class="p">Николаич кивнул:
– Да, если он не решил для начала наведаться в наш основной лагерь… И получается, что два варианта у нас с тобой, Никита Андреевич! – Николаич впервые за всё время вытащил из кармана серебристый портсигар и спустя немного времени в его зубах появилась дымящаяся папироса. Видя моё удивление, он пояснил: – Да, ты не ошибся, это «Беломорканал», имелись запасы, вот и носил с собой на серьёзный случай. Бросить не так давно пришлось, но тянет, а сейчас вот сам Бог покурить велел!
– Что с вариантами? – спросил я, озираясь по сторонам. Лагерь, чёртова ловушка, слишком мрачное место, так и кажется, что в любую секунду из-за какого-нибудь барака выйдет большой человечек…
– Да два их, говорил же. Первый – Древний уже перебил всех наших, и мы последними примем смерть. Или наши примут её последними, а мы их даже предупредить не в состоянии будем. Эх, обидно!
– Ты позиционировал себя как спец по большим человечкам, Николаич. Что же такое, почему нос повесил?
– Нос повесил? – папироса отправилась под ноги и была втоптана в землю. – Нет, нос я ни разу не вешал, товарищ Ермаков, что-то ты путаешь. Схватка с Древними всегда лотерея и вырвать победу у них нам удавалось часто благодаря численному преимуществу. И помощи неких полезных вещиц, которые, как назло, в данный момент вообще нет под рукой. Вот если бы мы с тобой сейчас были в лагере, то шансы на победу сразу бы многократно увеличились. А мы не там, увы-увы…
Увидев, как изменилось лицо Николаича, я медленно развернулся. Древнего, спускающегося к нам с холма, было сложно не заметить. В костюме, сволочь, пулями его не возьмёшь. И даже артиллерия тут не поможет…
Пулемёт заработал предсказуемо, боец выждал удобного момента и отправил Древнему парочку смертоносных подарков. Управлять Кордом, снятым с крыши машины и не имеющим нормальной станины, та ещё радость. Хорошо, что вообще в цель попадает, молодец боец. Колька его зовут. Земляк!
Бронированная махина не стала терпеть пулемётный огонь. Только что она шла к нам, а сейчас решила немного отклонится от маршрута.
Николаич, словно прочитав мои мысли, сказал:
– Нет, Ермаков, не поможем мы им. Мы даже себе не поможем. Не знаешь, где там сейчас твои друзья находятся? Я про медведей говорю. Или про этого Древнего перебежчика, который против Основы пошёл. Самое подходящее время ему появится. Делом хоть наконец займётся, не всё ему бездельничать.
Не знающий человек мог бы принять Древнего, одетого в костюм-броню, за робота. Слишком большой, люди таких размеров не бывают, поэтому робот.
А если бы незнающий увидел, как эта махина без труда перевернула лежащий на боку Ивеко, тем самым убив два человека, то сомнений, что иметь дело приходится с роботом, точно не возникло бы. Но, увы, это не робот, а разумное существо. И оттого реальность ещё хуже, более непредсказуема, потому что обладатель разума может сделать что-то совсем непредсказуемое.
– Скарг не бездельничал, – сказал я, наблюдая Древнего, вновь идущего к нам. – Когда мы виделись с ним в крайний раз он невзначай сказал, что мечтает уничтожить командный центр Основы. И у него, как видишь, всё получилось.
Николаич даже глаза от удивления округлил:
– У него, говоришь, получилось? А мы, получается, вообще не при делах, да? Ошибаешься ты, Никита Андреевич! Когда я и мои ребята любовались ядерными взрывами с безопасного расстояния, твоего Древнего с нами не было. Мы, и никто кроме нас, уничтожили командный центр Основы. Да, с твоей помощью, хотя ты об этом вообще ничего пока что не знаешь. И с помощью твоего деда… И ведь ни один из вас, весело да, не принимал в самом заключительном этапе, участия. И если так подумать, то и не ясно, чей вклад в уничтожение командного центра Основы самый большой. Наверное, твоего деда. А может и твой…
Сказанное вызвало в моей голове небольшой взрыв. Новые факты тут же породили ранее недодуманные цепочки событий. Кое-что начинает вырисовываться в общую картину. План, оказывается, был намного грандиознее, чем мог подумать. И да, теперь я вспомнил, где видел Николаича.
