– Позволено ли мне будет еще раз перебить почтенного Леворго? – учтиво осведомился Герфегест.
– Говори.
– Разве Урайн не ведает о Знаке и о Тиаре Лутайров?
– Нет. – К своему ответу Леворго не добавил ничего и продолжал: – Именно поэтому у нас есть надежда. Сейчас Урайн наверняка в бешенстве. Элиен ускользнул, Шет окс Лагин благодаря Герфегесту пробудился. Хваленое войско герверитов упустило двух беглецов прямо из-под носа, из столицы! Кстати, я не сомневаюсь в том, что Урайну удалось нащупать тебя, Элиен. Полагаю, вскоре в Хоц-Але услышат герверитский боевой клич. Но об этом после. Важно, что Урайн в гневе, а гнев – худший советчик. И если мы войдем с войском в Лон-Меар, он ринется нам навстречу со своими кутах, личной сдвоенной девегой и всем, что только сможет взять с собой. Ринется хотя бы для того, чтобы было кому потом вывести после победы свою армию. Ведь это же Лон-Меар. А столбовая дорога из Варнага в Лон-Меар совпадает со Знаком Разрушения, да иначе и быть не могло. Урайн ведь не такой дурак, чтобы вести дорогу в Лон-Меар мимо Пути Силы. – Леворго иронично улыбнулся.
Свел Птицелов не выдержал:
– Войти в Лон-Меар! Лучше бы ты сразу предложил каждому из нас по кубку с цикутой или ужин в обществе слепых грютских пауков! Лон-Меар – место, откуда нет возврата, да и дороги туда тоже нет!
– Я этого что, по-твоему, не знаю? – спросил Леворго, глядя на свела как на маленького мальчика, который только что открыл папе причину своего появления на свет.
Дочери свела опять заговорщически переглянулись. Леворго был им явно по душе. Так осаживать их грозного отца!
– Лон-Меар – страшное место, – продолжил Леворго после педагогической паузы. – Но если мы не придем туда завтра, послезавтра Лон-Меар придет в Сармонтазару. А дорога туда есть. Элиен – Звездно-рожденный, каковое слово пока что не говорит ничего Никому из вас, включая самого Элиена. А Звезднорожденным и всем, кого он ведет с собой по доброй воле, врата Лон-Меара открыты. В общем, вход мы найдем. Найти выход сложнее. И даже Звезднорожденному это не всегда по силам. Но если мой замысел удастся и Урайн, заглотив крючок, на котором будем извиваться мы, червяки, все-таки завершит Знак Разрушения, тогда победа – наша. Обманные мороки Лон-Меара исчезнут, и Город Лишенного Значений окажется посреди обычного леса, из которого не найдет дорогу разве что младенец. Если нет – никому из нас не потребуется выход из Лон-Меара, потому что наши проклятые души поселятся в нем навечно. Поэтому я говорю: надо войтив Лон-Меар. А все остальное предоставим Гулкой Пустоте, или судьбе, что одно и то же.
Леворго поняли все, и никто больше не хотел швырять в огонь “солому слов излишних”, как писал старый добрый Трев Аспадский. Герфегест задумчиво тер ладонью щеку, покрытую четырехдневной щетиной. Элиен искоса поглядывал на дочерей свела.
Те смотрели на него, и в их взглядах молодой ласарец читал многое, от чего кровь в сердце закипала, как жидкое золото. Прикрывший глаза свел был, казалось, погружен в полудрему.
Леворго ждал их решения. Он знал, каково оно будет, и все же хотел услышать слова каждого.
– Я войду в Лон-Меар, – твердо сказал Элиен, встречаясь взглядом с Леворго.
– Я войду в Лон-Меар, – двойным эхом отозвались сестры-близнецы.
– Полагаю, вы вчетвером не надеетесь справиться со всеми исчадиями Хуммера? – сварливо осведомился свел. – Я и мои воины войдем в Лон-Меар вместе с вами.
– Я тоже, пожалуй, схожу. Малую нужду в Чаше Хуммера справлю, – небрежно заметил Герфегест.
– Хорошо, что ты напомнил, – благосклонно кивнул Герфегесту Леворго. – После того, как все важные вопросы улажены, пришло время поговорить о мелочах. —Мелочей две: ни ты, ни почтенный свел не пойдут с нами в Лон-Меар.
