расходов на премии стоит одна сумма, а на самом деле она в пять раз больше. Я офигела, если честно. И ведь на это не обратить внимание, если специально не искать… Ну, Руфина Юрьевна, ну хитрожопая! А потом я увидела и ещё кое-что, от чего чуть со стула не свалилась. Все эти отчёты подписывал заместитель Давида — Анатолий Николаевич. Всё это происходило в дни, когда биг босс отсутствовал.
Кто молодец? Кто способная? Я! Я! И ещё раз я!
Я так радовалась, что подскочила с кресла и начала исполнять танец победителя. Распечатала бумаги и поспешила к Давиду Вячеславовичу. Сейчас я ему как покажу! Утру нос, этому снобу.
Марины на месте не было, поэтому я просто зашла в кабинет босса.
— Давид Вячеславович? — позвала я.
Но босса тоже не было в кабинете. Меня шибануло ревностью. Я сложила 1+1. Его нет, Марины нет… Точно шпёхаются! Как не стыдно? В самый разгар рабочего дня!
Я уже собиралась уйти, как услышала какой-то шум из боковой двери. Сколько раз сидела в кабинете, никогда не решалась её открыть. Боялась, что здесь скрытые камеры. Но сейчас решила, почему бы и да. Решительным шагом прошлась по кабинету и открыла дверь.
Да так и застыла.
Ой, мамочки.
Оказывается, что это дверь в ванную комнату.
И мой босс решил принять душ.
Мой Горячий Господин Засранец.
А я смотрю на него, абсолютно голого. Жадно рассматриваю его тело и не могу остановиться. Я просто в транс в какой-то впала. Он сложен идеально, как модель нижнего белья. С этими мускулами и кубиками пресса. Глаза скользят дальше… И ого!
Не знаю, сколько бы это продолжалось, но внезапно я услышала насмешливое:
— Насмотрелись? Мне повернуться спиной для полноты картины?
Я вздрогнула, подняла глаза и встретилась взглядом с начальником.
И сделала единственное, что, как мне казалось, очень уместным в этой ситуации.
Сбежала из кабинета.
10
Сердце билось где-то в горле, пока я уносила ноги из кабинета босса. Я даже не могла понять, куда бегу и что пытаюсь сделать. Так, нужно остановиться, отдышаться. Что я, собственно, и сделала. Привалилась к стене и закрыла пылающее лицо руками. Из горла вырвался истеричный смешок. Я прикрыла глаза, и картинка Давида Вячеславовича тут же всплыла перед внутренним взором.
Ну, до чего же он хорош, просто неприлично, непозволительно. Сложен, как кинозвезда. Эти широкие плечи, шесть кубиков пресса, косые мышцы живота буквой V. Его тело просто идеальное. Когда только время на спортзал находит? Ох, надо было говорить, чтобы повернулся задом…
Мне срочно нужно поговорить об этом! О том, что я только что видела… Поэтому, недолго думая, я вновь уже бегу. К Ниночке в кабинет.
— Шильцова, бросай всё и пошли со мной, — говорю, задыхаясь, когда ворвалась к ней.
Подруга отрывает взгляд от проекта и вопросительно смотрит на меня.
— Наташ, ты чего такая возбуждённая? Случилось что-то? — хмурится.
Не в бровь, а в глаз. Знала бы, насколько я возбуждена.
— Пошли на перекур, — говорю я.
На нас начинает коситься Михаил, который делит кабинет с Ниной.
— Ты же бросила! Опять начала, да? — грозно спрашивает подруга.
— Нина! Ну, пошли уже! — топаю ногой и подхожу к Ниночке, беру свою любимую брюнетку за руку и тащу за собой.
Она пытается сопротивляться, но куда там. Если я что-то решила, то меня ничто не остановит. Мы зашли в туалет, я проверила все кабинки, чтобы никто не подслушивал, и закрыла за нами дверь.
Я посмотрела в зеркало. Видок у меня был тот ещё: горящий взгляд, пылающее лицо и пересохшие губы. Ниночка начала нервничать.
— Да что случилось, Наташ? Объясни по-человечески, — попросила подруга.
— Тебе лучше сесть, сейчас такое расскажу! Я только что видела босса, — говорю и чувствую, как щёки с новой силой пылают.
И я смотрю на подругу, а она на меня. Раз моргнула, два, три… А потом поджимает губы и фыркает.
— Ты ради этого оторвала меня от работы? Сюрприз-сюрприз, я тоже его сегодня видела. Все мы его видели на утреннем брифинге.
— Нет, ты не поняла, — говорю Шильцовой и облизываю вмиг пересохшие губы. — Я видела его… Без одежды.
Наконец-то до подруги начинает доходить смысл моих слов. Но она решает уточнить.
— Без одежды? И… — Ниночка делает многозначительную паузу и показывает глазами вниз.
— Во всех подробностях, — прошептала, закрывая лицо руками.
Вспоминаю, как застыла и пялилась на своего начальника! Какой позор. Но я ни о чём не жалею.
— Офигеть! Просто офигеть, — повторяет подруга, словно её заклинило. — Ты должна рассказать все подробности! А лучше показать! — Ниночка хватает меня за руку, открывает дверь и тащит за собой. — Анька с пятого училась в художке. Она всё нарисует. Пошли быстрее, пока ты не забыла детали.
Девушка резко останавливается, я едва не налетаю на её спину, и оборачивается, жадно глядя на меня.
— Ты мне одно скажи, всё как мы обсуждали?
— И даже больше…
— О, ты меня убиваешь, Наташа!
Мы, хихикая, выходим из коридора, и в этот самый момент там появляется Давид Вячеславович. Я стараюсь слиться с интерьером, но он замечает меня.
— Юницкая, Вы-то мне и нужны, — говорит он, а Ниночка не может сдержать смешок, но поспешно делает вид, что кашляет.
Попытка так себе, скажу честно.
— Прямо сейчас? — спрашиваю босса.
— Да, Наталья, прямо сейчас, если хотите, прямо здесь, — добавляет этот… Засранец.
У меня нервы и так ни к чёрту, а он только и делает, что проверяет их прочность.
— Ну… Я пошла, работать надо, — говорит Нина и быстренько сбегает, оставляя меня наедине с Берестовым.
А ещё подруга называется!
Я не могу смотреть на начальника, потому что меня бросает в такие эмоции, в которые лучше не бросаться. Опасно! А ему всё равно, он просто непробиваемый. Подходит близко, забирает мой воздух. Личное пространство? Нет, не слышал.
— Я посмотрел бумаги, что Вы мне принесли. Но так и не показали, — улыбается, а у меня сердце делает сальто.
— Там… Там всё есть… Я нашла и принесла, — почему рядом с ним я превращаюсь в мямлящее нечто?
— Да, я всё просмотрел. Вы молодец, Наталья, полностью отработали свой гонорар. На этих двоих я и думал, а
