– Как она выглядела? – поинтересовалась Кит.
– Ужасно! – ответила Линда. – Я даже подумала, что она заболела. У нее страшные мешки под глазами, и она засыпала на ходу. Хотя ты выглядишь не лучше, – девушка внимательно посмотрела на Кит. – Может, в Блэквуде начинается эпидемия гриппа?
– Вряд ли, – сказала Кит. – Мы просто не спали полночи. Сэнди приснился кошмар, она закричала, я услышала и прибежала к ней. Потом мы ушли ко мне в комнату. А вы ничего не слышали? Я думала, мы так шумели, что могли бы мертвых разбудить.
От сказанных случайно слов у Кит по спине пробежали мурашки.
– Я ничего не слышала, – сказала Линда. – А ты? – она повернулась к Рут.
– Даже не знаю, – с сомнением протянула темноволосая девушка. – Может, что-то и слышала. Мне в последнее время постоянно снятся сны, поэтому я плохо сплю.
– Сны? – замерла Кит. – А какие?
– Наутро ничего не помню, – пожала плечами Рут. – Только чувствую себя так, будто вообще не спала.
– Я тебя понимаю, – вздохнула Линда. – Сама еле встаю по будильнику.
– Надеюсь, что из-за стола ты встать сможешь, – Рут выразительно посмотрела на часы. – У нас литература с мадам Дюре через несколько минут. Кит, а что у тебя с утра?
– Музыка, – ответила Кит.
– Индивидуальное занятие с Жюлем? Повезло, – хихикнула Линда и поправила свои светлые локоны. – Если бы я знала, что в Блэквуде будет такой учитель музыки, тоже записалась бы на уроки фортепиано. А так он на меня даже не смотрит.
– Он очень замкнутый человек, – согласилась Рут. – Мне кажется, он целиком предан своей работе. Не то чтобы меня это особо волновало, – добавила она, словно оправдываясь.
– А вот меня волнует, – не стала отрицать Линда. – В конце концов, Жюль – единственный мужчина, с которым мы будем общаться следующие четыре месяца, пока не уедем домой на Рождество. Не считая, конечно, профессора Фарли.
Из кухни показалась Натали с кофейником. Она собиралась ограничиться коротким кивком в качестве приветствия, но заметила Кит и смягчилась.
– Доброе утро, мисс. Вам что-нибудь приготовить?
– Спасибо, Натали, – ответила Кит. – Я не голодна.
Натали поставила кофейник на стол.
– Но вы должны что-нибудь съесть. Вы и так уже похудели.
Кофейный аромат облачком поднялся над столом; обычно Кит обожала запах кофе, но сейчас едва справилась с подкатившей волной дурноты.
– Я уже опаздываю на урок, – сказала она. – Поем в обед.
Кивнув остальным на прощание, Кит быстрым шагом вышла из столовой.
Жюль Дюре ждал ее в музыкальном классе. Он сидел на стуле у окна, одетый в бледно-голубую рубашку, открывающую горло, и темные прямые джинсы. На коленях у Жюля лежали ноты, но он не обращал на них внимания. У него был вид человека, который уже устал ждать.
Когда Кит вошла, Жюль одарил ее не слишком приветливым взглядом.
– Ты опоздала, – сказал он. – Я начал думать, что ты вообще не придешь.
– Прошу прощения, – ответила Кит. – Я плохо спала ночью и не услышала будильник.
Трудно было воспринимать этого молодого человека как учителя. Он выглядел ненамного старше парней, с которыми она ходила гулять в школе. Мрачная красота делала его более привлекательным, чем любого из них. Но почему-то Кит, обычно легко находившая общий язык с противоположным полом, в присутствии Жюля терялась.
– Ты занималась? – перешел он сразу к делу. – Садись, я хочу посмотреть, как далеко ты продвинулась. Сыграй что-нибудь простое, разомни пальцы, а потом перейдем к пьесе.
Кит послушно опустилась на скамью перед пианино и положила руки на клавиши. Собственные пальцы вдруг показались ей ужасно неповоротливыми; у Кит возникло ощущение, будто она играла уже несколько часов.
– Жюль? – обратилась она к учителю.
– Да?
– Мне кажется, я сегодня не смогу играть, – Кит медленно опустила руки на колени. «Я устала, – подумала она. – Я жутко устала, и мне страшно. Мне нужно с кем-нибудь поговорить. Мне нужен друг».
Она подняла голову и встретилась взглядом с темными, внимательными глазами Жюля, который стоял напротив нее. Можно ли считать его другом? Если вспомнить их общение за последнюю неделю, то Кит даже не знала, нравится ли ему. Но к кому еще она может обратиться? Сэнди и так сама не своя, а от Рут и Линды мало толку.
– Мы можем поговорить? – едва слышно спросила она. – Вместо занятия?
