарощенным кудрям. То-то же.
— Варя. Мишель сейчас уедет, а мы с тобой поговорим, — произнес Токарев таким голосом, что лед, сквозящий в нем, можно было к висками прикладывать во время мигрени.
— Дай мне ключ и мы уедем с Аней и Машей! — продолжила настаивать я.
— Куда? — хмыкнул Влад.
— Не твое дело! — отрезала в ответ.
— Кажется, ты собиралась раздвигать ноги перед другими мужиками, пока не найдешь того единственного. И дети в этом грандиозном плане были лишь помехой, — начал надсмехаться надо мной Токарев.
Как же я ненавидела собственного мужа! Хотя бы за то, что после всех его косяков он не умолял меня простить, валяясь на коленях, а творил лютую дичь.
— Я повторю еще раз. Дай мне ключ от детской и мы уедем с детьми! И развлекайся сколько влезет! И на конференции свои хоть обкатайся. Нашему браку конец, Токарев. С чем я Мишель и весь твой отряд шлюх и поздравляю!
Я подошла к мужу и протянула руку ладонью вверх. Какое-то время он сидел неподвижно, лишь только испепелял меня взглядом, затем сделал неуловимый жест, увидев который, Мишель прихватила остатки шампанского и ушла.
Так вот что ему нравилось… Вот это ощущение, что он царь и бог, способный повелевать своими проститутками… Иначе как объяснить довольную мину, что появилась на лоснящемся лице Токарева?
— Я дам тебе ключ и уж конечно, не стану препятствовать тому, чтобы ты повидалась с девочками, но сначала мы поговорим.
Он вновь указал на диван. Я какое-то время поразмышляла, потом решила выделить ему пять минут. Но устраиваться на месте для переговоров не стала. Отошла на пару метров и сложила руки на груди.
— Я виноват перед тобой, Варя. И предлагаю тебе поступить следующим образом. Мы начнем жизнь с чистого листа. Больше никаких баб, обещаю. Сейчас я утрясу дела с Китаем, потом мы на пару недель слетаем в отпуск. Попробуем наладить отношения. Возможно, нам стоит завести еще одного ребенка.
По мере того, что он говорил, мои брови двигались и двигались наверх, пока не заломило в