Осталось только уточнить верность догадок. И хорошо, что время ещё есть, потому что Древний идёт неспеша, будто специально даёт время на осознание неизбежности нашего положения. И это так, потому что его цель не я. Его цель Егоров Юрий Николаевич, который совсем недавно уничтожил командный центр на другом материке и тем самым оставил Основу, а вместе с ней и всех Древних, без множества благ. Месть – вот что сейчас происходит!
– Один хороший знакомый моего деда, Михаила Росса, работал в министерстве государственной безопасности СССР. И он вместе с Россом отправился в этом мир выполнять особое задание. В последствии всё оказалось сложнее, но сейчас разговор не об этом. Того человека звали Юрием Николаевичем Егоровым. И в данный момент ему должно быть чуть более ста лет. В этой реальности мы с ним не встречались, но в других было дело, пересекались неоднократно. Проясни пожалуйста ситуацию, Юрий Николаевич.
– Очень рад, что ты наконец-то догадался, кто я такой. – Егоров не сдержался, обнял меня, а затем, похлопав по спине, продолжил говорить. – Уже рассказывал, что у меня был уговор с твоим дедом. И благодаря тому уговору я согласился вновь стать молодым. Ну и поработать на благо человечества как в старые добрые времена. Как видишь, Никита, без работы не сижу!
– Ты ушёл из посёлков сразу же, как я прибыл туда… – начал вспоминать я. – Никому ничего не сказал, просто исчез в неизвестном направлении. К Россу пошёл, верно?
– К нему, к кому же мне ещё идти? Уговор наш с Россом был таков: если когда-то в посёлок Заксенхаузен придёт его племянник в компании разумного медведя и будет нести чушь про возвращение во времени и про то, что он способен изменить мир, то я буду вынужден вновь стать молодым и помочь Михаилу наконец-то всё закончить. Ты, Никита Андреевич, пришёл в Заксенхаузен в компании медведя и чушь нёс очень активно. Уговор есть уговор, его нарушать нельзя, пошёл молодеть. Росс на тот момент был главным, командный центр Основы находился в его полном подчинении и сделать меня снова молодым не составило труда. Тогда в нашем распоряжении имелось множество полезных технологий и расставаться с ними нам не хотелось. Но пришлось, таков был план Михаила. Чтобы выиграть войну нам нужно было проиграть битву. И не просто проиграть, а пожертвовать большинством сил. Росс почему-то был уверен, что ни ты, ни Основа, не сохраните ему жизни. Михаил смерился, ждал смерти, но в итоге всё сложилось даже лучше, чем хотелось.
– План Михаила… – пробормотал я, ещё больше выстраивая конечные логические цепочки. – У Росса всегда был план, наобум он ничего не делал. Ты, Юрий Николаич, как и я, был частичкой одного большого плана. Тысячи попыток… Нет, даже представить, что я настолько наивный человек, не могу. Основу выставил наивной, обыграл просто мастерски, это надо же было до такого додуматься!
– В твоей голове начала вырисовываться полная картина всего произошедшего? – с легкой улыбкой спросил Егоров. – Это хорошо. Значит думать ты ещё способен. Да, план Росса был истинно грандиозен и узнай о нём Основа, она бы взбесилась, если вообще способна беситься. Жаль только, что мы с тобой, товарищ Никита Ермаков, этот план подвели. Если мы сейчас погибнем, то закончить дело будет просто некому. Росса из тюрьмы кроме нас никто не вытащит…
Я перестал слушать Егорова. Смотрю на приближающегося Древнего и думаю о том, что сделал мой дед. Он множество раз ошибался, тысячи раз, а может и больше, может даже десятки тысяч. Неизвестно, сколько возвращений в прошлое пришлось сделать, чтобы всё сложилось как надо, но зато известно, что всё сложилось именно так, как было нужно Михаилу Россу. А значит, что в данный момент всё идёт по плану. По крайней мере очень хотелось бы в это верить…
Для полноты общей картины вернусь немного в прошлое. К моей «победе». Или, если
