она счастлива снова увидеться с ним, а это определенно не цель ее визита.
Черный бронированный внедорожник отвез ее в бар. Выйдя на улицу, Шарлотта глубоко вздохнула, понимая, что ее жизнь вот-вот изменится коренным образом.
— Мэм? — мягко спросила Айрис.
— Я в порядке.
Один из ее охранников прошел в бар первым, осмотрел его, а потом позволил Шарлотте войти.
Ее сердце бешено колотилось, пока она осматривала толпу. Через несколько секунд она увидела его. Он сидел у стены и пил вино.
Рокко быстро заметил Шарлотту и встал, когда она подошла, потом посмотрел на двух крепких охранников и на Айрис.
— Привет! — Она стояла у края кабинки, глядя на него, желая прикоснуться к нему и поцеловать в щеку, но стеснялась.
— Не ожидал, что снова встречусь с тобой.
— Мы не обменялись телефонными номерами, — сказала она, сев напротив него и вздрогнув, когда их колени соприкоснулись. — Кроме того, ты не скрывал, что больше не желаешь меня видеть.
Выражение его лица не изменилось, но его глаза сверкнули.
— И все-таки мы встретились.
Она разволновалась.
— Мне надо поговорить с тобой.
Он налил два бокала вина и откинулся в кресле, наблюдая за ней.
— Я должна тебе кое-что сказать.
— Я уже понял.
Она прикусила нижнюю губу.
— Мы не представились полными именами.
— И все же ты нашла меня.
— Ты предпочитаешь, чтобы я этого не делала? — спросила она, наклонив голову набок.
— Я этого не говорил.
Между ними вспыхнуло желание, и одуряющее искушение снова отдаться Рокко стало почти невыносимым. Она должна все ему рассказать, пока не утонула в зыбучих песках вожделения к этому мужчине.
— Я не была честна с тобой в ту ночь.
Он замер:
— Да? В чем? Ты замужем?
— Нет. Еще нет, — сказала она, прижимая кончики пальцев ко лбу.
— Еще нет? — переспросил он, поджав губы.
— Я…
— Ваше высочество?
К ней подошла женщина лет сорока, говорящая по-английски с сильным акцентом. Когда Шарлотта повернулась к ней лицом, женщина перешла на хемменуэйский язык, но произнесла всего четыре слова, прежде чем появился охранник, демонстративно вставший между туристкой и Шарлоттой.
— Все в порядке, — пробормотала Шарлотта, отпустив охрану и сосредоточившись на женщине.
— Я так и подумала, что это вы!
Шарлотта вздрогнула, но сделала то, что от нее ожидалось, все время ощущая на себе оценивающий взгляд Рокко.
— Можно с вами сфотографироваться?
Шарлотта кивнула и встала, подошла к женщине и сделала с ней селфи.
— Не могли бы вы не выкладывать фото в социальных сетях в течение часа? Это вопрос безопасности, — сказала она с извиняющейся улыбкой.
— Конечно, ваше высочество. Какая честь для меня!
Шарлотта подождала, пока женщина уйдет, а затем села напротив Рокко.
— Кажется, ты совсем не была честна со мной, — сказал он. — Предлагаю начать с самого начала.
Она опустила глаза:
— Начало, середина, конец — не имеет особого значения. Я принцесса.
— Откуда?
— Хемменуэй.
Он прищурился:
— Шарлотта Ротсбург.
Она поежилась, услышав свое полное имя.
— Да.
— И ты молчала?
— Я хотела забыться на одну ночь.
— И пожить как простолюдинка?
Она улыбнулась.
— Я ничего не планировала, — сказала она, покачав головой. — Я просто воспользовалась шансом. Очень трудно объяснить постороннему, на что похожа моя жизнь, но достаточно сказать, что такие места, как этот бар, для меня в новинку.
Он уставился ей в глаза:
— И с тех пор обман гложет тебя? Или ты боишься, что я продам грязные подробности бульварной прессе?
Он не мог знать, насколько его последнее предположение соответствует ее предыдущему опыту.
— Нет. — Она нахмурилась и постаралась выровнять дыхание. — На самом деле это не так важно.
— Почему?
— Ты должен понять деликатность нашего положения.
— Мы переспали всего один раз, — сказал он, и она наклонилась, прижимая палец к его губам.
— Пожалуйста, помни, что везде люди.
Его глаза сверкнули, потом он опустил голову в молчаливом признании.
— Секс на одну ночь запрещен принцессам? — тихо спросил он, и она ощетинилась, потому что не ожидала от него насмешек.
Она посмотрела в сторону, чтобы успокоиться.
— Поэтому ты была такой неопытной, Шарлотта?
Ей нравилось, что даже сейчас он не называл ее принцессой.
— Мой опыт не имеет значения.
— Не для меня.
— Вернемся к нашему разговору.
— Какой именно разговор?
— Я пытаюсь объяснить…
— Зачем ты мне позвонила?
Она уставилась на точку за его плечом.
— В ту ночь… — тихо сказала она, заставляя себя смотреть ему в глаза. — Хотя мы… Он нетерпеливо вдохнул.
— Я беременна, — произнесла она слегка дрожащим голосом. — От тебя.
Казалось, каждый посетитель бара застыл и умолк, а сам бар превратился в подобие американских горок.
— Что ты сказала? — Он пялился на нее, стараясь осмыслить ее заявление. Беременность? Это невозможно. Он думал, что она позвонила ему, чтобы повторить ту ночь, и с тех пор мечтал только об этом. Мысль о том, чтобы уложить Шарлотту в постель, была для него нирваной прошедшие пять недель.
— Я беременна, — ответила она вполголоса, так что он наклонился ближе, глядя на ее губы и задаваясь вопросом, не ослышался ли.
Внезапно он снова стал мальчиком, спрятавшимся за дверью и подслушивающим разговор, в который ему не следовало вмешиваться.
— У меня уже есть семья. Это не мой ребенок.
— Он твой сын, признаешь ты его или нет. Он под твоей ответственностью.
— Нет, ответственность лежит на тебе. Ты говорила, что не забеременеешь, — отрезал мужчина.
Голос матери Рокко дрожал.
— Я не могла сделать аборт. Если бы ты его увидел…
— Нет. Я не буду с ним встречаться. И если ты скажешь хоть кому-нибудь, что я его отец, я уничтожу тебя. Ты поняла?
— Этого не может быть, — произнес Рокко, слегка качая головой. — Я предохранялся.
— Я беременна, — сказала она в третий раз и взволнованно посмотрела на него.
— А я отец.
— Физически невозможно, чтобы это был кто-то другой.
— Ты сказала, что помолвлена…
— Я не спала со своим женихом.
— Значит, у тебя был только я.
Несмотря на панику, от которой у него стыла кровь, ее признание спровоцировало у Рокко гордость. Несмотря на протесты, мысль о том, что он стал ее первым мужчиной, пьянила его.
— Я понимаю, как ты к этому относишься, — пробормотала она, покосившись на дверь.
Он проследил за ее взглядом и посмотрел на агентов службы безопасности и женщину.
— Не волнуйся, я не разрушу твою жизнь.
Он уставился на Шарлотту, вспоминая слова своей матери.
— Мне ничего от тебя не нужно. Я приехала просто потому, что ты должен знать.
— Лучше бы он никогда не рождался. Лучше бы я тебя никогда не встречал.
— Если бы ты только знал,
