class="p1">Эльф сделал паузу, давая словам осесть.
— Или, может быть, ты предпочтёшь отступить прямо сейчас? Признать, что не ровня мне, и освободить Ауриэль от этого унижения?
Вокруг раздались смешки.
— Хорошо, — сказал азиат спокойно. — Я принимаю твой вызов.
Таверна снова взорвалась возгласами. Герои еще активнее переговаривались между собой.
Аэларион расплылся в самодовольной улыбке.
— Мудрое решение, — протянул он. — По крайней мере, ты не трус.
Он развернулся к родителям Ауриэль.
— Когда я одержу победу, ваша дочь поймёт свою ошибку.
Мать Ауриэль кивнула с холодным удовлетворением.
— Так тому и быть.
Я поднялся со стула, подошёл к Юки. Положил руку ему на плечо и хмыкнул.
— Порви его.
Азиат слегка кивнул, на его губах мелькнула едва заметная ухмылка.
Аэларион уже направился к выходу, его доспехи позвякивали при каждом шаге. Родители Ауриэль последовали за ним.
Вся команда последовала за Юки. Димон толкнул меня локтем.
— Сколько думаешь он продержится?
— Ты про Юки или…
— Конечно «или»! Как будто за Юки можно переживать!
— Возможно. Только не стоит недооценивать противников. Посмотрим, как выйдет, вряд ли затянется.
Вокруг нашей группы начала собираться толпа. Похоже, здесь обожали поединки.
Аэларион остановился посреди широкой улицы перед таверной. Развернулся, сбросил плащ и вытащил меч. Клинок был изящным, с тонким лезвием.
Юки медленно подошел к центру. Его движения были расслабленными и в тоже время соредоточенными. Толпа росла с каждой секундой.
Я встал рядом с Димоном у края площади. Катя оказалась с другой стороны, но и она наблюдала за происходящим. Олеся и Ауриэль стояли рядом, обе напряжённые. Валёк скрестил руки на груди, его лицо оставалось невозмутимым.
Родители Ауриэль заняли позицию напротив меня. Её мать смотрела на поединок с холодным превосходством. Отец просто наблюдал.
Аэларион принял боевую стойку. Его клинок поднялся вверх, тело напряглось. Он начал медленно и демонстративно двигаться. Меч описывал сложные фигуры в воздухе, его движения были отточенными и красивыми.
Он крутился, делал выпады в воздух, совершал акробатические прыжки. Каждое движение выглядело как часть танца.
Я скривился, смотря на эту показуху.
Юки в тоже время стоял неподвижно. Его руки были опущены вдоль тела, а катана висела на поясе. Он просто смотрел на эльфа спокойными, сосредоточенными глазами, не прикасаясь к своему клинку.
Аэларион закончил свою демонстрацию и наконец замер в боевой стойке.
— Готов? — спросил он с усмешкой.
Юки не ответил. Только слегка кивнул.
Эльф рванул вперёд.
Его движение было быстрым — клинок пронёсся к шее Юки.
Толпа ахнула.
Но азиат просто шагнул в сторону. Один небольшой шаг влево.
Клинок Аэлариона прошёл в сантиметре от его шеи, не задев ничего кроме воздуха.
И в тот же миг Юки нанёс молниеносный и короткий удар правым кулаком в челюсть.
Хруст!
Голова Аэлариона резко дёрнулась назад, его глаза закатились. Тело эльфа обмякло и рухнуло на камни мостовой с глухим стуком. Меч выпал из его руки и со звоном покатился по площади.
Над площадью повисла абсолютная, оглушающая тишина.
Все застыли. Даже случайные прохожие, которые остановились посмотреть на поединок.
Юки медленно выпрямился. Посмотрел на свой кулак, потёр костяшки и спокойно развернулся.
Аэларион лежал без движения. Его лицо приняло странное выражение — смесь удивления и боли.
Мать Ауриэль побледнела. Её рот приоткрылся, но она не издала ни звука.
Отец шагнул вперёд, глядя на поверженного эльфа с нескрываемым шоком.
Толпа взорвалась.
— ХАААА! ОДНИМ УДАРОМ!
Герои вокруг загудели, обсуждая произошедшее. Кто-то смеялся, кто-то качал головой в изумлении.
Димон рядом со мной расхохотался.
— Вот это да! — воскликнул он. — Юки даже меч не достал!
Я усмехнулся, скрестив руки на груди.
— Говорил же. Это будет «занимательно».
Юки спокойно подошёл к родителям Ауриэль. Остановился перед ними, его лицо оставалось бесстрастным.
— Дуэль окончена, — сказал он ровно. — Я победил.
Мать открыла рот, но слова застряли в горле. Её лицо исказилось от гнева и унижения.
Отец молча смотрел на лежащего Аэлариона. Затем медленно перевёл взгляд на Юки.
— Ты… — начал он, но азиат уже развернулся и направился к Ауриэль. Он просто проигнорировал их.
Я подошёл ближе, остановившись рядом с поверженным эльфом. Аэларион начал приходить в себя и застонал.
Двое из толпы подошли и помогли ему подняться. Эльф шатался, его взгляд был мутным. Он потрогал челюсть и поморщился от боли.
— Что… что произошло? — пробормотал он.
— Ты проиграл, — ответил я с усмешкой. — Причём за пару секунд.
Лицо Аэлариона налилось краской. Он попытался выпрямиться, но снова покачнулся.
Родители Ауриэль подошли к нему. Мать схватила его за плечо, её лицо было искажено яростью.
— Как ты мог⁈ — прошипела она. — Ты опозорил всех эльфов!
Аэларион опустил голову, не находя слов.
Отец Ауриэль развернулся к Ауриэль.
— Дочь, — произнёс он. — Это ничего не значит. Мы ещё поговорим.
Внезапно Ауриэль расхохоталась. Громко, от души, согнувшись пополам. Её смех был заразительным — Димон тут же присоединился, затем Олеся прыснула, прикрывая рот ладонью. Валёк усмехнулся, качая головой.
Я сам не сдержался и фыркнул. Учитывая весь их пафос ранее, всё обратилось в фарс.
Вокруг нас герои тоже смеялись, переговариваясь между собой.
— Довольно! — рявкнул старший эльф. — Ауриэль! Ты смеёшься над представителем своей расы! Над тем, кто…
Смех эльфийки оборвался мгновенно. Она выпрямилась, и выражение её лица изменилось. Глаза стали холодными, губы сжались в тонкую линию.
— Над кем? — переспросила она тихо. — Над тем, кто явился сюда только затем, чтобы продемонстрировать своё превосходство? Над тем, кто решил, что мои родители решат всё за меня?
Отец замер. Мать рядом с ним побледнела.
Эльфийка сделала шаг вперёд.
— Мне важна надёжность! — голос эльфийки зазвучал ещё громче. — Уверенность в том, что человек рядом со мной не сбежит при первой опасности! Что он будет стоять рядом, что бы не случилось!
Она развернулась, указывая на Юки.
— И я нашла это!
Ауриэль шагнула к азиату и схватила его за руку.
— Вот мой выбор! — её голос гремел над площадью. — Настоящий воин, ясно?
Вокруг послышались одобрительные возгласы.
Отец Ауриэль стоял, будто окаменев. Его челюсть была сжата, руки сжаты в кулаки. Мать отвернулась, её плечи дрожали от сдерживаемой ярости.
Ауриэль притянула Юки к себе. Он даже и не думал сопротивляться.
И тут она его поцеловала.
Глава
