— Хм-м?
— Я пойду в дом переодеться. Миссис Коллинз идет со мной. Мы вернемся очень скоро.
— Хорошая мысль, — кивнул Квентин. — Разумеется, ступай. — И он возобновил свой разговор.
— Вы знаете, — пробормотала Бранди экономке, когда они вошли в дом, — Квентин, похоже, ничуть не огорчился, что я ухожу.
— В самом деле? Я не заметила. — Миссис Коллинз проводила Бранди в ее комнату и осторожно расстегнула крючки на платье.
— Неужели? — Бранди прикусила губку. — Наверное, я просто глупа. И все же интересно, о чем таком захватывающем он беседовал с Бентли?
— Понятия не имею. — Миссис Коллинз помогла Бранди выбраться из платья. — Побегу вниз и спрячу его в своем гардеробе. А потом мы выберем другое…
— Почему просто не повесить его в мой шкаф? — перебила ее Бранди.
— Потому, миледи, что ваш шкаф переполнен вещами, тогда как мой — полупустой. Я не хочу, чтобы кружево, которое стоило мне стольких трудов, зацепилось и порвалось. Поэтому я бы предпочла поместить платье в своей комнате, по крайней мере временно.
— Как хотите. — Бранди направилась к своему шкафу. — Я достану другое платье.
Миссис Коллинз пошла к двери, затем остановилась, и на ее лице появилось какое-то странное выражение.
— Я очень горжусь вами, мисс Бранди. Будьте счастливы и вы, и лорд Квентин. Бранди изумилась:
— Спасибо. Обязательно будем. Но почему вы говорите, как будто…
Ей так и не удалось договорить. Миссис Коллинз исчезла в коридоре.
Бранди пожала плечами и возобновила поиски подходящего платья. Очевидно, миссис Коллинз просто дала волю эмоциям. Правда, какое-то странное время она для этого выбрала, но, возможно, в ту минуту у нее всплыло какое-то воспоминание.
Как бы то ни было, Бранди обязательно обнимет старую служанку и поблагодарит, когда та вернется.
Хмуро бросив взгляд на свою рубашку, Бранди призналась сама себе, что сейчас ей меньше всего хочется надевать другое платье и возобновлять празднование. Она действительно обожала всех, кто был на празднике, но ей хотелось лишь одного — остаться вдвоем с Квентином. Который, судя по тому, как он был поглощен беседой с Бентли, вовсе не разделял ее желаний. Обреченно вздохнув, она потянулась за дневным платьем лилового цвета, ив ту же секунду за ее спиной хлопнула дверь.
— Думаю, это платье ничем не хуже других, миссис Коллинз, — бросила Бранди через плечо. — На самом деле мне все равно.
— А вот мне — нет.
Уронив платье, Бранди резко обернулась и увидела Квентина, который стоял, прислонившись к стене, и наблюдал за ней.
— Оставь платье на полу, — велел он, наслаждаясь ее красотой. — Ты ослепительна так, как есть.
— Квентин? — Бранди озадаченно посмотрела на закрытую дверь. — Миссис Коллинз вернется…
— Через три дня, согласно моим распоряжениям. — Он пересек комнату, откровенно раздевая новобрачную взглядом. — Тогда же вернутся Герберт, Бентли и остальная прислуга. — Он помолчал, остановив распаленный взгляд на ее груди, спрятанной под тонкой сорочкой. — Пожалуй, я передумал. Все-таки на тебе еще слишком много надето.
— Три дня? — с трудом проговорила Бранди, дрожа под откровенно чувственным взглядом Квентина. — Я не понимаю.
— Вот как? — Квентин навис над ней и, протянув руку, Запустил пальцы в ее великолепные блестящие волосы. — Тогда позволь объяснить. Мне нужна моя жена. Одна. На три дня… и три ночи. Для этого я освободил слуг от их обязанностей. Ну что, это рассеяло твое недоумение?
— Ты отослал всю прислугу?
— Угу. — Палец Квентина скользил по ее шее, чувствуя малейшую дрожь. — Не беспокойся. Они всем обеспечены и устроены с удобством в местной гостинице, где пробудут три дня. Им запрещено приближаться к нашему дому под любым предлогом — и это относится к Ланселоту тоже. — Он улыбнулся. — Даже твой бельчонок не осмелился перечить моему авторитету, по крайней мере на этот раз.
Бранди наконец поняла, что ей говорят, несмотря на густую чувственную дымку, окутавшую ее сознание.
— Ты сам все устроил.
— С начала до конца.
— Откуда ты узнал…
— Откуда я узнал — что? Что ты в конце концов помчишься в лес даже в день собственной свадьбы? — Квентин опустил голову и слегка коснулся губами трепетной жилки на шее Бранди. — Потому что я знаю тебя, маленькая проказница. Как видно, даже лучше, чем ты меня. — Он рассмеялся. — Неужели ты всерьез думала, что я предпочту провести свадебный вечер, болтая с Бентли, пока ты будешь носиться по лесу с Ланселотом? — Он откинул в сторону прядь ее волос и покрыл влажными поцелуями ее шею, а потом ухватил губами мочку уха.
— Квентин.
Бранди показалось, что она тает в его руках. Колени у нее подкосились, и она невольно вцепилась в мягкие шерстяные лацканы его сюртука. Он подхватил ее на руки, пронес несколько шагов до кровати и опустил на мягкое покрывало.
— Ты не представляешь, как ты красива, — пробормотал он, ложась рядом. — И как сильно ты мне нужна.
— Неужели? — Бранди, начавшая развязывать его галстук, тем временем справилась с задачей и, отбросив галстук в сторону, занялась пуговицами на жилете.
— Меня даже трясет. — Квентин сжал ее пальцы, чтобы она ощутила дрожь его рук.
— Ты мне тоже нужен. — Высвободив пальцы, Бранди расстегнула его жилет и рубашку. — Квентин, я ждала целую вечность.
— Любимая… Боже. — Он дрожал как в лихорадке, когда ее ладони ласкали его обнаженную, заросшую темными волосами грудь, легко прикасаясь к соскам. — Что ты со мной делаешь?
— Открываю для себя неизвестное.
Квентин обрушился на нее с поцелуями, которые лучше всяких слов сказали ей, что в эту ночь не будет никаких запретов, никаких ограничений.
Никакого самоконтроля.
— Дотронься до меня, — скомандовал он и, схватив запястье Бранди, прижал ее ладонь к своей твердой плоти, пульсировавшей в бриджах. — Везде. По-всякому. Мне нужно чувствовать твои руки.
Дрожащими пальцами Бранди даже сквозь ткань ощутила, какой жар исходит от возбужденной мужской тверди. Действуя, как всегда, порывисто, Бранди без страха и сдержанности расстегнула пуговицы бриджей и выпустила пленника на свободу.
Квентин словно окаменел.
— Перестань, — выдохнул он, отпрянув. Он уставился на нее почерневшими от желания глазами, его лоб стал влажным от пота. — Даже не верится… — Он замолчал на полуслове и затряс головой, набирая в легкие воздух. Бранди впервые потеряла уверенность:
— Я сделала что-то не то?
— Не то? — Он едва мог говорить. — Солнышко, я так не выдержу.
Лицо Бранди осветилось улыбкой.
— Я рада, — прошептала она и, приподнявшись, поцеловала его в натянутую жилку на шее.
