я не забеременела, мы бы никогда больше не увиделись, верно?
— Да, — согласился он, задаваясь вопросом, правда ли увидел обиду в ее глазах. Он коснулся губами ее плеча. — Но ты беременна. От меня. И ты станешь моей женой. Я не понимаю, зачем отказываться от того, что нравится нам обоим.
Шарлотта приоткрыла губы, подбирая слова. Но Рокко быстро отказался от спора и страстно поцеловал ее.
Разум кричал ей, чтобы она остановилась, но тело, которое жаждало Рокко уже пять недель, было бессильно сопротивляться. Она тихо простонала, когда его поцелуй затмил все ее возражения, и настойчиво поцеловала его в ответ. Подняв руки, она зарылась пальцами в его волосы и прильнула к нему. Она понимала, что совершает ошибку, но мозг отказывался подчиняться здравому смыслу. Шарлотта всхлипнула, переполняясь желанием, ее нервы раскалились добела под натиском Рокко. Она дрожала, прижимаясь к нему, а тихий голос разума предупреждал ее, чтобы она отстранилась и сохранила спокойствие.
Но, как и в их первую ночь, в ней проснулся бунтарский дух. Когда Рокко поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз, Шарлотта сдержала стон разочарования, она хотела большего.
Если Шарлотте казалось, что ее мозг вот-вот взорвется, Рокко выглядел спокойным и контролирующим себя финансистом-миллиардером. Она наклонилась к нему, а он даже не пошевелился.
— Однажды ты уже ошиблась, — произнес он, швыряя в нее слова, как камни.
Она моргнула и обиженно посмотрела на него.
— Я не знал, что ты неопытна, иначе все было бы иначе.
— Или между нами ничего бы не было.
Он усмехнулся:
— Да.
Ее глаза сверкнули.
— Почему нет? Что такого ужасного в девственницах?
— Как правило, они строят иллюзии. Я предпочитаю не разочаровывать женщин, с которыми сплю, обещая больше, чем могу дать.
Она разочарованно покачала головой:
— Я переспала с тобой не потому, что хотела отношений. Я просто решила заняться сексом.
— Со мной, — мягко сказал он.
— Ну да. — Она с вызовом посмотрела на него. — Ты мне понравился, и я больше не хотела быть девственницей.
— Ты использовала меня, — тихо ответил он.
Она нахмурилась. Ей и в голову не приходило, что ее неопытность станет проблемой.
— Ты решила избавиться от девственности и поэтому пошла ко мне домой. Тебе следовало понимать, что я ни о чем не догадываюсь.
Шарлотта тихо откашлялась.
— Когда мы встретились, я потеряла голову. А у тебя наверняка все было под контролем, как обычно.
— Сейчас это не стоит обсуждать. — Он резко кивнул. — Что сделано, то сделано. Но твой первый опыт не должен был стать таким.
Шарлотта задышала чаще.
— Все в порядке. — Она махнула рукой, пытаясь отвлечься. — Ты слишком много думаешь. Кроме того, как ты сказал, что сделано, то сделано.
— Но это был не секс, Шарлотта.
— Тогда моя беременность — настоящее чудо.
Он усмехнулся, потом помрачнел.
— Секс — гораздо большее, чем то, чем мы занимались. Ты должна была наслаждаться. — Он наклонился к ней, и его губы приблизились к ее уху. — И я буду учить тебя ночь за ночью.
Она знала, что должна противиться тому, что он предлагает, просто ради своего спокойствия. Но она была слишком возбуждена.
— По-моему, это будет ошибкой.
— Неужели? — Он дразнил ее. — Почему?
— Нам будет легче в браке, если мы станем держаться друг от друга на расстоянии.
— Я буду держаться от тебя подальше, — пообещал он, вертя кончиками пальцев пуговицу на ее блузке, пока та не выскользнула из петли. — А ты станешь держаться подальше от меня. — Он взялся за следующую пуговицу. — Но по ночам ты будешь не принцессой, а женщиной и моей женой. — Он говорил так, словно высмеивал идею брака. — И я научу тебя истинному наслаждению. — Он скользнул рукой под ее блузку и обхватил пальцами ее грудь. — Договорились?
Шарлотта простонала и запрокинула голову, смутно осознавая, что согласилась на условия своего будущего мужа-искусителя.
Глава 6
Шарлотта нервничала, но старалась этого не показывать, стоя на пороге мраморного королевского дворца на огромной площади. Даже рождественские украшения на окнах, большие еловые венки и маленькие изящные резные игрушки не успокаивали ее.
— Не паникуй, — пробормотал Рокко.
— Тебе легко говорить. Ты с ними незнаком.
Через мгновение появился офицер протокола ее отца, почтительно поклонившись Шарлотте и едва взглянув на Рокко.
— Их величества готовы принять вас, мэм.
— Спасибо, Дэвиссон. — Она повернулась к Рокко: — Еще не поздно отступить.
Он многозначительно посмотрел на ее талию.
— Ты в этом уверена?
Она провела руками по бокам, забыв об этикете.
— Что тебя так беспокоит?
Она подняла на него глаза и чуть не рассмеялась над его абсурдным вопросом.
— Давай выясним, как они отнесутся к моей беременности и помолвке с человеком, которого точно не одобрят. Им придется отменить переговоры о браке с мужчиной, которого они выбрали для меня более пяти лет назад. Давай покончим с этим!
Как только она собралась сделать шаг во дворец, Рокко обхватил пальцами ее запястье. Шарлотта вздрогнула.
— Послушай, принцесса. Меня не волнует, что они не одобрят меня. В этом нет ничего нового. Но я не допущу, чтобы с нашим ребенком обращались как с изгоем из-за каких-то обстоятельств. Скажи сразу: будет ли наш ребенок расплачиваться за выбор, который мы сделали. Если да, то я увезу тебя отсюда. — Он решительно смотрел на нее сверху вниз. — Я увезу тебя далеко-далеко и предоставлю все, что потребуется тебе и нашему ребенку. Если ты хочешь сбежать, скажи мне, и я все устрою.
Она вдохнула, благоговея перед Рокко, абсолютно уверенная в том, что он — единственный мужчина, готовый ради нее на все.
— Я не могу уехать, — сказала она, слегка покачав головой.
— Это лучшее решение для нашего ребенка? Лучшая жизнь? Подумай, что я могу дать вам обоим. Комфорт, безопасность, богатство и уединение.
Она не могла лгать. Его предложение было заманчивым. Она задрожала от осознания свободы, которую ощутила в первую ночь, когда они встретились. Но чувство долга оказалось сильнее.
— Я буду любить этого ребенка, и мне не важно, что чувствуют другие, — твердо ответила она. — Я обещаю, что обеспечу своему сыну или дочери прекрасную жизнь. Но если ты не хочешь оставаться…
— Мое место рядом с тобой. Если ты выбираешь эту страну…
— Это не выбор, — сказала она, желая, чтобы он понял. — Я не могу отказаться от своей жизни здесь, даже если захочу. Я не такая, как все.
Рокко отлично знал, что такое богатство и привилегии, но семья Шарлотты отличалась от всех остальных. Поначалу он думал, что она преувеличивает, но,
