вкусу на щавель, но значительно нежнее. Ее можно есть сырой и из нее можно варить щи.
[23] Рогоз растет в Вологодской области. Обычно он растет во влажных местах, таких как мелководье рек и озер, а также заболоченные территории, где достаточно воды для его роста.
[24] Вальмовая крыша – это четырёхскатная конструкция с двумя трапециевидными скатами и двумя треугольными торцевыми скатами, называемыми вальмами. Её главные преимущества – высокая ветроустойчивость, равномерное распределение нагрузки и эстетичный внешний вид. Вальмовые крыши идеальны для регионов с сильными ветрами и частыми осадками.
[25] Премедикация (от лат. pre — перед; лат. medicamentum — лекарство) — предварительная медикаментозная подготовка больного к общей анестезии и хирургическому вмешательству.
[26] В данном случае имеется в виду мочалка.
Мочало – это вымоченные и измельчённые в тонкие полоски волокна липы или других деревьев (ольха, осина), которые используются для изготовления рогож, верёвок, мочалок для мытья тела, а также для побелки и подвязки растений.
[27] Бродилка — это тип игр (настольных или компьютерных), в которых игрок или его персонаж перемещается по игровой местности, чтобы достичь цели, обычно финиша или нахождения объекта. В компьютерных бродилках основное внимание уделяется исследованию мира и движению, а в настольных играх — передвижению фишки по маршруту за счет броска кубика.
Шутер (от англ. shooter — «стрелок») — это жанр компьютерных игр, в котором основной элемент геймплея — это сражения с использованием огнестрельного или другого оружия.
[28] Заимка — занятие никому не принадлежащих земель для поселения и ведения сельского хозяйства; в России (чаще на Русском Севере и в Сибири) — поселение, обычно однодворное, возникшее в результате заимки, то есть поставленное на земельном участке, занятом кем-либо по праву первого владения, вдали от освоенных территорий, и сам недавно заселенный участок земли. Также — небольшой отдаленный населённый пункт (земледельческий, охотничий, рыболовецкий), как правило в Сибири; отдельная усадьба или небольшой посёлок за пределами основного селения.
[29] Лук медвежий или дикий чеснок или черемша - исключительно европейский вид. В пищу употребляют стебель, листья и луковицу растения. Листья черемши обычно собирают весной, до цветения. На вкус листья черемши напоминают зелень чеснока и лука, они богаты витамином С.
[30] Острог — фортификационное сооружение (опорный пункт), постоянный или временный населённый пункт, обнесённый частоколом из заострённых сверху брёвен (палисадом из свай) высотой 4–6 метров. Этимология названия связана с глаголом — строгать.
Глава 2
Глава 2
Крепостица отставного бригадира Михаила Борисовича Каратая стояла на левом берегу реки Сухоны. На самом деле, это был не настоящий острог, а бывшая торговая фактория, но купцы ушли из нее в поселок, расположенный в десяти верстах ниже по течению, а никому не нужный «замок» занял бывший командир артиллерийской бригады, записав эту заимку на себя. Что за история скрывалась за этим поступком, Эрвин, разумеется, не знал, но предполагал, что генералы уходят в северную тайгу, чтобы жить там бобылем[1], не от хорошей жизни. Однако для него самого встреча со стариком была чистой воды удачей, потому что разом решала все его тактические задачи, а может быть, и часть стратегических. В любом случае, ему нужно было место, где бы он смог «отлежаться», поправляя здоровье, и адаптироваться к новым реалиям, имея в виду и тело, и место. А здесь ему были даны и стол, и кров, и масса возможностей, которые оставалось лишь претворить в жизнь.
Дом у бригадира был хоть и старый, но все еще крепкий, сложенный из лиственничных бревен. На втором этаже находилось несколько комнат, но использовались сейчас только две: большая, служившая старику спальней и кабинетом, и комната поменьше, в которой жил теперь Эрвин. Отмыв в ней полы и окно, проветрив ее и протопив, они со стариком отремонтировали в четыре руки старую мебель, - кровать, два сундука, стол и два табурета, - и комната сразу же получила жилой вид. На самом деле, Эрвину было не до роскоши, куда важнее было найти свое место, откуда не прогонят, и узнать то, чего он прежде не знал.
Магия, география и история Гардарики, местная литература и искусство – все это являлось для Эрвина настоящей Terra incognita[2]. Накачать мускулы и восстановить боевые навыки он мог и сам. Математику, физику и химию на школьном уровне он помнил плохо, но в достаточной мере, чтобы не чувствовать себя полным неучем. Впрочем, кое в чем он разбирался просто превосходно. Во взрывотехнике, прикладной астрономии и механике огнестрела, и еще в массе других больших и малых предметов, которые должен знать опытный спецназер. И все это были, разумеется, полезные навыки, даже если конкретно сейчас все, кроме астрономии, было неактуально. Насущным же было восстановление формы.
Конечно, Алёкса Устяжан был тем еще слабосилком, да еще и покоцанным к тому же. Но это было поправимо. Комплексы физических упражнений Эрвин помнил, как отче наш. Метание ножей и топора тоже хорошее дело, как и закаливание или плавание. Правда, плавать старик рекомендовал в лесном озере, расположенном в паре километров на юг от заимки. Сухона в этих местах была не только широка, но также имела быстрое течение. Так что прежде, чем лезть в реку, следовало окрепнуть и восстановить навыки пловца. Ну, этим Эрвин, собственно, и занимался, хотя и пытался не только жить для себя, но и помогать Каратаю. Дров нарубить он пока еще не мог, но пытался. А еще поднимал воду из колодца в жестяном ведре, подметал и мыл полы, помогал с починкой тех или иных вещей, взял на себя работу с самогонным аппаратом и через день дежурил по кухне. Готовить Эрвин умел и любил, но следует отдать должное и старику. Тот в этом деле был тоже совсем неплох. Если Михаил Борисович пек пирог с зайчатиной, то Эрвин отвечал ему картофельным салатом с мясом куропатки, и так во всем, со щами, мясными и «куриными» бульонами, ухой или расстегаем. Вообще, если мука была, как узнал Эрвин, покупной, то с мясом и рыбой у них на заимке все было в полном порядке. В реке за полчаса-час можно было наловить достаточно щук или окуней с лещами, чтобы обеспечить на пару дней двух мужчин ухой и жареной рыбой. Кроме того, кое-что они коптили. Для этого годились, в первую очередь, язь и налим, но как-то раз, — это случилось через неделю после подселения, - они поймали двухсоткилограммового сома, и вот это уже был полный фейерверк.
