И тем не менее Эмили беспокоило то, каким образом Кадир вел себя прошлой ночью. Он предложил эту сумасшедшую идею, она согласилась, но что он чувствовал на самом деле? Что творилось в его душе? Его отец умирает. Эмили вспомнила тот момент, когда он сказал ей об этом. Она слишком давно и слишком хорошо его знала, чтобы остаться равнодушной к его боли.
Да, она согласилась помочь ему ради денег. Но и ради него самого тоже.
Эмили откинула одеяло и встала с кровати. Она приняла душ и надела свой обычный деловой костюм с туфлями на низком каблуке просто потому, что это все, что у нее было из одежды, за исключением нескольких пар джинсов и пары простых рубашек. Не зная, что делать с прической, Эмили решила собрать волосы в конский хвост, потому что некоторым образом все еще чувствовала себя на работе.
Ее мобильный телефон зазвонил, когда она заканчивала подкрашивать губы. От одного взгляда на дисплей желудок Эмили сжался в тугой комок. Это просто смешно! Кадир звонил ей миллионы раз, и никогда прежде это не вызывало подобной реакции.
− Да, − ответила она, надеясь, что голос звучит достаточно твердо.
− Зайди в мой номер, Эмили. Юристы приехали.
− Хорошо, буду через минуту.
Эмили нажала кнопку отбоя и еще раз критически оглядела себя в зеркале. Лицо было бледным и осунувшимся. Господи, неужели она действительно собирается это сделать?
Впервые скудность гардероба застала Эмили врасплох и слегка озадачила ее. Ей стоило надеть что-то отличное от ее повседневного наряда. Что-то особенное.
Эмили прикрыла глаза. Что за глупости? Это же не настоящая свадьба, а просто деловое соглашение. Почему же тогда ее так волновало, во что она будет одета во время подписания бумаг?
Правда, эти бумаги изменят ее жизнь, хоть и на короткое время. Она очень надеялась, что Кадир знает, что делает. План действительно сумасшедший, но она согласилась. Отступать уже поздно.
Она бросила последний взгляд в зеркало, поправила волосы и вышла из комнаты.
Кадир с нетерпением ждал появления Эмили. Он ходил взад-вперед по гостиной, в то время как юристы выкладывали из портфелей документы на рабочий стол.
Солнце поднялось над горизонтом час назад, и парижское небо было голубым и ясным. Прекрасный день для свадьбы.
Кадир старался не содрогаться от одной только мысли о свадьбе. Не то чтобы он не верил в институт брака или в любовь − просто он не представлял всего этого в своей собственной жизни. У его отца было много жен, но он не был эмоционально привязан ни к одной из них.
Мать Кадира оставалась его любимой женой до самой своей смерти, но она была очень несчастной женщиной. Но Кадир понял это, только повзрослев.
Дверь номера открылась, и вошла Эмили. Она, как всегда, выглядела деловой и предельно серьезной. Ее волосы были собраны в тугой хвост, одета она была в темно-синий костюм и нежно-коралловую блузку − единственное цветное пятно в ее образе − и, как всегда, эти уродливые туфли.
Кадир никогда прежде не задумывался об этом, но сейчас понял, что просто ненавидит ее туфли: из черной матовой кожи, на низком каблуке и с квадратным мыском. Эмили просто необходимы новые туфли, причем срочно!
− Ты пришла, чтобы сделать заметки в своем блокноте или выйти замуж?
Взгляд ее зеленых глаз остановился на Кадире, и он с удивлением понял, что она вовсе не так спокойна, как он думал. Он немного расслабился: значит, не по себе не только ему.
Эмили провела рукой по своему пиджаку, разглаживая невидимые складки. Кадир был почти оскорблен, что она явилась в деловом костюме. Да какая ему разница? Он должен думать о том, чтобы привести во дворец неподходящую невесту и дискредитировать себя в глазах отца, а не о том, во что одета Эмили.
− Я не взяла блокнот, − отчеканила она.
− Ну что ж, − Кадир жестом указал на адвокатов, − тогда займемся делом.
Она уверенно кивнула, но от взгляда Кадира не утаилось то, как она нервно прикусила нижнюю губу. В который раз он спросил себя: стоило ли ему остановить Ленор и попросить выйти за него замуж? Она бы точно согласилась и привела бы в ужас его отца, который назвал бы Рашида своим преемником уже через несколько часов после прибытия Кадира на родину.
А потом Кадир развелся бы с ней. Несмотря на вчерашнее замечание Эмили о том, что она может не согласиться на развод, в Кире это не имело бы значения. Ему достаточно подписать указ − и дело сделано. Он мог не опасаться, что какая-нибудь женщина заманит его в ловушку.
Эмили села за стол, нервно переплетя пальцы. Кадир устроился рядом с ней. Внезапно ему захотелось протянуть руку и снять резинку с ее волос, чтобы они рассыпались блестящим водопадом по ее плечам.
Кадир растерянно моргнул. Ему нравился определенный тип женщин, а Эмили Брайант не относилась к этому типу. Она не была красавицей, у нее не было высоких скул, и ее лицо не отличалось фотогеничностью. Она была обычной девушкой. И все же ее близость волновала его.
Кадир чувствовал себя виноватым за то, что втянул Эмили во все это, но она ему необходима. Он знал, каким испытанием станет для нее Кир, но он щедро компенсирует ей все неприятности.
− Все довольно просто. − Кадир подвинул Эмили бумаги. − В этом документе излагается твое задание и порядок его оплаты. Это − брачный контракт. − Он положил сверху второй лист. − В нем говорится, что ты не имеешь права претендовать на мое имущество и денежные средства, за исключением того, что мы обговорили в первом документе.
Эмили взяла оба документа и внимательно их прочла. Поскольку она сама настояла на их составлении, бумаги были написаны простым языком и не содержали многочисленных юридических терминов.
Эмили взяла ручку и быстро подписала обе страницы. Кадир сделал то же самое, и один из адвокатов убрал их в свой портфель. Другой адвокат протянул следующий документ Кадиру, и он положил его на стол между собой и Эмили.
− Это договор о заключении брака. Подпиши его, и в соответствии с законодательством Кира мы юридически станем мужем и женой.
Эмили тихонько вздохнула и прикусила кончик шариковой ручки. Кадир покосился на нее, и она виновато вынула ручку изо рта.
− Так странно, − задумчиво проговорила она. − Как будто не по-настоящему.
− Уверяю тебя, все более чем реально. В тот момент, когда мы оба подпишем договор, а Дауд поставит на нем печать, мы станем официально женаты.
− Не слишком романтично, правда?
− Я не знал, что тебе хотелось романтики, − нахмурился Кадир, глядя на нее.
− О господи! Конечно нет! Я не это имела в виду. Я просто подумала о парах, которые женятся таким же образом, и об их разочаровании.
− Большинство из них проводят торжественную церемонию позже, если хотят романтики. Ты думаешь обо всех этих американских девушках, пышных белоснежных платьях и цветах. Но, если верить телешоу, это часто бывает довольно неуместно.
