то Айдана, несомненно, падет.
Сивилла использует это против старшего принца — подверг опасности свой народ, как можно! А Тириан отправит туда войска и отобьет город назад. Его правление начнется с победы. Пусть над жалкими дикарями, но новость преподнесут как надо.
Все этот Чезарь Мареска, явившийся с юга. Сбил с толку совет своими россказнями про легендарный аркан. Да еще Альфред подложил ей свинью на смертном одре: покажи крылья, Риан, сынок…
На совете Луциан Крауф первым произнес то, что крутилось на языке у многих, — король назвал преемником старшего сына. Но у Сивиллы был несомненный козырь: старший принц Риан не годен для продолжения династии. Огонь делает его неприкосновенным в прямом смысле. Она сохранила копию письма короля, где тот приказывает сыну оставаться в Драхасе.
Луциан прикусил язык, но Сивилла не обольщалась: игра еще не закончена, надо быть начеку.
После коронации Тириан займет трон. А она подберет ему подходящую партию, какую-нибудь послушную девушку из хорошей семьи. Пусть сидит и рожает, и закрывает глаза на некоторые особенности характера мужа.
Сивиллу слегка волновало то, что происходит с сыном. Служанки бежали из дворца — где это видано? Все после того случая, который, к счастью, удалось замять. Дар дракона, полученный Тирианом, принял уродливую форму. Созданное природой казалось ему несовершенным, и он менял человеческое тело по своему усмотрению, используя вместо инструментов скульптора нож…
Набрав в грудь побольше воздуха, Сивилла опустилась под воду с головой, задержала дыхание. Это просто еще одна тайна, которую придется скрывать. Лекарь сказал, загрузить Тириана делами. Быть королем — тяжкий труд, пусть почитает законы, посидит на совете, проведет встречи с послами… У него не останется времени, чтобы резать девок.
Вынырнув, Сивилла жадно вдохнула и протянула руку к шкатулке со свежей почтой. Перебрала конверты, взяла письмо от капитана Драхаса. Зачем только она ему платит, если от этого болвана все равно никакого толку?
Разорвав конверт, Сивилла вытряхнула письмо. Поморщившись, пропустила цветистое приветствие и традиционное заверение в преданности. А потом ее брови невольно поползли вверх.
— Девушка, не подвластная огню? — прочитала она вслух. — Легендарный аркан чешуи? Взаимные чувства⁈
Не веря своим глазам Сивилла перечитала письмо еще раз и еще, и хвост взметнулся из-под воды и с силой ударил по мраморному бортику, так что каменное крошево разлетелось по ванной.
Смяв письмо и выровняв сбившееся дыхание, Сивилла задумчиво посмотрела на вмятину, оставшуюся после удара. С этим надо что-то делать. Не с ванной, конечно, а с принцем и его девчонкой.
Глава 4
Крепость падет
После уроков профессор Денфорд привлек меня к проверке сочинений, под благовидным предлогом — вдруг это вдохновит на новый спектакль. Хильда тоже решила поучаствовать, но она лишь хихикала над корявыми строчками, а самые безумные предложения зачитывала вслух:
— Привязать братьев-вонючек к драконам, спустить на веревках пониже и полетать над степью, выпуская смердящий газ. Во избежание травм от стрел красноперых заключить братьев в железную броню с дырками на стратегических местах.
Она запрокинула голову и заливисто рассмеялась, обмахиваясь листочком как веером.
— Ой, представляю, — сказала Хильда, успокоившись. — Газовая атака из дырявого ведра.
— Тебе все смешно, — проворчал профессор. — А на самом деле каждая идея стоит внимания.
Даже та, которую изложил Элай.
Красноперые ждут великого дракона, который объединит кланы. А он, Элай, как раз такой. У него и крылья есть, и огонь, и знак летописца, который дарит возможность изъясняться на их языке. Это стало бы идеальным решением проблемы: убрать угрозу с Драхаса и Айданы, а заодно привлечь на свою сторону войско. Вот только как убедить млечников, что их заклятый враг на самом деле — потенциальный вождь?
— Профессор Денфорд, — начала я. — А каким должен быть легендарный дракон, который объединит племена красноперых?
— Да кто ж его знает, — пожал плечами профессор. — Наверное, он должен сделать что-то великое, что заставит их поверить в его мощь. Или всех победить. У примитивных племен все просто: кто сильней, тот и главный.
— Это у всех так, — заявила Хильда. — Вот, еще предложение. На мой взгляд, рабочее: запустить в степь Элая и сжечь дикарей к красноперой матери.
Профессор Денфорд задумчиво потер подбородок, а я, не удержавшись, напомнила:
— Там же дети!
— В Айдане тоже, — напомнил профессор. — Сомневаюсь, что млечники их пощадят. Вообще-то я кое-что нашел в архивах. Я сразу так предполагал, а теперь лишь убедился в своей правоте…
— Чарльз, ближе к делу, — поторопила Хильда.
— Идея с Инеем была весьма удачной, — сказал он. — Красноперые верят в силы природы, град и снег — дурное предзнаменование. Они не пойдут в атаку в плохую погоду.
— Прекрасно, — сказала я.
А то сочинения идеями не блистали. Впрочем, команда Лорана еще не высказалась. Они ушли в ночь к красным скалам за яйцами и пока еще не вернулись. Война войной, а возможность разжиться драконами упускать нельзя.
Элай заглянул в кабинет, кивнул всем.
— Я в разведку, — сказал он. — Слетаю к красноперым, посмотрю, что к чему.
— С ума сошел? — воскликнула я, вскочив с места.
— Да не бойся, Рони сделает мне иллюзию, — успокоил Элай. — Это абсолютно безопасно.
— Я с тобой!
— Еще чего!
— У меня чешуя! А ты, со всеми своими арканами, уязвим! Куда собрался один? Жить надоело?
Я говорила это уже в коридоре, крепко схватив Элая за руку.
— Если там так безопасно, то что мне грозит? А если вдруг нас заметят, то я сумею создать защиту для нас обоих.
— Думаю, ты меня тоже любишь, — сказал Элай, самодовольно улыбнувшись. — Так волнуешься…
— Конечно, волнуюсь, — фыркнула я. — Если тебя подстрелят, то и вся крепость падет. Элай, профессор сказал, что великий дракон красноперых должен их как-то впечатлить.
Глянув по сторонам, он развернул меня к себе и, слегка подтолкнув, прижал к стенке. Горячие губы нетерпеливо накрыли мой рот, язык нахально проник внутрь, сплетаясь с моим в диком танце.
— А тебя я не впечатляю? — хрипло поинтересовался Элай, отрываясь от моих губ. — Вив, какой твой ответ сегодня?
В его глазах тлел огонь, который будто поселился и в моем теле. Бесстыжие ладони огладили мое тело и опустились на ягодицы, привлекая тесней.
— Разведка! — выпалила я. — Мы…
