Эспозито, который порывался было последовать за Рыковым, в полнейшей растерянности вернулся на свое место.
— Да, кстати, — громила обернулся еще раз, — если вам каким-то чудом удастся отыскать Юрику Эспозито, то сообщите мне об этом незамедлительно.
— Да-да, конечно…
Ничего не понимающая Юрика Эспозито проводила агента «Молота» взглядом и повернулась к Дженази.
— Дядя…
Тот ничего не ответил и, казалось, дремал на своем стуле.
— Дядя! — позвала она его чуть громче и тут же осеклась, когда Эспозито посмотрел на источник шума. С остановившимся сердцем она наблюдала за его любопытствующим выражением лица, а потом он просто улыбнулся ей и настойчиво помахал рукой, подзывая появившуюся в зале официантку.
— Ты уже все? Может, еще чего заказать? — Дженази, сбросив с себя сонное оцепенение, жизнерадостно улыбнулся племяннице.
— Нет, спасибо, — громко ответила она, не отрывая глаз от инспектора, который уже был полностью поглощен содержимым меню.
— Тогда на вокзал. Пора в путь.
— Да, хорошо, — уже тише сказала она, и когда выходила с Дженази из кафе, помахала Эспозито рукой на прощание. Он заметил и, еще раз улыбнувшись, тоже помахал ладонью.
— Ничего не понимаю…
***
Инспектор Эспозито не чувствовал вкус своего кофе, даже его аромат проходил где-то мимо сознания, как и все происходящее вокруг. Не существовало для него сейчас ни стен этого кафе, ни посетителей, ни даже милой молодой официантки, которая что-то щебетала у него над ухом. Все мысли были заняты только одним вопросом: почему Иван Рыков, стоило ему только увидеть фоторобот Джина Саргаса, уехал? Кто этот загадочный человек, принесший Юрику Ховино Руну шестнадцать лет назад? В документах было указано, что это произошло 13 июля 998 года, но короткий диалог со старым дворником позволил выяснить, что на самом деле новорожденную девочку он принес 17-го числа. Действительно ли он убийца? Насколько сильна связь между Джином Саргасом и Джиной Саргас? Эспозито отыскал в хранилище кинотеатра одну из сохранившихся афиш фильма, который смотрел лет десять назад. «На краю неба» — так он назывался, и на ней была черно-белая фотография актрисы. Сравнив ее портрет с фотороботом Джина Саргаса, инспектор обнаружил их непосредственное сходство. И Юрика оказалась удивительно похожа на девушку с афиши, хотя в ней очевидна кровь яо. И еще этот совет закрыть дело… Не завуалированный приказ, а именно совет не тратить попусту силы. Неужели он совершенно беспомощен в этом деле? Семь ребят погибло… А как же правосудие?
Просперо Эспозито не был образцовым стражем правопорядка. Честно говоря, он, как бывший беспризорник (именно поэтому он, как и Юрика — Эспозито), до сих пор в душе недолюбливал тех, кого в народе называют «настоящими жандармами». Детская неприязнь, от которой уже не избавиться… И все же никогда не переступал черту, которая отделяет «хороших» от «продажных». Порой внутреннее чувство справедливости вело его на заключение сделок с совестью, не раз он нарушал закон, чтобы преступника все же постигло наказание. Но он всегда был твердо уверен в том, что это необходимо.
А теперь… Что он может теперь? Оставить все «Молоту»? Признать, что не его уровня преступник?
— Инспектор Эспозито! — жандарм, ворвавшийся в кафе, ураганом пронесся по залу и остановился возле его столика, вытянувшись по струнке. — Сорок минут назад на перекрестке Дубовой и Четвертой Рабочей улиц было совершенно нападение на сержанта Лоиса! Неизвестный ударил его и скрылся! По описанию свидетелей, им был мужчина среднего роста с белоснежными волосами, и его сопровождала Юрика Эспозито!
— Что? — инспектор вскочил со своего места, едва не опрокинув стол. — Они еще в городе? За мной, живо!
«Сообщить Рыкову, немедленно!» — вот что вертелось в голове Просперо, когда он бегом направился к выходу из кафе. А потом споткнулся на ровном месте и упал, растянувшись на полу во весь рост.
«Что же это со мной? — растерялся он. — Что с моей головой?»
