необычных правителей в истории. Даже в древности, которая для нас, европейцев, ассоциируется с Грецией и Римской империей, ничего подобного не было. Историк Плутарх, живший во II веке нашей эры, создал «Сравнительные жизнеописания» – биографии людей, чьи судьбы и достижения были похожи друг на друга. С Александром он не мог сопоставить никого, кроме Цезаря. Но даже этот полководец, стратег и диктатор не создал совершенно новую империю, а расширил существующую республику, которая после его насильственной смерти в 44 году до н. э. превратилась в принципат, в монархию.
Александр умер в возрасте 33 лет.
Личность Александра Великого двойственна, словно лик древнего божества Януса. За образом дальновидного завоевателя, который не только покорил самую крупную империю, известную европейцам того времени, – империю персов, но и попытался превратить ее в нечто новое, проявив уважение к культуре большинства объединенных народов, за образом выдающегося военного гения, который со своими македонцами мог сокрушать целые армии, стояла другая, гораздо менее привлекательная личность. Как часто бывает с харизматическими лидерами, новаторами и революционерами, гений Александра был неотделим от темных бездн его души. Его биография – это также история, полная насилия – как в отношении целых народов, так и в отношении отдельных людей. Когда портовый город Тир (на территории современного Ливана) выступил против него и капитулировал только после многомесячной осады, Александр жестоко отомстил. Согласно древним историкам, писавшим столетия спустя и сообщающим довольно мало достоверных сведений о жизни этого выдающегося человека, он немедленно казнил 8000 мужчин; 2000 человек были распяты, а 13 000 женщин и детей были проданы в рабство[42]. Это особенно жестокое проявление гнева завоевателя, но не единственное.
В личной жизни он тоже считался непредсказуемым и часто бывал жестоким из-за импульсивности и склонности к злоупотреблению алкоголем, обычной для греческой культуры. Едва ли какое-либо другое событие из его жизни шокирует столь же сильно, как убийство давнего соратника Клита, которое он совершил во время пира летом 328 года до н. э., заколов того копьем в состоянии аффекта под действием алкоголя. Как и многие другие его боевые товарищи, Клит осмелился выразить удивление по поводу того, что Александр все больше и больше перенимает персидские и азиатские обычаи и манеры – для македонцев, как и для многих других греков (однако афиняне, фиванцы и спартанцы смотрели на самих македонцев свысока), азиаты были презренными варварами. Протрезвев, он несколько недель переживал из-за этого поступка и предавался самобичеванию.
Ранняя смерть Александра стала шоком для большинства его современников, но для некоторых – облегчением. Принимая во внимание почти никогда не иссякающую энергию этого человека, возникает вопрос, какой была бы история Старого Света на стыке Востока и Запада, если бы Александру было уготовано прожить еще несколько лет или даже десятилетий. С точки зрения нашего понимания времени и исторических процессов, его эпоха так невыразимо далека – почти 25 веков назад, – и все же: события и люди древности сформировали культуры Европы и значительной части азиатского региона, а также идентичность народов далеко за пределами Средиземного моря. Произошел бы подъем Рима в эллинистической империи, оставленной Александром, или город остался бы одной из многочисленных метрополий в культурном регионе, охватывающим греческие, римские и западноазиатские земли? Не остался бы он в тени центра этого мира, города Александрии в Египте, которая была основана на западном рукаве Нила? Если бы многочисленные римские гарнизоны не стояли в провинциях от Британии до Малой Азии, возникла бы в одной из этих провинций, Иудее, религия, основанная сыном плотника, и произошел бы расцвет христианства? И была бы шесть веков спустя столь же успешна миссия пророка Мухаммеда? Смерть в Вавилоне задала курс и имела последствия, превосходящие наши самые смелые предположения.
Античность, создавшая прекрасные произведения философии, литературы и искусства, а в особенности архитектуры, всегда была эпохой насилия. Высокие культуры, свидетельства которых оказываются одними из величайших достопримечательностей и центрами притяжения для современных туристов – на Ниле и Акрополе, на Римском форуме и в многочисленных провинциальных городах империи, таких как Кёльн, Вена и Трир, вплоть до англо-шотландской границы – неоднократно становились ареной затяжных и зачастую ожесточенных военных действий. Даже на небольшой территории современной Греции произошла необъяснимая для обывателей и для историков череда конфликтов между городами, которые в отдельных случаях остались лишь в памяти, как, например, Спарта, великий соперник Афин. Насилие и новаторство, смерть и творчество шли рука об руку.
Многие источники информации об Александре появились спустя долгое время после его смерти.
То же самое касается и Александра. В самом начале правления завоевателя произошло убийство его отца, Филиппа II Македонского. Сразу же пошли слухи о том, что к насильственной смерти Филиппа на свадебной церемонии были причастны молодой царевич и его мать Олимпиада: из-за следующего брака Филиппа оба могли все потерять. Убийца Павсаний, телохранитель и бывший любовник царя (в Древней Греции бисексуальность не считалась чем-то необычным), был сразу убит другими телохранителями. Это чем-то напоминает судьбу Ли Харви Освальда в ноябре 1963 года в Далласе, штат Техас[43]. Мертвые убийцы надежно хранят секреты.
Александр сразу же начал войну, сначала против соседних народов, таких как фракийцы, проживавшие в районе Дуная, затем с помощью военной силы он перетянул на свою сторону большую часть греческих государств. Его безжалостность проявилась в отношениях с Фивами, кара для которых должна была стать устрашающим примером другим греческим городам-государствам. Поскольку город воспротивился призыву сдаться, Александр приказал разрушить его после завоевания, при котором, как говорят, погибло более 6000 фиванцев, – пощадили только дом поэта, которого он ценил. Впоследствии многочисленные греческие города-государства предоставили солдат для запланированной Александром кампании против Персии, которую он в целях пропаганды оправдывал как возмездие за опустошение значительной территории Греции во время Персидских войн. Эти войны произошли полтора столетия назад.
Кампания началась весной 334 года до н. э. Армия Александра первоначально насчитывала чуть менее 40 000 человек. Уже первая битва против готовых к нападению персов на реке Гранике закончилась чистой победой македонцев над численно превосходящим противником, на стороне которого сражались несколько тысяч греческих наемников, отвергавших панэллинистическую идеологию Александра. Александр всегда был на передовой и в этом, и в последующих сражениях. У него было крепкое, но не слишком выносливое тело; тяготы десятилетней кампании потребовали от него больших усилий. Летом 333 года до н. э. ему пришлось на несколько недель прервать свое наступление в Киликии (на территории современной Турции) из-за болезни; по всей вероятности, это было опасное для жизни воспаление легких. Скорее всего, на его физическое состояние также повлияли укоренившиеся в греческой культуре того времени симпозиумы – пиршества с верными соратниками и единомышленниками, на которых в больших количествах пили вино.
Разрушить персидскую столицу Персеполь в мае 330 года до н. э. Александр велел после
