в три моих пальца. Где же водятся такие звери?
— Какая мягонькая, — восторженно сказала я. — Наверное, герцог хороший охотник? Чья это шкура?
Селира округлила глаза.
— Ты что, никогда кавар не видела?
Я предпочла не отвечать, а потом уже и говорить не могла, потому что Селира продолжила
сочувственно:
— Ну правильно, где тебе ковар увидеть, среди бедных магов нет.
Магов?! Я не ослышалась?
— Я тоже только здесь увидела, как их делают. Это же шерсть чёрного дуфа. Специально тебе выбрала потемнее, чтобы не так марался, а то твоя лангора здорова кидаться чем под руку попадёт, прольёт вино или взвар из кислеца — не дочистишься потом.
Ох, и подопечную подобрал мне герцог! Вот зараза! Хорошо, хоть предупредили. Надо осваивать искусство уворачивания, а то ведь прибьёт серебряным кубком — видела я их, тяжеленные!
Я попыталась расспросить Селиру подробнее, но она только отмахнулась:
— За обедом поговорим. Я за тобой зайду, а то опоздаешь — без горячего останешься.
Служанка убежала, а я принялась расстилать шкуру, или ковар, на полу, но прежде полюбопытничала и заглянула на изнанку. Да, Селира не обманула, мех, хоть и был натуральным, крепился на тканевой основе, правда, толстой и грубой, но всё же не коже. Кажется, девушка намекнула, что делают их при помощи магии. Я не очень в это верила, но решила обязательно выпытать у новой подруги подробности.
Громадного здешнего ковра хватило на полкомнаты. Я разулась и с удовольствием походила по нему. Натуральная шерсть, что может быть приятнее! Эх, жаль, что это не меня, знатную даму ждут так, что до блеска начищают номер… тьфу, покои. Было бы неплохо пожить здесь в своё удовольствие, чтобы принимать ванну каждый день, топить так, чтобы не ежиться от холода. Да и наряды бы у меня были… ух! С моей нынешней фигуркой всех бы с ума свела!
Размечтавшись, я не заметила, как открылась дверь и вздрогнула, увидев гийру Трок.
— Что ты топчешь ковар?! — рявкнула она так, что я едва не села на кровать. — А ну сойди! Хорошо хоть разулась, а то бы получила по первое число!
Я соскочила на холодный пол, торопливо натягивая туфли.
— И не вздумай на кровати лежать! — предупредила гийра Трок. — Твоё место вот здесь, в закутке! — и она толкнула неприметную дверь.
Комнатушка, в которую я заглянула, была крохотная, с широкой лавкой для сидения и спанья, вовсе ничем не застеленной, и множеством поперечных реек с грубыми, но узнаваемыми плечиками для одежды. Вот здорово! Служанке, значит, положено сидеть в гардеробной?!
Предполагалось, наверное, что я день и ночь буду нюхать запах чужих духов и по любому свистку должна нестись к хозяйке. Или меня всё же будут отпускать спать к гийре Номи или хотя бы в общую спальню служанок? Я не знала, как здесь всё устроено, но решила, что незамужние девушки живут вместе, как в общежитии. Так и спать теплее, и поговорить-пожалиться на свою горькую жизнь есть кому. Позже оказалось, что я угадала, но сейчас была просто потрясена открывшейся мне истиной: уже завтра я полностью потеряю личную свободу и буду принадлежать какой-то избалованной барыньке, как будто я вещь какая-то!
— Ну, где застряла? — громогласно поинтересовалась гийра Трок.
— А… утюг здесь есть? — спросила я. — И стол для глажки надо принести.
— Гладить будешь вместе со всеми, в гладильне. Да попробуй только прожечь дыру, лангора тебя со свету сживёт!
Наконец, после добрых пятнадцати минут промывания мозгов, гийра Трок соизволила удалиться. Ну и противная бабища! За её спиной уже пару раз появлялась Селира, делая мне легко читаемые знаки, поднося ложку ко рту — мол, пора обедать. Наконец, подруга изобразила, что ждёт меня на кухне и удалилась. У меня и самой подводило желудок от голода — всё-таки наработалась я хорошо.
Я рванула на кухню, как только освободилась. Селира вместе с другими девушками сидела за стоящим особняком столом для слуг. От запаха пищи и дружного стука ложек я сглотнула голодную слюну.
— Ну что встала на пороге? — подтолкнула меня локтем кухонная девушка, пронеся мимо меня поднос с грязной посудой. — Ты кто такая? Что-то я тебя раньше не видела.
— Это Ди, она новенькая, — встряла Селира и помахала мне рукой. — Иди сюда, я тебе взяла суп! А ну, девочки, подвиньтесь, пустите сесть!
Кроме супа, в котором плавали крупные куски разварившихся овощей, нам полагался ломоть хлеба. Негусто, но зато не растолстеешь. Удивительно, как Ледка сохранила такую стать. Полненькая служанка, наверное, завела связи на кухне. А вообще, пора бы мне и перестроиться и не обращать внимания на полных людей, а то лишнего веса уже нет и не предвидится, а комплекс остался: подсознательно смотрю, оценивая, полнее или худее меня.
Я немного взгрустнула, вспомнив свои детские мечты: вот попала бы я в такой мир, где буду самой худой! Тогда никто из мальчишек не посмеет меня дразнить! Ну, вот он, этот мир, только что-то счастливее я не стала. Да мне даже в зеркало на себя посмотреть, на новую фигурку полюбоваться, некогда. Да и нет у меня зеркала.
— Ты чего? — заметив, что я задумалась, спросила Селира. — Ешь, а то кашу разберут!
Девушки, и правда, доев суп, потянулись к котлу за кашей. Я воспрянула — о, тут и второе положено!
Суп показался мне даже вкусным, а вот каша абсолютно пресной, ни соли, ни масла — зато питательной. Наевшись, я осоловела и была бы не против поваляться с полчаса, но сиеста, увы, не предусмотрена для слуг.
После обеда мы хотя бы оказались вместе с Селирой, а всё благодаря Ледке. Она решила позаботиться обо мне и немножко откормить, оставив при кухне. Комнаты для гостей уже были приготовлены, и гийра Трок отмахнулась от нас, распекая девушек, не успевших навести порядок в порученных им покоях.
— Идём! — прошипела Ледка, поскорее утаскивая нас за собой, пока гийра не передумала.
На кухне дело пошло веселее. Сердобольная Ледка, помогающая поварятам, то и дело притаскивала нам то горстку орехов, то сладкий корень сайжа, а то и горячий круг — что-то похожее на наш блин, только так хитро выпеченный, что внутри плоского кругляша была ещё и начинка. Обязательно надо научиться печь такие, вот удивлю маму!
Поймав себя на этой мысли, я заморгала, прогоняя невольные слёзы.
— А чего ревёшь? — удивилась Ледка, по-детски ожидающая моих восторгов от круга-блина.
— Я не реву, — торопливо отказалась я и неожиданно для себя сказала правду. — Моя мама никогда таких не ела!
Ледка улыбнулась сочувственно:
— Да
