признаться, что я разговаривал о вас с их руководством, и оно очень высокого мнения о вас. И у меня только один вопрос. - Каин сделал паузу. - Почему вы решили уйти из «Райланда» и перейти работать к нам?
Мика ответила не сразу. Она медленно обвела всех троих невозмутимым взглядом. Ахиллу не терпелось услышать ее ответ. Он уже почувствовал тогда, в баре, что эта женщина умна, сдержанна и уверена в себе. Но будь он проклят, если против воли его не завораживала эта новая ее ипостась.
- «Райланд» - хорошая стабильная компания. Если бы это было не так, я не работала бы у них целых семь лет, причем последние три года на должности вице-президента по операциям. Но «Фаррелл интернэшнл» не просто отличная компания - она одна из лучших. И здесь я тоже смогу стать лучшей. Я могу начать в должности вице-президента, но это не предел. Я достигла всего, чего могла, в «Райланде». К тому же, - она приподняла бровь, и уголки ее губ дрогнули, - еще имеет значение зарплата, которую вы мне предложили. Это почти вдвое больше того, что я сейчас зарабатываю в «Райланде».
Кенан хмыкнул:
- Вы откровенны. Мне это нравится.
Каин склонил голову набок:
- Значит, вы не удовлетворитесь позицией вице-президента по операциям?
- А вы удовлетворились бы? - спросила она.
Каин медленно улыбнулся:
- Нет.
Амбициозна. Вероятно, безжалостна. Почему это его не удивило? Этими качествами его братья восхищались. А он не доверял амбициозным людям. Не доверял тем, кто рвался к власти и к тому, что она дает.
Остаток собеседования Ахилл просидел молча, пока его братья задавали дежурные вопросы о ее опыте работы, о том, что она может дать их компании, о том, как будет вести себя в определенных обстоятельствах. Ахилл мечтал лишь о том, чтобы все это быстрее закончилось. И старался игнорировать ее.
Но это было невозможно.
Ее голос вызывал в нем вибрации, словно он был камертоном. Ее аромат, казалось, окутал весь зал. И он не мог понять, как его братья не замечают этого.
Он старался не смотреть на нее, но… Эти волосы. Эти глаза. Эти губы. Даже ее чертово горло. Он не мог оторвать от них взгляда. Не мог смотреть на нее и не вспоминать… Не переживать все заново.
К тому моменту, когда Каин заканчивал собеседование, Ахилл притворился, что не замечает испытующих взглядов Кенана на его постукивающую по полу ногу и вцепившиеся в подлокотники кресла пальцы.
Стены не давили на него; он узнал бы признаки надвигающейся панической атаки. После выхода из тюрьмы эти атаки случались с ним достаточно часто. С человеком легко может случиться такое, если тот долгое время заперт в камере размером шесть на восемь футов. Но сейчас дело было не в этом.
Нет, на него давило ее безразличие. Его сердце сжималось от злости на самого себя из-за того, что это его волнует.
Ему необходимо было убраться отсюда.
Отодвинув кресло, он поспешно поднялся.
Каин нахмурился, и в его серо-голубых глазах мелькнуло участие.
- Ахилл, ты…
- Я забыл, что мне должны позвонить, - сказал он, пытаясь объяснить свое странное поведение. - Рад был познакомиться, мисс Хилл.
Он с трудом выдавил из себя эти слова, и Каин с Кенаном недоуменно посмотрели на него. Без сомнения, они не поверили ему.
Особенно Каин.
Они уже успели привыкнуть друг к другу, но Ахилл не обманывал себя. Такой умный и осторожный человек, как его старший брат, не впустил бы в свою жизнь кого-либо, не собрав информацию о нем. Он наверняка знал о его криминальном прошлом. О том, почему именно он попал за решетку.
Не в силах больше выносить их взгляды и тем более не в силах смотреть на женщину, одно присутствие которой вызывало в нем желание сбежать, он вышел из конференц-зала.
Нет, не вышел.
Он сбежал.
Глава 5
Мика уставилась на свой новый бейдж. Ее нервы были так напряжены, что ей казалось, будто в животе у нее поселился рой пчел.
Прошло всего двадцать четыре часа после собеседования, и Каин позвонил ей и предложил эту работу. Даже держа в руках новенький бейдж, который давал ей доступ на директорский этаж, она все еще не могла поверить, что теперь работает в одной из самых крупных и влиятельных компаний.
Ей следовало бы радоваться или испытывать удовлетворение.
Мика была двадцатидевятилетней чернокожей женщиной в этом мире, в котором правили пожилые белые мужчины, и она уже добилась такого положения. И это было только началом, как она и сказала Каину Фарреллу. Так что да, она должна была испытывать чувство удовлетворения.
Но она его не испытывала.
Она испытывала облегчение.
Потому что с момента, когда раздался этот звонок, смогла начать снова дышать.
Во время собеседования Каин спросил ее, почему та хочет работать в их компании. Она сказала ему правду, но не всю.
В конце концов, как она могла объяснить, что ей нужна эта работа, чтобы огромный камень упал с ее души. И название этого камня?
Семья.
Это было бы катастрофой. Они уставились бы на нее так, словно у нее выросла вторая голова, а потом вежливо выпроводили бы ее за дверь.
Но, может быть, один из них отреагировал бы иначе. Может быть, один из них понял бы ее.
Она закрыла глаза, и перед ее мысленным взором предстал Ахилл Фаррелл. На физическом уровне у них была всего одна ночь сумасшедшего секса, но все три последующих месяца он не выходил у нее из головы, снился ей по ночам, оставляя ее при пробуждении опустошенной. Такой чертовски опустошенной.
Мика нажала кнопку лифта и поднялась на восьмой этаж. Ее сердце бешено колотилось в груди.
Ей потребовалось огромное усилие, чтобы взять себя в руки перед собеседованием, когда она отлично знала, что встретится там лицом к лицу с Ахиллом. И ей это удалось с трудом. Черт, власть, жизненная сила, которую источал этот мужчина! Она едва не выдала себя Каину и Кенану.
В джинсах ли и в сапогах, в прекрасно ли скроенном костюме, Ахилл был неотразим.
А когда его волчьи глаза встретились с ее глазами?
Она утратила способность мыслить. Ну, не совсем.
Воспоминания о том, как он уложил ее на стол, чтобы насладиться ее телом, неотступно преследовали ее. Как он нежно нес ее на диван, прежде чем заняться с ней яростным сексом.
И
