– Это вода не для питья, – неожиданно послышался голос одной из теней.
Сестры дружно обернулись и увидели около полутора десятков теней, стоявших позади них. Все черные силу-эты приняли объемную форму и теперь горящими синими глазами уставились на сестер.
Когда Садира и Раин поднялись на ноги, вождь теней потребовал:
– А теперь расскажите нам все, что вам известно о судьбе Умбры.
– Сначала скажи нам, кто ты такой, – спросила в свою очередь Раин.
– Я – Кидар, исполняющий обязанности вождя на время отсутствия Умбры, – ответила тень. – Я хочу знать все об Умбре.
– Сначала ты должен ответить на наш вопрос,– решительно заявила Раин.
Кидар шагнул вперед и схватил Раин за горло. Черное пятно поползло вверх по ее подбородку и вниз к ее груди и плечам.
– Мы ничего не обязаны делать для вас, – гневно произнесла тень, выплевывая черный туман в лицо Раин.
– А я не обязана рассказывать тебе, что случилось с Умброй, – бесстрашно заявила женщина-эльф.
– Это точно. Зато ты можешь умереть! – пояснила тень.
Чернота продолжала распространяться, постепенно поглощая лицо Раин. Поняв наконец, что Кидар или не понимает, что значит торговаться, или не хочет заниматься этим, Садира приказала:
– Расскажи ему!
Но сестра, казалось, не слышала ее. Вместо того чтобы послушаться Садиру, она, видя, что чернота вот-вот поглотит ее голову и туловище, замахнулась кулаком на вождя теней. Но ее кулаки прошли сквозь его тело и тоже оказались поглощенными чернотой.
– Мы полагаем, что Умбра был уничтожен! – выпалила Садира. – А сейчас отпусти ее.
Кидар выпустил Раин, и чернота начала постепенно отступать, делая видимой ту часть ее тела, которую она прежде поглотила. Раин бессильно повалилась на дорожку, дрожа всем телом. Лицо ее было мертвенно-бледным, мало отличаясь по цвету от цвета известняковых плит, на которых она лежала.
Вождь теней подошел к Садире.
– А теперь, когда ты уже знаешь, кто здесь хозяин, ты можешь поподробнее рассказать о том, что приклю-чилось с Умброй, – недобро улыбаясь, сказал он колдунье.
Садира, не отвечая, повернулась к сестре и внимательно посмотрела на нее. Потом снова повернулась к Кидару.
– Прежде чем мы продолжим наш разговор, позволь мне объяснить тебе кое-что, – сказала она. – Я и моя сестра прибыли сюда, потому что нуждаемся в вашей помощи. Если вы не поможете нам, мы умрем, прежде чем доберемся до ближайшего поселения. Так что ты можешь видеть, что твои угрозы ничего не значат для нас.
– Чернота не покажется вам таким уж приятным местом, – злобно прошипел Кидар.
– Мне кажется, что она мне понравится больше, чем жизнь в ваших краях. Ведь я могу провести остаток жизни, ползая слизняком в лесу, – хладнокровно ответила Садира. Тень не стала возражать, и колдунья продолжила: – Вам надо решить – помочь нам или отказать в помощи. То же самое я могу сказать и о нас. Мы можем рассказать вам все, что знаем о судьбе Умбры и обсидиане, но мы можем и отказаться это сделать.
– В последнем случае вас ждет смерть…
– Наше нынешнее положение в любом случае обрекает нас на смерть, – прибавила Раин, постепенно обретая контроль над своим телом.
Видя, что Кидар не пытается больше угрожать им, Садира продолжала:
– Я предлагаю вам заключить следующую сделку:
мы расскажем вам, что вы хотите, а вы снабдите нас тем, что нужно нам.
– Так дело не пойдет, – возмутилась Раин. Она вскочила на ноги. – Откуда мы знаем, что они не откажутся от своих обещаний?
– А откуда они знают, что мы говорим правду? – возразила Садира. – В этом вопросе мы должны доверять друг другу.
– Расскажите, что вы, собственно, хотите, – попросил Кидар.
– Мне нужна власть, – ответила Раин. – Я прошу вас использовать волшебные силы башни для того, чтобы сделать меня могущественной. Я хочу стать настоящим вождем своего клана.
Кидар кивнул.
– Хорошо, ты получишь власть. Но ее уровень будет зависеть от ценности того, что ты нам сообщишь,– ответил он. Затем вожць теней вопросительно взглянул на Садиру: – А что хочешь ты?
Садира колебалась, говорить правду или нет, так как не была уверена в том, какова будет реакция теней на ее просьбу. Вспоминая о первоначальном нежелании Лианиуса помочь ей найти способ бросить вызов могу-ществу Дракона, она подумала о том, что ей следует не спешить, пока она не узнает получше, что представляют из себя сами тени. К сожалению, из того, с чем она столкнулась до сих пор, следовало, что терпение не является их главной добродетелью.
Опасаясь, что только ухудшит положение, если будет выглядеть скромной и стеснительной, Садира тяжело вздохнула и проговорила:
– Я хочу остановить Дракона. Пусть он больше не убивает людей.
Кидар пододвинулся к колдунье, не сводя с нее своих горящих синих глаз.
– Ты, конечно, всерьез не думаешь, что мы можем выполнить твою просьбу?
– А я и не прошу сделать это для меня, но я знаю, что в вашей башне есть что-то, что могло бы помочь мне сделать это самой, – уверенно ответила Садира. – Другими словами, не будь этого, царь Титхиан и принц Джоджект не стали бы прилагать такие усилия, чтобы помешать мне явиться сюда.
Ее слова, по-видимому, удовлетворили вождя теней.
– Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь тебе, – сказал он. – А теперь рассказывай нам об Умбре.
– Вы знаете что-нибудь о войне, которая разразилась между Тиром и Уриком? – спросила Садира, имея в виду вторжение урикийских войск, которое с таким трудом и с такими большими потерями удалось отразить Рикусу год назад. Когда тени утвердительно кивнули, Садира продолжила: – Во время этой войны великий тирийский воин Рикус, бывший гладиатор, и Умбра несколько раз сходились в поединках, а которых так и не определялся победитель. Но во время последней схватки в древней заброшенной цитадели семьи Любаров Умбра получил ужасную рану…
– Этого не может быть, – прервал ее Кидар. – Никакое оружие не может ранить нас.
– У Рикуса был особый меч, – пояснила Садира. – Это был Меч Карда, клинок, которым…
– Борс из Эбе убил Карда, последнего из кемалокских царей, – закончил за нее вождь теней. – Этот меч принадлежал к числу немногих, с помощью которых могло быть совершено то, о чем ты говоришь. К сожалению, Меч Карда был потерян столетия назад. Как он оказался у Рикуса?
– Меч подарила ему группа карликов, – ответила Садира, подбодренная тем, что Кидар слышал о волшеб-ном клинке. Она намеренно не стала вдаваться в даль-нейшие подробности, чтобы сдержать обещание, данное ею Ниив и Келуму, не разглашать тайну древних сокро-вищ Кледа.– Рикус тоже был тяжело ранен во время этого поединка. Он потерял сознание еще до того, как увидел, что Умбры уже не было. Но участок каменного пола, на который тот упал, оставался темным и холодным, как ночь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
