я? Что происходит?
Она невесело улыбнулась.
— Не волнуйся. Я подлечусь и все объясню.
Глава 31
Когда сталкиваются два разума
Меня зовут Саманта Конвей, и я живу уже восемнадцать дней. Точнее, я помню только последние восемнадцать дней. Моя подруга Ребекка говорит, что я ударилась головой во время драки с охотниками, и удар выбил несколько винтиков, вызвав амнезию.
Она предложила мне вести дневник, записывать все свои чувства и любые воспоминания. Пока что я просто чувствую разочарование. Я ничего не помню! Единственное, о чем мне не приходится задумываться — это пустота в моем сердце. Я знаю, что она там… не было ни одной секунды, чтобы я не забывала об этом. Это как бездонная яма отчаяния, и это совсем не тортик.
Тьфу. Я действительно только что написала «не тортик»? Очевидно, со мной что-то большее, чем амнезия.
Скорее всего, я что-то вроде «плохого» охотника. Я отлавливаю и убиваю людей, которые убивают моих зомби. Но я не выходила на задания… после Инцидента, который я называю худшим в мире мозговым штурмом… потому что очищение от зомби сделало меня слабой, но Ребекка сказала, что сегодня моя последняя очистка. По крайней мере, на некоторое время.
Очевидно, охотники охотятся за мной, намереваясь меня убить. Я должна была уничтожить их первыми. Мне сказали, что я отправлюсь завтра. Но проблема в том, что я не помню, как сражаться! Как же мне их остановить?
Хватит! Я бросила ручку и журнал через всю комнату и поднялась. Мне надоело писать. Надоело не помнить. И больше всего — надоела беспомощность. Мне нужно было…
Я не знала, что мне делать. Что-то. Хоть что-нибудь.
Раздался стук в мою дверь. Ребекка вошла внутрь, не дожидаясь разрешения, как обычно. И как обычно, это раздражало меня до смерти.
— Отлично, — сказала она. — Ты проснулась. Твое присутствие необходимо в лаборатории.
Ее голос был резким. Впрочем, он всегда был таким. Я не была уверена, что так уж сильно ей нравлюсь, хотя она утверждала, что мы знакомы целую вечность. И если честно, я не была уверена, что она мне нравится. Я смотрела на нее, и в моем сердце пульсировала пустота.
Точно так же она пульсировала каждый раз, когда я смотрела на татуировки на руках и на шее.
— Пойдем. — она махнула мне рукой. На другой руке в течение первой недели моего пребывания была толстая повязка, а теперь, когда повязка исчезла, я видела большую черную рану.
Меня охватила злость… не на нее, а на охотников. Они причинили ей боль, как и мне. Они вторглись в наше здание, в наш дом, в надежде похитить меня, но она спасла мне жизнь, приняв на себя удар.
Я могла только догадываться, почему они хотят помешать нам очистить зомби и сделать мир лучше. Их собственная выгода.
Она привела меня к лифтам в конце коридора. В здании было тридцать два этажа, каждый из которых представлял собой лабиринт из коридоров, офисов и лабораторий. У меня и моих охранников был целый этаж. Этажом выше были комнаты, кишащие клетками с зомби.
Я хотела спасти зомби.
Это было единственное, что мне действительно нравилось в моей жизни. Спасать заблудших.
— Это Итан, — сказала Ребекка, когда мы вошли в помещение со всевозможным медицинским оборудованием. — Вы познакомились с ним до несчастного случая. Ты его обожала.
Он был немного старше меня, около двадцати лет. Он был лишь немного выше меня и худощав. У него темные волосы и странное выражение лица. Как будто он пытался извиниться, не произнося ни слова. Мы были в ссоре? Наверное, да, потому что пустота в моем сердце снова запульсировала.
Мне так хотелось все вспомнить.
— Али, — подтвердил он, кивнув.
Али? В моем сознании промелькнул образ, возникший и исчезнувший в мгновение ока. Но все же ему удалось ввести меня в ступор. Этот парень, этот Итан, сидел на скамейке рядом с потрясающей девочкой-подростком с темными волосами и глазами. Он смотрел на нее с такой нежностью, с такой любовью. Рядом с ней сидела другая девочка-подросток. У этой были светло-каштановые волосы, прямые, как перо, и озорные карие глаза.
Она смотрела на меня и смеялась.
Сердце заколотилось так сильно, что я чуть не согнулась пополам.
— Ее зовут Сами, — огрызнулась Ребекка. — И, Сами, мне нужно, чтобы ты села в кресло. Пожалуйста, не заставляй меня повторять.
— Или что? — спросила я. Я ненавидела ей подчиняться. Но я сделала это. Я села. Потому что, хотя я и ненавидела это, мне нравился результат. Двое мужчин в защитных костюмах пристегнули мои лодыжки и запястья к креслу.
Ребекка и Итан вошли в защищенную камеру внутри комнаты. Стены были прозрачными, что позволяло им наблюдать за всем, что происходило за их пределами.
Оба человека в защитных костюмах вышли, а затем вернулись с молодой девушкой-зомби. Кажется, она умерла недавно. Ее кожа была серой, но не темной, и у нее все еще осталась большая часть волос. На шее у нее был металлический ошейник.
Чем ближе она подходила ко мне, тем сильнее сопротивлялась, тянулась ко мне. Ее ногти заскребли по моим бедрам, и я вздрогнула.
Она опустила голову и вгрызлась в мою руку. Я резко втянула воздух, меня охватила боль. Но вскоре после того, как она начала, ее дернули назад. Она опустилась на пол и начала биться в судорогах. Ее кожа потеряла свой сероватый оттенок, а из глаз исчезло красное сияние. Она подняла руку к свету, повернула ее, изучила, и на ее лице расцвела медленная улыбка.
Ребекка и Итан вышли из камеры.
Злорадствующая Ребекка захлопала в ладоши.
— Я же говорила тебе.
Итан смотрел на девушку.
— Иззи, — сказал он, бросаясь к ней.
Девушка радостно, взволнованно ахнула, глядя на него.
— Итан!
Но один из людей в защитных костюмах встал между ними, предотвратив воссоединение.
— Уйди с дороги, — приказал Итан.
Мужчина в костюме остался на месте.
Нахмурившись, Итан повернулся к Ребекке.
— Скажи ему, чтобы убрался с дороги. Сейчас же.
— Твоя сестра очистилась, как я и обещала, — ответила Ребекка. — Теперь она — Свидетель. И мы не можем просто позволить Свидетелям разгуливать на свободе, не так ли? Нет. Мы должны проверить ее, выяснить, что она может делать и как она это делает.
Ребекка говорила то же самое обо всех других, кого я очищала. Я не раз протестовала, но безрезультатно.
Итан покачал головой.
— Я не позволю тебе ставить на ней опыты. Ей хватило этого во время
