озвучивать ничего не стану, Юницкая, — хрипло произнёс.
И этот голос… Ох, что он сделал с моими мурашками. Возбудил их на каждом миллиметре моей кожи.
— Приведи себя в порядок и зайди в мой кабинет, — босс взялся за ручку двери, но остановился.
Я видела, как сильно напряжены его спина и плечи. Не оборачиваясь, он грубо бросил.
— В следующий раз запирай за собой дверь, Наташа.
9
Я просто не могла поверить в то, что только что произошло. А я переживала об инциденте в машине… Глупая, наивная Наташа. Я едва не застонала в голос. Просто, за что! Чем я так провинилась, что попадаю в такие ситуации? Кряхтя, я встала с пола и подумала о том, что пора писать заявление по собственному. Это знак.
Да и что вообще понадобилось Господину Горячему Засранцу от меня, что аж сам пришел ко мне в кабинет. Стыдно-то как, не передать словами. Я закрыла пылающее лицо ладонями. И как я появлюсь ему на глаза? Как вообще можно после такого продолжать работать с ним бок о бок? Сделать вид, что ничего не было? Морду кирпичом, как говорится.
Я пыталась себя успокоить, что, мол, ничего такого не произошло. Ну, подумаешь, увидел мою задницу. И что? Она у меня красивая, подтянутая, и ноги стройные. Некоторые без зазрения совести публикуют такие фотографии в соцсетях. Утешение такое себе, но какое есть. Хватит заниматься самобичеванием, пора идти к боссу на ковёр.
И никаких пошлых мыслей про ковёр и колени!
Я шла так медленно к боссу, как только могла. Дошла до его приёмной, где меня с улыбкой встретила Марина, его секретарь. Она была молоденькой и хорошенькой. Интересно, они спят вместе?
Не о том думаешь, Наташа.
— Привет, — поздоровалась я.
— Привет, Наталья.
— У себя? — спросила, кивая на кабинет.
— Да. Не в духе, — сморщила носик секретарь.
Ох, что-то мне совсем перехотелось туда идти.
Нервно сглотнула и постучала в кабинет. Не дожидаясь ответа, вошла и закрыла за собой дверь.
— Хотели видеть, Давид Вячеславович? — и голос такой испуганный.
Тьфу ты.
Почему мне должно быть стыдно? Это ему должно быть стыдно. Входит к честным девушкам в кабинет без стука. Мало ли чем я могу быть занята на работе.
Поднимает на меня глаза и осматривает с головы до ног. Медленно так осматривает. С мужским интересом. А у меня дыхание перехватывает. Это что-то новенькое. Давид Вячеславович смотрел на меня по-разному: с раздражением, с иронией, снисходительно, но с интересом — никогда. Неужели его так мои прелести очаровали? Ничего себе. Я даже растерялась от этого открытия. И что мне с этим делать? Мой босс, конечно, тот ещё красавчик, и лёжа ночью на своей раскладушке я придаюсь всяким развратным фантазиям, но в реальности…
Так, Наташа, тормози. Вообще не о том думаешь. Мы же взрослые люди, мало ли кто кому нравится, это же не значит, что мы сию минуту должны сорвать на себе одежду и предаться греху.
Я прочистила горло, превеликая внимания босса выше района своих сисек.
— Скажите мне, Юницкая, — начал Давид, поднимая глаза к моему лицу. — Когда я увижу результат Вашего труда, м? Пока я замечаю лишь кучу грязных кружек и мусора на своём столе.
Ну, подумаешь, пару раз забыла за собой убрать, с кем не бывает.
Меня так сильно кольнули его слова. Какой козёл, а! Я тружусь в поте лица, а он делает намёки, что я просто так просиживаю юбку?
— Помимо сверхурочной работы, которой Вы меня наградили, у меня есть основная, Давид Вячеславович. Никто её не отменял, а сейчас время отчётов… — я не договорила, окончание предложения повисло в воздухе между нами.
И, если честно, сама была в шоке от своей дерзости. Вот это выдала. Но я устала! Почему все думают, что я ничего такого не делаю? Подумаешь, просматриваю бумажки и цифры. Даже родители не понимают, что я такого важного делаю, что так устаю. Действительно, совершенно ничего.
Берестов приподнял бровь, показывая, что моя речь его совершенно не впечатлила.
— Вы постарайтесь, Наталья, Вы же способная, правда? — на его чувственных губах появилась улыбка.
Я залюбовалась ею.
Он что, флиртует со мной? Я не могу понять… Это правда, или во мне говорит недошпёханость? Я смотрела на босса и хлопала глазками, потому что думала далеко не о работе.
— Я… Да… Я хочу… То есть я способная и могу, — из меня снова вылетали непонятные слова.
Что. Я. Несу.
Наташа, ты взрослая, самодостаточная женщина с ипотекой, хватит мямлить.
— Тогда идите и порадуйте меня, Наталья, — улыбка босса стала шире.
Да он издевается надо мной!
Я вспыхнула и бросилась к двери. Начала дергать ручку, но она никак не подавалась.
— Предательница, — тихо прорычала я.
И тут почувствовала, как к моей спине прижалась широкая мужская грудь. Я прекратила надругательства над несчастной ручкой и замерла. Я каждым сантиметром спины ощущала мускулы Берестова. Боже ты мой, только не закрывай глаза, только не…
Я закрыла глаза и слегка, почти незаметно откинулась боссу на грудь. Сердце стучало в груди так сильно, знаете, когда отбиваете мясо для отбивных, примерно так. Я дышала чаще, и в легкие забился запах начальника. Да что же за наваждение такое? А Давид Вячеславович, словно издеваясь, сильнее прижался ко мне. Я практически распласталась по двери. Меня трясти начало от возбуждения. Да-да, я завелась от простого прикосновения. Но он слишком шикарный мужчина, любая на моём месте возбудилась бы, правда?
— Нежнее нужно, Наталья, — сказал практически на ухо.
Я не знаю, как я не застонала. Господин Горячий Засранец повернул ручку и… Я едва не вывалилась за дверь. Не знаю, как удержалась на ногах.
— Я жду результатов, Юницкая, — сказал и закрыл за собой дверь кабинета.
Я ругала себя на чём свет стоит, пока шла к совей коморке. Злая и неудовлетворенная. Что это ещё было? С чего вдруг я начала так на него реагировать? Мне нужен мужчина. Срочно!
Чтобы забыть об очередном унижении, я погрузилась в работу. Да настолько, что нашла первую несостыковку в отчётах. Я не могла поверить своим глазам! В документах у босса стоят одни цифры, а в программе на компьютере — другие! Сколько бы раз не перепроверяла, цифры не менялись! В отчёте в графе
