Кидар повел ее по мостику к башенке, находившейся в центре бассейна. По дороге Садира задала ему вопрос, давно вертевшийся у нее на языке:
– Почему вы помогаете мне? Вам же было бы проще простого найти подходящий предлог и поступить со мной точно так же, как вы поступили с Раин.
– Я уже говорил тебе, что мы выполняем свои обещания буквально, – настойчиво повторила тень, хотя по ее тону можно было понять, что она что-то недоговаривает, по крайней мере, говорит не всю правду.
Садира остановилась, ошеломленная мыслью, которая неожиданно пришла ей в голову.
– Тут что-то не так, – задумчиво произнесла она, ни к кому не обращаясь. Ей пришлось стиснуть зубы, когда болезненная судорога неожиданно свела мышцы ее оцарапанной ноги. – У вас должна быть причина, и причина основательная, чтобы стремиться помочь мне бросить вызов Дракону.
– Какое тебе до этого дело? – резко спросил Кидар. – Мы готовы помочь тебе. Только это и должно иметь для тебя значение. А мотивы наших поступков мы предпочли бы держать при себе.
– Если вы хотите, чтобы у меня был хотя бы какой-то шанс противостоять Дракону, я должна знать все о нем и об этом месте, – ответила Садира. – В противном случае вы можете дать мне умереть прямо здесь.
– Я полагаю, что могу рассказать тебе обо всем этом. Это не принесет нам вреда, а может быть, даже и поможет, – согласился Кидар, делая шаг по направлению к башенке.– Ты показала себя с самой лучшей стороны, проявила свои самые лучшие качества, иначе ты никогда бы не добралась сюда. Ты оказалась сильной, волевой, находчивой, предприимчивой, не боялась риска и боли, страданий и лишений. И ты оказалась здесь, не прибегая ни к чьей помощи. Все это, вместе взятое, может послужить хорошей основой для достижения той исключительно трудной и опасной цели, которую ты поставила перед собой.
– Все это очень интересно, но не имеет никакого отношения к заданному мною вопросу, – заметила Са-дира, не давая возможности тени увести ее с помощью откровенной лести от существа вопроса.
Кидар тяжело вздохнул.
– Скажи мне честно, что тебе известно о башне Пристан? – без всякого энтузиазма спросил он.
– Вполне достаточно, чтобы догадаться, что ты ведешь меня в Хрустальный зал башенки, – ответила колдунья. Она быстро пересказала то, о чем в свое время поведал ей Эрстал. Из ее рассказа следовало, что Доб-лестные воины взбунтовались против Раджаата и вынудили его превратить Борса в Дракона. Садира и Кидар добрались до Хрустального зала как раз в тот момент, когда она подошла к тому месту своего рассказа, которое было связано с карликами Джоошем и Сармом, сумевшими проследить Борса до башни Пристан.
Как только она упомянула имена карликов, Кидар взорвался:
– Пусть призраки маленьких воров никогда не обретут покоя!
Садира удивленно взглянула на него.
– Что же они украли? – недоуменно спросила она.
– Мы увидим это достаточно скоро, – ответила тень, протягивая ей руку.– Тебе придется на секунду взять меня за руку. Не бойся, ничего страшного не случится.
Колдунья схватилась за ледяную руку тени. Ей пришлось сдержать крик боли, когда после прикосновения рука призрака начала забирать тепло ее тела, заставляя ее дрожать от такого невообразимого холода, который ей никогда прежде не доводилось испытывать. Кидар сделал шаг вперед, растворяясь в стене из оникса и потащил Садиру за собой. Колдунья почувствовала острый приступ тошноты, от которого содрогнулось все ее тело, когда она проходила вслед за тенью сквозь стену. Буквально через секунду рука Кидара выскользнула из ее руки.
– Милости просим в Хрустальный зал, – торжественно произнес вождь теней. – Именно здесь Раджаат наделил своих Доблестных воинов властью выполнять его волю, и именно здесь предатели вынудили его превратить Борса в Дракона.
Сначала колдунья не видела ничего, кроме яркого багрового сияния, кружившегося вокруг нее подобно гонимому ветром туману. Затем ее глаза стали привыкать к необычному освещению, и она увидела, что внутри башенки только одно-единственное, довольно темное помещение. Куполообразное зеркало служило ему полом. Белые стены отвесно уходили высоко вверх, поддерживая хрустальный купол, который она видела с дорожки внизу.
Столб розового света опускался от купола прямо в центр зеркала, где находилась дюжина блестящих обсидиановых шаров различного диаметра. С первого взгляда Садире показалось, что они должны были бы раскатиться в разные стороны, но, внимательно приглядевшись, она заметила, что им мешают это сделать крошечные мра-морные клинышки. Внутри каждого из шаров медленно вращался тончайший пучок синего света, напоминавший собой какое-нибудь живое существо.
– Что это такое? – удивленно спросила Садира, у которой вдруг начало дико чесаться колено. Нагнувшись, чтобы почесать его, она обнаружила, что колено полностью закрыто желтым панцирем.
– Яйца, – коротко пояснил Кидар, указывая колдунье на блестящие черные шары.
Когда она, прихрамывая, отошла от стены, ее глазам предстали десятки теней, выстроившиеся вдоль края пола-зеркала. Каждый раз, когда они делали выдох, клубы черного тумана вырывались из их голубых ртов и медлен-но поднимались вверх к потолку, еще больше затемняя помещение. Колдунья не знала, находились ли тени здесь все время, или же они только-только появились в комнате, так как с плотно закрытыми ртами и глазами они были совершенно неразличимы на фоне темных стен.
– Мы должны выращивать нашу молодежь изолированно, переводя ее из меньших шаров в большие, по мере того как она подрастает, – пояснил Кидар, указывая своей темной рукой на обсидиановые шары. – До того, как Джоош и Сарм появились здесь, в этом не было необходимости. Мы выращивали их всех вместе внутри черной линзы.
– Черной линзы? – удивилась Садира.
– Раджаат обычно использовал черную линзу в своих волшебных целях, – ответил Кидар. – Без нее мы не можем сделать тебя такой сильной и могущественной, какой ты хотела бы стать. Но если ты сможешь украсть Меч Карда, ты будешь обладать двумя вещами из трех, необходимых тебе, чтобы убить Дракона.
– Не мог бы ты пояснить все это попонятнее? – попросила Садира. – Зачем мне нужен Меч Карда?
– Потому что он был выкован самим Раджаатом, – ответил Кидар.– Это один из нескольких клинков, способных ранить Дракона. Кроме того, у него есть еще одна не менее важная для тебя особенность: он защитит тебя от ударов Дракона. Ни один из Доблестных воинов, включая предателей, не может ударить того, кто обладает мечом, выкованным самим Раджаатом.
– Я смогу заполучить этот меч, – уверенно ответила Садира. – А сейчас я хотела бы знать, что же вы все-таки конкретно намереваетесь сделать для меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
