Ах, Люк, дружище, тебе повезло, что у тебя такая жена.”
- О, я знаю, поверь мне. Значит, ты следишь за нами, да?”
Пьер пожал плечами. - Тьфу! А что я могу сделать? Какой-то сукин сын из гестапо сказал, что за тобой нужно вести круглосуточное наблюдение.”
- Интересно, почему?”
- Кто знает, что творится в их сумасшедших нацистских головах?”
- Боюсь, тебе не придется много наблюдать.”
Полицейский усмехнулся. “Даже если бы и знал, то наверняка не увидел бы.- Он огляделся, чтобы убедиться, что его никто не подслушивает, и добавил: - что бы они там ни думали, я надеюсь, все пройдет хорошо.”
- Спасибо, Пьер, я тоже на это надеюсь. Что бы это ни было. Я иду в бар Ману, чтобы купить сигарет. Ты хочешь что-нибудь?”
Полицейский покачал головой, развернул бумагу, в которую были завернуты хлеб и ветчина, и откусил первый вкусный кусок.
В баре Люк купил сигареты и позвонил по телефону-автомату в университетскую лабораторию, где его сын учился на магистра.
- Привет, Андре, это папа. Мы с нетерпением ждем встречи с вами за ужином. Я подумал, что вам следует знать, что у нас нежданные гости. Увидимся в восемь.”
•••
В отличие от Темпсфорда, Тангмер был кем угодно, только не секретом. Во время битвы за Британию он прославился как одна из ключевых баз истребительного командования, и с тех пор здесь жили два самых знаменитых аса ВВС: Дуглас Бадер и Джонни Джонсон. Это была также база, с которой 161 эскадрилья выполняла полеты, требующие доставки или подбора агентов с земли в Европе, в отличие от тех, кто был сброшен с парашютом. Но присутствие лунной эскадрильи было настолько тайным, что ее пилоты никогда не заходили в офицерскую кают-компанию Тангмера.
Они готовились к своим заданиям и отдыхали после того, как они были завершены в коттедже за воротами аэродрома. Это было очаровательное, деревенское место с низкими потолками, выкрашенными в черный цвет балками и ревущими поленьями каминов, чтобы смягчить холод ночного воздуха.
В этот вечер Бобби Уорден, совершивший множество полетов во Францию и обратно, сидел за столом в гостиной коттеджа, изо всех сил стараясь ознакомиться с маршрутом в Бельгию.
За восемнадцать месяцев оперативной деятельности их эскадрильи Уорден и его товарищи поняли, что выживание человека мало зависит от его смелости или мастерства пилота, но почти полностью зависит от тщательности его подготовки.
В тот же день в Темпсфорде он получил несколько карт, на которых были показаны суша и вода, которые ему предстояло преодолеть во время трехсотпятидесяти-мильного перелета к месту посадки близ Спа. Толстым жирным карандашом он провел линию своего курса по картам. Вокруг линии были записки, стрелки, звезды, восклицательные знаки и другие символы, напоминающие ему о любой угрозе, такой как база Люфтваффе или известная зенитная батарея, от которой он должен был держаться подальше.
Он вырезал несколько прямоугольных секций карты, каждая из которых показывала часть его курса, а также местность или воду по обе стороны от него. Наконец, он приклеил отрезки своего курса на кусочки картона соответствующего размера, пронумеровал их и сложил в стопку в порядке следования, с первым отрезком пути наверху.
Опыт показал, что это был самый удобный способ для одиночного пилота в тесной кабине, который не мог развернуть и изучить карты, чтобы дать себе некоторый шанс проложить свой путь через Ла-Манш или Северное море и через длинные участки враждебной территории к местам назначения, которые, как правило, находились в глуши.
У Уордена также была подборка разведывательных снимков, сделанных ранее в тот же день. Они сообщали как хорошие новости, так и плохие. Хорошая новость заключалась в том, что место назначения было легко определить, так как оно находилось в стороне от главной дороги, с городом Спа в нескольких милях к северо-западу и автодромом Спа - Франкоршам на юго-востоке. Впрочем, это тоже была плохая новость. Он шел слишком близко к слишком многим людям, чтобы чувствовать себя комфортно.
Еще один пилот эскадрильи подошел к тому месту, где сидел Уорден, и посмотрел через его плечо на карты, которые он разделывал. “А где это?- спросил он. “Не похоже ни на что из того, что я знаю.”
- Бельгия, - ответил Уорден.
- Черт возьми.”
“Точно.”
- Ничего страшного, старина, посмотри на это с другой стороны. Они накормят тебя шикарным ужином, прежде чем ты отправишься в путь - Сегодня вечером, насколько я понимаю, ты получишь сосиски и пюре, - а также яичницу с беконом, которыми ты сможешь насмехаться, когда вернешься к завтраку. Где еще парень может получить такую сделку в наши дни?”
“И хорошенькая девушка, которую я заберу, когда прилечу, - добавил Уорден.
- Звучит как великолепное шоу.”
Час спустя, подкрепившись едой и кофе, Уорден вышел в зону разгона, где его ждал выкрашенный в матово-черный цвет Вестландский Лизандер. "Лиззи", как называли ее все пилоты, не была впечатляющей машиной. Фюзеляж был коротким и коротким, как недокуренная сигара, и висел под длинными ромбовидными крыльями, наклоненными вперед, как у Чайки. "Лиззи" была медлительна, не проворна и, будучи приспособлена для выполнения особых обязанностей, не имела оружия, чтобы защитить себя. Как боевой самолет, он был легкой добычей. Но у него был один дар, который делал его идеальным для такого типа миссии: ему нужно было немного места, чтобы приземлиться и взлететь. Он также не беспокоился о земле под колесами. Для доставки агентов в сложные ситуации или из них не было лучшего самолета.
Уорден провел последние проверки. Самолет был в прекрасном состоянии. Его карта и фонарик были на месте и исправны. У него было четкое представление о том, куда он направляется и на что ему следует обратить внимание, когда он прибудет.
Когда двигатель ожил, пропеллер завертелся, и "Лиззи", словно дородный банкир, покатил к взлетной полосе Тангмера, Уорден в последний раз подбодрил свой корабль.
- Поехали, старушка. Вверх, вверх . . . и долой.”
•••
В восемь вечера, была очередь Жюли Дефорж, чтобы пойти вниз, чтобы посетить полицейского, который был на вахте за пределами их собственности. Она несла оловянную тарелку с великолепным рагу из свинины и яблок и бутылку вина "ординар".
Полицейский был новичком в этом районе, но когда он пришел на
