твоя бывшая устроила этот цирк? Зачем ты с ней там закрылся? Я хочу знать, что вы делали!
— Трахались, — пожимаю плечами.
Да, мог бы выразиться деликатнее или вообще смолчать, что-то придумать, но не захотел. Потому что достала своими воплями.
Как только произношу сакраментальное слово, Инесса встает на дыбы.
— Что вы делали? — спрашивает она, переходя чуть ли не на ультразвук.
При этом выпучивает глаза и, кажется, впадает в ступор.
Разъясняю:
— Ты просила правду, вот тебе правда. В той гримерке я трахался с бывшей женой.
— И ты вот так просто мне это говоришь?! — голосит она как на пожаре.
— Децибелы прикрути, голова от тебя болит, — отвечаю с хмурым видом.
— Ты обалдел в край, Булатов! Если ты думаешь, что я тебе это прощу, то ты заблуждаешься! Это все, это конец. Считай, ты меня потерял!
Ох ты ж боже, какая потеря. Я, видно, сию же минуту должен резко начать сожалеть, убиваться, рвать на себе волосы и что там еще полагается делать. Но что-то не сожалеется мне никак. Даже наоборот — испытываю нечто вроде облегчения, ведь прекрасно понимаю, что последними словами ставлю точку в наших с Инессой отношениях. Странно, что только сегодня вечером я окончательно понял, что они себя изжили.
— Я подаю на развод! — кричит Инесса.
Пафосно кричит, будто вправду собирается сделать мне такой подарок.
И продолжает в том же духе:
— Я прямо сейчас соберу вещи и…
— Чемоданы в кладовке, — на всякий случай ей напоминаю.
— Что?! Ах ты меня еще и выгоняешь? Ну ты вообще…
Инесса потрясает руками в воздухе и, кажется, готова вцепиться мне в горло. Вот только силенками для этого не вышла. К тому же мне изрядно надоело слушать ее вопли, поэтому просто разворачиваюсь и ухожу.
— Куда пошел? — летит мне в спину. — Мы не договорили!
Игнорирую ее крик, иду прямиком в кабинет и запираюсь там. Как только это делаю, в дверь врезается что-то тяжелое. С жалобным звоном разбивается, падает на пол. Ваза? Вполне возможно. Следом туда же попадает новый снаряд. Этот приземляется на пол с глухим стуком.
Эдак она устроит в гостиной полный пиздец.
Впрочем, неважно. Пусть веселится, выпускает пар, мне все равно.
Вызову клининг, приберут. Невелик вред.
А даже если она расколошматит все, что есть ценного в квартире… Так я не против сделать здесь ремонт. Чтобы ничего не напоминало о прошлом.
К тому же сейчас у меня есть дела интереснее скандала с женой.
Достаю телефон, долго гипнотизирую номер Майи.
Мне очень интересно, чем она сейчас занята, как себя чувствует, было ли ей со мной хорошо. Ведь как ни крути, а получилось грубо. Оно меня, конечно, не должно волновать, но волнует. Даже больше, чем я готов признать.
Будь у нас нормальные отношения, я просто позвонил бы. По звуку ее голоса определил, как она. Раньше у меня это великолепно получалось.
Но все-таки не звоню ей.
Не хочу показать, как меня на самом деле беспокоит все, что с ней происходит. Не видать ей такого преимущества надо мной.
В то же время и молчать не могу.
Решительно снимаю ее телефон с блока и пишу сообщение: «Пришли мне все данные, я хочу сам проверить все, что касается операции Полины».
В конце концов, я имею полное право знать, на что пойдут мои деньги.
Она же не думала, что получит три миллиона просто так, верно?
Глава 7. На букву «М»
Майя
Лежу на диване рядом с кроваткой спящей дочери.
Я укрылась самым теплым одеялом, какое только нашлось у сестры в квартире, но все равно знобит. Такое чувство, будто у меня температура под сорок, хотя это не так. Сжимаюсь в позу эмбриона и чувствую, как между ног все пульсирует. До сих пор будто ощущаю Артема в себе…
— Сволочь! — тихо шепчу и стираю со щек слезы.
Я ожидала от него чего угодно, но только не того, что он в результате от меня потребовал.
Когда услышала его приказ заняться сексом, думала — показалось. В самом деле, зачем я Артему? За каким чертом ему понадобилось делать это со мной? Ему мало жены-модели? Или остальных любовниц, которые у него наверняка есть…
Стопроцентно Артем сделал это, лишь бы ударить меня побольнее.
Я по-прежнему его любимая груша для битья, сколько бы ни лупил по мне, все ему мало!
Заставил оболгать себя, обозвать блядью, а потом еще и воспользовался, как блядью.
Вот кто я для него…
Наверняка стремился показать свою власть надо мной. Раз пришла за деньгами, значит, считай, не человек. Уж тем более не любимая женщина. Больше того, никогда ею для Артема не была.
Почему я в этом так уверена?
Все просто.
С любимой женщиной не поступают так, как поступил со мной он.
Любимую не выставляют из дома через несколько недель после родов. Не суют липовых справок в лицо, не унижают и не оскорбляют…
Стоит мне вспомнить события трехлетней давности, как все внутри обжигает от дикой боли, какую тогда испытывала. Столько времени прошло, а я все чувствую, как вчера.
Сама себе поражаюсь.
Насколько живы мои обиды к Артему за то, что случилось три года назад! А я ведь думала, что отпустила… Впрочем, разве такое отпустишь? Стоило только встретиться с ним, снова попасть под каток его желаний, как все обиды разом заворочались внутри.
Я понимаю — сама виновата, сама к нему пришла.
Прекрасно знала, что он меня не ждет и что даже если согласится на мою просьбу, то обязательно придумает, как меня ранить, унизить или еще что. Ведь он обожает пускать мне кровь…
Но я все же не думала, что он захочет… Что я вообще могу быть интересна ему в качестве сексуального объекта. Ведь он привлекательный мужик, как ни крути. К тому же при деньгах. Не думаю, что у него проблемы с тем, чтобы завести любовницу.
Надо как-то абстрагироваться, как-то настроиться, чтобы не мучиться, чтобы меня не ранили его поступки. Знать бы только как.
В конце концов, что такого ужасного со мной произошло? Позанималась сексом раз в три года… Для организма полезно. Мне не было больно. Противно тоже не было, ведь Артем есть и всегда будет привлекательным внешне. Даже было приятно местами, по крайней мере в те секунды, когда умудрялась отключать