– Поговорить? – прищурился Жюль. – О чем?
– О Блэквуде.
– А что не так с Блэквудом?
– Не знаю, – так же тихо сказала Кит. – Я… не знаю. Но с ним что-то не так. Это место меня пугает. И не только меня. Мы просто не можем объяснить. Тут происходит… всякое.
– Что ты имеешь в виду? – Жюль наконец проявил интерес к тому, что она говорит.
– Ну, во‑первых, мы все видим странные сны. Сэнди вчера приснилось, что в ее комнате кто-то есть. Она закричала, и я побежала к ней, чтобы узнать, что случилось, а дверь оказалась заперта.
– Чушь, – хмыкнул Жюль. – Двери не запираются изнутри.
– Кстати, почему?
– Почему что?
– Почему двери не запираются изнутри? Мадам Дюре сказала, что замки должны обеспечить нам уединение, но о каком уединении идет речь, если мы не можем закрыться в собственной комнате?
– Зато никто не тронет ваши вещи, когда вас нет, – напомнил Жюль.
– Вот это меня меньше всего беспокоит, – ответила Кит. – Думаю, тут у всех девочек есть ноутбуки, а больше я ничего ценного с собой не привезла. Но я бы не отказалась иметь возможность закрываться изнутри. И прошлой ночью дверь Сэнди совершенно точно была заперта. Я дергала ручку. А потом она вдруг поддалась, словно кто-то ее открыл.
– Значит, дверь просто заело, – уверенно произнес Жюль. – Я посмотрю, может, нужно смазать замок. В какой комнате живет Сэнди?
– Вы меня вообще слышите? – с нескрываемым раздражением посмотрела на него Кит. – Я не прошу вас смазывать замок. Я говорю, что в Блэквуде творится что-то странное. Кто-то был в комнате Сэнди вчера ночью. Женщина. Понимаю, это звучит дико, но Сэнди видела ее собственными глазами!
– Ей наверняка приснилось, – сказал Жюль. – Ты же сама говоришь: вам постоянно что-то снится. Но волноваться тут не о чем. Такое часто случается, когда в первый раз уезжаешь из дома и привыкаешь к новой обстановке.
Он замолчал, потом спросил, чуть понизив голос:
– А эта женщина – в комнате Сэнди, – она что-нибудь говорила?
– Почему вы спрашиваете? – удивилась Кит.
– Просто интересно.
– Кажется, нет, – пожала плечами девушка. – Во всяком случае, Сэнди ничего такого мне не рассказывала. Но почему вас это волнует, если вы думаете, что ей все приснилось?
– Сэнди ведь кричала во сне, – сказал Жюль. – Я подумал, что она могла так среагировать на какие-то слова.
– Она просто испугалась, когда увидела эту женщину, – ответила Кит. – Сами подумайте: вы просыпаетесь в комнате, где кроме вас никого не должно быть, и обнаруживаете, что возле кровати стоит кто-то и смотрит на вас. А еще там было очень холодно! Сэнди промерзла до костей, она была просто синяя!
– Послушай, Кит, в комнате Сэнди никого не могло быть, – покачал головой Жюль. – Как эта женщина туда забралась? Ворота Блэквуда всегда запираются на ночь, дом тоже. Вряд ли кому-то взбредет в голову лезть через окно. Но даже если и так, то как она успела спуститься обратно? У нее что, были крылья? – Жюль выразительно поднял бровь.
– Но закрытая дверь… И холод…
– Я уже сказал, что дверь могло заклинить. А холод… Наверное, Сэнди оставила окно открытым, вот комнату и выстудило.
Жюль подался вперед и накрыл руку Кит своей. Теплая, сильная, с длинными изящными пальцами, она на мгновение отодвинула в сторону одолевшие девушку тревоги.
– Блэквуд – очень старое поместье, – когда Жюль заговорил, голос его был неожиданно нежным, – красивое, даже великолепное, но со своей атмосферой. Старые дома несут на себе отпечаток времени. Со временем ты здесь освоишься. Когда мы только приехали, я тоже видел странные сны.
– Да? – недоверчиво спросила Кит.
– Конечно. А ты думала? Я не привык жить в подобных местах. Во время учебы я снимал квартиру с друзьями, а каникулы проводил с матерью в какой-нибудь из ее школ, но в остальном был предоставлен сам себе. Когда я окончил консерваторию, мать предложила мне поехать в Америку, чтобы преподавать. Я не сразу согласился, но она так расписывала Блэквуд – и саму школу, и то, для каких студентов она предназначена, что я решил попробовать.
– Впервые увидев Блэквуд, я глазам своим не поверил, – продолжил Жюль. – Я до сих пор не знаю, как мама отыскала это место. У него удивительная энергетика. Тебе просто нужно к ней привыкнуть.
– А вы, значит, привыкли? – испытующе посмотрела на него Кит.