Все было просто: инспектор вспомнил, что Юрика и ее спутник сидели рядом с ним и Рыковым, за соседним столом. Он же еще обратил внимание на девушку, у которой было лицо разыскиваемой, удивился тому, как они похожи! Только что-то в голове дало сбой, он принял ее за другого человека, хотя для этого не было каких-либо видимых причин.
И мужчина, что был с ней… Эспозито вспомнил, что они с Рыковым шли мимо, и инспектор увидел сквозь огромное стекло человека с белыми волосами и сидящую рядом с ним Юрику. Потом похожий на Джина Саргаса незнакомец повернул голову, встретился с ним взглядом — и все, в голове исчезла прямая связь между внешностью этих двоих и именами, проходящими по делу. Манипуляция сознанием, не иначе.
«Этот человек… Это был не Джин Саргас. Следует сообщить Рыкову, и как можно скорее. Они еще о чем-то говорили перед тем, как уйти… «Вокзал». Просто замечательно, после их ухода не прошло много времени».
— Инспектор Эспозито! — голос жандарма напомнил Просперо, что он все еще лежит на полу.
— Со мной все в порядке, — сказал он, вставая и отряхиваясь. — Найди синьора Рыкова и попроси его немедленно прибыть на вокзал. Я буду ждать его там.
«Боже, эта чертовка еще посмела помахать мне рукой перед уходом… — злился инспектор, останавливая таксиста и запрыгивая в автомобиль.
— На вокзал, живо!
Глава 4. Человек из прошлого. Взгляд в прошлое
— Два билета в Фламби, пожалуйста, — любезно попросил спутник Юрики Эспозито у девушки, сидящей за вокзальной кассой. Инспектор Эспозито, Иван Рыков и еще четыре жандарма, находясь в десяти метрах от разыскиваемой, все прекрасно слышали. И ничего не предпринимали.
— Синьор Рыков, поезд во Фламби отправляется через сорок минут, — процедил сквозь зубы Просперо. — Вы собираетесь предпринять хоть что-нибудь?
— Собираюсь, — ответил агент «Молота» негромко, наблюдая, как беловолосый получает желаемые проездные документы. — Интересно, когда в Федерации начнут продавать билеты на поезда только по паспортам? Это здорово облегчит вам жизнь, инспектор.
— Целиком и полностью «за», синьор Рыков. Так что именно вы собираетесь предпринять?
Юрика Эспозито и ее спутник отошли от кассы и направились к выходу. Инспектор, Рыков и жандармы стояли у них на пути.
— Синьор Рыков! — инспектор потерял самообладание, видя цель всего в нескольких шагах от себя. — Действовать нужно сейчас!
Рыков не двигался, и вообще, по мнению Просперо, вел себя очень странно.
Не дождавшись от него какой-либо реакции, инспектор сделал шаг навстречу подозреваемым, достал из внутреннего кармана удостоверение и произнес:
— Инспектор Просперо Эспозито! Предъявите ваши доку… — он оборвал себя на полуслове и растерянно моргнул: Юрика и сопровождающий ее мужчина, которые только что были прямо перед ним, исчезли.
— Синьор Рыков… — Просперо повернулся к агенту «Молота». — Иван?
Очень сложно потерять человека комплекции «шкаф», но у Просперо это получилось.
— Куда он подевался? — спросил инспектор у жандармов, и те указали ему на дальний угол зала, в котором находились телефонные аппараты. Рыков стоял у одного из них и что-то говорил в трубку.
— Когда он успел… А где Юрика и тот человек?
— Они ушли, инспектор. С вами все в порядке?
— Нет, разумеется! Что произошло? — Просперо сильно беспокоило то, что подчиненные избегают смотреть ему в глаза.
— Вы достали свое удостоверение, а потом словно окаменели. Мистер Рыков приказал нам пропустить подозреваемых. Мы можем вернуться к своим обязанностям, инспектор? И так потеряли слишком много времени.
— Да, конечно…
— Мы и вам советуем поступить так же, инспектор.
На этот раз Просперо ничего не ответил.
***
В тот момент, когда Просперо Эспозито вытащил свое удостоверение и попытался остановить Дженази, Иван Рыков просто закрыл глаза. Так поступает человек, который смирился с неизбежным. Впрочем, когда ничего не произошло, он также и не сильно удивился. «Ничего не произошло,» — в том смысле, что здание вокзала не было разрушено, никто не погиб и даже не был ранен. Только сознание Просперо подверглось сильнейшему ментальному воздействию. Ничего страшного. Совершенно ничего.
