через пятнадцать они дошли до следующего крана.
И… до Провала.
Просто вышли из-за одной махины и перед ними открылось огромное пустое пространство. Медянка так и застыла. Остальные стали устраивать лагерь, освобождать место, Вольфа усадили, вокруг него запрыгала Эфирка, но Медянка ничего этого не замечала. Она медленно, как заворожённая, шла к Провалу.
Несколько метров не доходя до края, остановилась.
Высокий потолок тут словно врезался в густой серый туман. Неба видно не было. Противоположная сторона… очень походила на то место, где стояла Медянка. До той стороны было метров триста. Наверное. В общем очень далеко. И если вначале его можно было кое-как рассмотреть, дальше оно тоже тонуло в тумане.
А сам Провал… Медянке стало страшно, но при этом её непреодолимо тянуло заглянуть туда, в него. Она сделала ещё несколько крошечных шагов… Но чем ближе, тем сильнее кружилась голова. Она села на корточки, потом встала на колени и так подползла к краю. С опаской посмотрела вниз.
Несколько десятков метров глубины — и дно Провала тоже тонет во тьме. Стены его словно из спрессованного мусора. Из них торчат всякие сломанные конструкции, будто взяли, к примеру, вышку связи, сломали пополам, и прямо так, с обрывками болтающихся проводов, сунули в стену. Стальные рельсы, бетонные блоки, натянутые тросы… Зрелище поражало.
Медянка подумала, что если туда упасть, убьёшься раньше, чем влетишь в темноту. И что хорошо, когда дна не видно, так хоть какая-то надежда остаётся. На то, что дно есть.
Она медленно отползла обратно. Провал поражал. От него в мозгу стало совсем пусто. Медянке показалось, что она крошечная пылинка, из которых и состоит весь этот бездонный Провал. Что в любой момент её может подхватить неуправляемый ветер и снести туда, вниз. И они ничего даже понять не успеет!
— Страшно?
Медянка посмотрела перед собой, моргнула пару раз и увидела Вольфа. Он сидел неподалёку и внимательно за ней следил.
— Да.
Медянка подошла и села с ним рядом.
— Не смотри больше вниз.
— Почему?
Она нахмурилась. Вольф, похоже, любит приказания отдавать направо и налево. По любому поводу. Есть такие командиры, которых хлебом не корми, дай только кому-нибудь что-нибудь приказать.
— Я чувствую, что смотреть вниз нельзя. — Сказал Вольф и дёрнул головой, так что его чёрная чёлка на миг приоткрыла голубые глаза. — Ты уже увидела всё, что надо.
Медянка тем временем увидела также, что Эфирка хорошо его отмыла. И на шее Вольфа чёткий след укуса с рваными краями. Не очень глубокий, но смотреть страшно. Кусок кожи точно этот червяк вырвал.
— Ты случайно не медик? — Спросил Вольф.
— Что? Я? Нет. — Медянка быстро покачала головой.
— Жаль. Но ты уверена?
— Я не медик! Я бы знала.
— Тогда кто ты?
Неподвижный взгляд, будто это не глаза, а экраны. И мозг считывает каждое мимическое движение её лица, анализирует и решает, правду она говорит, или врёт.
Медянка прищурилась. Вопрос, как и в прошлый раз, поставил её в тупик. Кто она? Хм. Знать бы ответ.
Точно не медик. Она смотрела на рану на его шее, и ей было очень жаль Вольфа, так жаль, что, пожалуй, всплакнуть охота, но она не имела ни малейшего понятия, что с этой раной делать. Кроме как заклеить пластырем и ждать, пока само заживёт.
А вот доска…
Медянка нашла её взглядом. И вдруг сказала:
— Я умею летать на доске.
Сейчас на доске стояла Ртуть. Она довольно уверенно управляла ею, но ей не хватало скорости и маневренности. Она слишком осторожно припарковалась и спрыгнула. На доску тут же взгромоздился Бор. Он пролетел целых несколько метров и, не удержавшись, с громкими ругательствами спрыгнул вниз. Все захохотали.
— Покажи. — Раздался над ухом голос Вольфа.
— Что? — Очнулась Медянка.
— Покажи. Бор, доску сюда.
Бор принёс доску, а вместе с ним пришли и остальные. Уставились на Медянку так, что чуть дыр в ней не насверлили. Но она почему-то не очень испугалась. Медянку больше интересовало, насколько это доска похожа на те, на которых она летала. Хм. Она на секунду задумалась. А она летала? Память отказывалась выдавать хоть какую-то информацию, но какой-то малопонятный восторг внутри подначивал просто попробовать. И увидишь.
Медянка подогнала доску к себе и встала на неё одной ногой. Покачала, чтобы выяснить радиус наклона. Доска была сбалансирована идеально. Очень часто в одну сторону доску клонит не насколько градусов больше, чем в другую, но не в этом случае.
Классная вещь.
Уже легко Медянка перенесла на доску полный вес, подняла руки, будто собиралась лететь, надавила пяткой на сторону, регулирующую скорость… доска поплыла вперёд, медленно и неуклонно набирая скорость.
Она словно обо всём напрочь позабыла. Зигзаг, скачок, препятствие, потом ровный дрифт, резкий разворот. Медянка проделала весь комплекс упражнений, наслаждаясь тем, насколько это доска послушна. Наверное, на ней даже можно сделать что-нибудь стоящее.
Медянка, прищурившись, развернулась к Провалу. Помедлила секунду, а потом оттолкнулась ногой, чтобы придать дополнительную скорость и на всех парах полетела к Провалу.
До него было метров пятьдесят. Стоило ей ринуться туда, как сзади закричали. Её пытались остановить. Ха! Это невозможно.
Сердце билось от притока адреналина. Совсем недавно Медянка даже подойти к Провалу не могла, от страха дрожала, а сейчас летела к нему, как пуля. И улыбалась.
Тело двигалось будто само собой. Глаза отмеряли расстояние, внутренние часы отсчитывали доли секунд, плечи и руки регулировали равновесие.
В последний момент, когда доска одним концом уже выехала и зависла над Провалом, Медянка точным движением развернулась на втором конце — на долю секунды сделала полный поворот над бездной — и вернулась на твёрдую поверхность. Аж дух захватило.
Всё закончилось буквально за доли секунды. Она стояла на месте спиной к Провалу и переживала остатки адреналинового шторма. Вокруг было совершенно тихо.
Медянка глубоко вздохнула и подняла глаза. Там, откуда она стартанула, стояла вся компания и наблюдала за ней с немым ужасом в глазах. Вольф даже привстал с места.
Она медленно поехала к ним.
— Вот это да. — Первой отреагировала Эфирка. — Офигеть!
— Ты что, без мозгов? — Спросил Бор, но звучало так, будто он от всего увиденного в восторге.
Медянка пожала плечами и посмотрела на Вольфа. Ей было интересно, что скажет он.
— Ты и правда умеешь летать. — Невозмутимым тоном заявил тот. — Но ты слишком импульсивна и рискуешь безо всякого смысла. Это плохо.
Она тут же закатила глаза. Ну, конечно! Кто бы сомневался! Идеальный здесь только он, остальные полны недостатков.
— Но всё равно это было круто. — Добавил Уран и
