это лицо, ее сердце на мгновение сжалось от тоски. Они так похожи…
Женщина смерила ее строгим взглядом и спросила:
– Вы – Лиза Фрост?
Девушка едва заметно усмехнулась:
– У вас мое досье, вы лучше меня должны это знать. Чем обязана такому внезапному визиту?
Тонкая насмешка вовсе не смутила женщину. Она не спеша осмотрелась в помещении.
– Вы ввели в базу ДНК двух наших сотрудников, мы разыскиваем их. Итак, где они?
– Ваших сотрудников? – Лиза перекинула ногу на ногу и посмотрела на женщину похолодевшим взглядом. – Не понимаю, о чем вы. Я ввела в базу ДНК своего брата и подруги, для которых я, как руководитель отдела, являюсь ответственным лицом… в случае их гибели.
– Гибели? – впервые показала какие-то эмоции женщина, наконец прямо посмотрев на девушку. – Они мертвы? Как это произошло?
У Лизы появилось легкое абсурдное ощущение, что эту женщину очень интересуют именно обстоятельства смерти. В чем дело? Что-то не так с этим вопросом?
– Несчастный случай на дороге и неисправные тормоза.
– Вот как… – всерьез задумалась об услышанном женщина. Не похоже, чтобы она сильно расстроилась. Скорее, зашла в тупик в своих исследованиях. – Ясно. В таком случае вы должны предоставить нам тела этих двух человек. Мы заберем их.
– На каком основании? – изогнув бровь и легко улыбнувшись, неторопливо спросила Лиза.
– Вам не сообщили, из какого мы отдела? – многозначительно произнесла женщина.
– Сообщили. Но это все равно не объясняет, зачем людям из Неллис тела моего брата и подруги.
Юридически эти люди многое могли сделать с Лизой и ее отделом, но забрать тела, не предоставив доказательства полномочий, было совершенно невозможно. В конце концов, Лиза тоже не последний человек в Министерстве.
Гостья из Неллис тоже это понимала и решила воспользоваться ситуацией, чтобы не только получить тела, но и раздобыть информации. Выражение лица женщины неуловимо изменилось, когда она тихо вздохнула:
– Похоже, вас ввели в заблуждение, мисс Фрост.
Гостья приблизилась к столу и села на свободный стул. Она создавала впечатление уставшей матери, многие годы разыскивающей своих детей. Этот образ должен был помочь ей добиться доверия Лизы.
– Этот мальчик… он определенно не ваш брат.
– Двоюродный. У меня есть документы, подтверждающие, что он является сыном моего дяди, – твердо ответила Лиза.
– Поддельные документы, – мягко поправила гостья. – Честно говоря, это долгая история, и я не уверена, что вам будет это интересно.
– Эти два человека очень дороги мне. Разумеется, я заинтересована во всем, что касается их. И все-таки, кто вы для моего брата и подруги?
Гостья задумчиво постучала пальцем по столу, решая, какую часть правды рассказать, а потом все же решилась. Для нее было очевидно, что Лиза очень их любит, и это был шанс получить дополнительные сведения.
– Ну, если говорить о вашем «брате», то для него я, скорее, друг семьи. Я знакома с его отцом, мы вместе работали.
– Отцом? Он тоже здесь? – подобралась Лиза, невольно бросая взгляд на группу военных, оставшихся ждать у двери.
– Нет, – неловко кашлянув, ответила гостья. – Отец мальчика погиб несколько лет назад. Его убили.
– Кто? – обернувшись, цепко посмотрела на женщину Лиза, но та лишь плечами пожала и ушла от ответа.
– Мы пытались выяснить, но расследование не дало результатов. Чистая работа: ни отпечатков, ни записей с камер, ни свидетелей. С мотивами тоже ничего не ясно. Кто-то убил его с особой жестокостью. Его забили до смерти. Некоторые травмы нанесены перимортально.
– То есть, он уже умер, а его все продолжали бить? Похоже, кто-то сильно его ненавидел.
Гостья пожала плечами:
– Наша работа… иногда имеет спорные моменты.
– Понимаю, – поджав губы, кивнула Лиза, а потом добавила: – Полагаю, какие-то документы на… мальчика у вас должны быть? В качестве доказательств.
– Мисс Фрост, вы ведь знаете, откуда мы, и должны понимать, что документы есть, но они засекречены. Вам придется поверить мне на слово.
– Пока что я верю, что вы – посторонний человек, который пришел за давно взрослым человеком. Вы еще ничего не сказали о… девочке. Кто она вам?
Гостья изогнула губы в мягкой улыбке и добавила грусти во взгляд.
– Она моя дочь. Теперь вы скажете, где они?
Лиза помолчала пару секунд, а потом с самой дружелюбной интонацией и сочувствием во взгляде солгала:
– Мне жаль. Они погибли. Я последовала их воле и кремировала тела, а пепел развеяла в Дашти Марго. Пустыня Смерти стала их последним пристанищем.
***
США. Невада. Грум-Лейк, зона 51.
Двадцать лет назад…
Был полдень, и народу в общежитии для сотрудников практически не было. Дверь одного из блоков распахнулась, и в коридор вышел высокий мужчина в белом халате. На его лице читалось раздражение, а костяшки пальцев покраснели.
Мужчина не удосужился закрыть за собой дверь, решительными шагами уходя по коридору прочь. Но если бы он обернулся, то увидел бы в другом конце коридора худенькую девочку, которая наблюдала за его уходом пустыми глазами.
Когда силуэт мужчины скрылся из вида, девочка подошла к двери, из которой тот вышел, и посмотрела внутрь. Там у стены на полу лежала куча окровавленного тряпья. Девочка ничего не сказала и осталась стоять, глядя на эту кучу, и через пару минут куча пошевелилась.
Оказалось, что это был мальчик. Пережив очередную волну боли, он перевернулся на спину и тяжело вздохнул. Прикрыв глаза запястьем, он хрипло рассмеялся:
– Интересно, он знает, что я с ним сделаю, когда вырасту?
Это был не первый раз, когда мальчик и девочка видели друг друга, но раньше они никогда не разговаривали. Это первый диалог, который состоялся между ними.
Не получив ответа на и без того риторический вопрос, мальчик повернул голову и внимательно посмотрел на девочку своими жуткими серыми глазами, один из которых был красный от кровоизлияния, а второй заплыл и опух от чужого удара, превратившись в мясистую щелку.
Лицо мальчика было изуродовано до неузнаваемости. Конечно, при должном лечении и уходе за пару месяцев оно пришло бы в норму, но кто будет заботиться о нем?
Мальчик был от природы внимательным к деталям, и от его взгляда не укрылась болезненная худоба девочки, а также неуместная белая водолазка с высоким воротом. Ее рукава немного задрались, обнажая темные синяки на запястьях. Несложно догадаться, что нечто подобное могло обнаружиться и на остальном