– Это еще почему? – запальчиво осведомился Герфегест.
Свел промолчал, но брови его гневливо сошлись на переносице.
– Потому что у вас есть более важные дела. Сперва о почтенном Птицелове. Как я уже говорил, Хоц-Але в опасности. Урайн, прежде не видевший в паттах особой угрозы и оттого не желавший, прошу прощения за не свои слова, “месить грязь ради болотных жаб”, скорее всего, выслал против Хоц-Але большой и сильный отряд. Сейчас Урайн в ярости. Даже если Элиена здесь не окажется, воины Урайна все равно придут в Хоц-Але. В числе достаточном, чтобы замостить все волчьи ямы телами и вырезать ваших женщин и детей, как овец. В Хоц-Але необходимо оставить много хороших воинов. С ними должен остаться и опытный начальник. Ты, почтенный свел Птицелов. – Леворго впервые удостоил его легким поклоном.
Свел заметно повеселел.
– Ты прав, Хранитель Диорха, Как всегда.
– Теперь ты, Герфегест Конгетлар. Можешь меня поправить, если я ошибаюсь: со слов Элиена я понял, что ты в большом доверии у грютского царя Наратты и знаком с его новым гоад-а-рагом Аганной. В Варнаге ты пребывал как толмач грютского посольства, но истинной твоей целью было “все как следует разнюхать и доложить Наратте”.
Герфегест согласно кивнул.
– Ты, однако, поручения своего не выполнил, – с напускной строгостью заметил Леворго, – а это не в чести у просвещенных народов.
– Ты хочешь прогнать меня в Радагарну, – обреченно вздохнул Герфегест.
– Послушай, зачем так далеко езжаешь, красивый человек? – прищурился .Леворго, подражая манере грютских бродячих прорицательниц. – А езжать-то тебе близко-близко, красавец. Твой путь короче, чем у тебя между ног, ласковый.
Сестры-близнецы с интересом посмотрели на Герфегеста.
– Ну, насчет последнего я немного преувеличил, – поправился Леворго и, чувствуя кругом полное непонимание своего изысканнейшего юмора, продолжал уже серьезно: – Мы разминулись с тобой на несколько дней. Я был у Наратты. Я говорил с ним, я убедил его. Войско грютов сейчас разбивает лагерь у подножия Аргинских гор, в нескольких лигах к востоку от Лон-Меара. И насколько позволяет мое старческое зрение, я могу разглядеть отсюда шелковые змеи пяти теагатов.
То, что Леворго способен прозревать сквозь десятки, если не сотни лиг, было для Элкена ерундой по сравнению с сообщением о появлении грютов у Аргинских гор. – Прости, Хранитель Диорха. Я не ослышался? Наратта решился нарушить договор, заключенный между его отцом и Эллатом? Войско грютов вновь переправилось через Орис?
– Какой же грют не мечтал об этом в последние тридцать лет? – ухмыльнулся Леворго. – Но ты можешь не беспокоиться: грютам не нужен Север. Они пришли воевать с Урайном, и у них, похоже, есть чем его порадовать. Не без моей помощи, конечно. – Леворго любил точность. – Подробности моего замысла таковы: мы, то есть я, Элиен и прекрасные сестры во главе того отряда паттов, которых почтенный свел найдет возможным снять с обороны Хоц-Але, войдем в Лон-Меар и, расположившись к югу от Чаши, будем ждать появления Урайна. Ты, Герфегест, – ибо никому больше нельзя доверить поручение такой важности – возьмешь моего коня и немедленно направишься к Аганне. В подробности не вдавайся. Скажи, что все идет по моему плану. Пусть спешно приготовится к повторной переправе через Орис и ожидает, пока расколется Чаша. Тогда грюты должны ворваться в Лон-Меар и показать, на что они способны. После разрушения Чаши кутах будут уязвимы для обычного оружия, ну а герверитов и сейчас не назовешь заговоренными. Если грюты поспеют вовремя, мы победим. Если нет – Урайн перережет нас и безо всякой колдовской силы, потому что на его стороне будет грандиозное численное превосходство. Ясно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
