— Ты когда-нибудь видел подобное раньше? — спросила Маскелль Каруду.
Каруда кивнул, и Вигар зашипел, как от боли, и с гневом посмотрел на офицера. Они с Маскелль взглянули друг на друга, и она поняла: отныне главный Голос — ее союзник, что бы ни случилось. Маскелль снова перевела взгляд на Каруду и тихо спросила:
— Где ты его видел?
Когда отряд добрался до широкой улицы, ведущей к куполу с рогами, небо начало уже приобретать тот же унылый синеватый оттенок, который накануне предшествовал наступлению сумерек. Риан осторожно выглянул из-за угла здания. Улица была такой же широкой, как предназначенная для процессий площадь в кушоритской столице; вдоль нее тянулись величественные строения с балконами и галереями на верхних этажах. Купол с рогами имел огромный дверной проем: если бы вдруг ожил один из каменных кушоритских колоссов, он свободно прошел бы в него; однако Риану не хотелось приближаться к зданию напрямик. Лучше подойти к куполу, скрываясь за другими строениями, и попытаться проникнуть внутрь через задний или боковой вход.
Отряд находился не так уж далеко от Марай — на обратный путь понадобится немного времени, решил Риан. Он оглянулся на своих спутников. Растим побледнел от усталости, да и остальные казались обессилевшими. Сам Риан, привычный к долгим путешествиям и охоте, чувствовал себя достаточно бодрым, хотя от долгого хождения по неподатливому камню ноги у него болели.
Он вернулся к ожидавшим его воинам и знаком велел им следовать за собой. Пройдя за окаймляющими улицу зданиями, отряд оказался около круглого строения, соседнего с рогатым куполом. Ветер, вырвавшийся из-за изгиба стены, бросил в лицо Риану пыль, заставив его поморщиться. Растим закашлялся и стал вытирать лицо рукавом.
Выйдя из-за укрытия, разведчики обнаружили, что боковая поверхность купола сильно разрушена. В темном камне зияла огромная трещина — казалось, в здание ударила молния или его пытались разрушить с помощью осадных машин.
Отверстие было забито обломками, но свободного, пространства как раз хватало для того, чтобы проникнуть внутрь. Когда глаза Риана привыкли к темноте, он замер на месте, и по его спине пробежал озноб.
В дальнем конце полуразрушенного здания виднелась арка, ведущая в коридор, который не пострадал от удара. Вдоль его стены стояло несколько похожих на чаши светильников; в них мерцал огонь.
— Похоже, мы нашли то самое место, — пробормотал кто-то за спиной Риана. Остальные согласно закивали.
— Нужно осмотреть тот коридор, — сказал Риан. — Потом мы вернемся и сообщим о находке.
— Хорошо, — выдохнул Растим.
Отряд начал пробираться между загромождающими пол обломками. Откуда-то донесся тихий унылый вой — словно ветер плакал в пустом помещении, — однако здесь ни в чем нельзя было быть уверенным.
«Надеюсь, что это все-таки ветер», — подумал Риан, глубоко вздохнув.
— Я собираюсь написать обо всем этом пьесу, — заявил Растим.
По его тону Риан заключил, что он тоже слышал странный звук.
— Вот и молодец. А собираешься ты включить в нее сцену, в которой ты почти обмачиваешь штаны, когда над нами пролетают те существа?
— Почему это «почти»? — фыркнул Растим, и Риану пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться.
Люди инстинктивно понижали здесь голос, и Риан подумал, что едва ли их можно услышать: постоянный шорох пыли, которую нес ветер, заглушал слова.
— Она уже вернулась? — спросил Растим, посерьезнев. — Я ее не слышу.
— Я тоже, — нехотя признал Риан. Он сам не знал, о ком больше беспокоится: о них самих или о Маскелль и остальных, оставшихся в храме.
— Надеюсь, ничего… — начал Растим, но, пожав плечами, оборвал себя. Узнаем, когда вернемся. Сейчас для нас важнее другое.
В этот момент откуда-то из глубины помещения донесся отчетливый стук камня, потревоженного чьей-то ногой. Летающие вихри такого звука произвести не могли.
Растим испуганно подпрыгнул, а Риан знаком приказал всем спрятаться за кучей обломков; сам он стал осторожно пробираться к тому месту, откуда донесся звук.
Скоро он услышал его опять: тихий скрежет камня по пыльному полу; на этот раз Риан точно определил направление. Что бы это ни было, оно дожидалось их у ведущей в коридор арки.
Остальные настороженно следили за Рианом, спрятавшись за кучей обломков. Риан махнул им рукой, потом взглянул на Растима и, поймав взгляд ариаденца, указал тому на арку.
Растим решительно кивнул, встал и быстро направился к ней. Их противник проглотил наживку: как только ариаденец покинул укрытие, он встал в проеме и прицелился в него из арбалета.
У Риана хватило времени только подумать: «Это же человек, как и мы!»
Риан кинулся вперед; противник в последний момент заметил его и успел ударить в плечо тяжелым арбалетом.
Вцепившись друг в друга, они упали на землю. Риану удалось вырвать арбалет и нанести им удар врагу по голове. Растим, подняв дубинку, приплясывал вокруг с криками:
— Держи его! Держи его!
Риан откатился в сторону, вскочил на ноги и бросил Растиму арбалет. Когда их противнику удалось подняться, в грудь ему уперся сири Риана. Человек походил на кушорита, как и Марада, и был одет в штаны, безрукавку и сандалии; на улицах Дувалпура никто не обратил бы на него внимания.
— Кто ты? — резко спросил Риан. К этому времени их окружили остальные члены отряда, и монах Арен изумленно ахнул:
— Это же Ванти, из свиты канцлера! Человек презрительно сплюнул и отвел глаза.
— Он пособник Марады, — сказал Риан. Из свиты Мирака… Ох, было же у него нехорошее предчувствие! — Марада, наверное, наложила на него чары, как и на своих слуг.
Эти слова вызвали неожиданную ярость пленника.
— Вы убили ее, но ваши уловки нас не остановят! — глядя на Риана сузившимися глазами, бросил он.
— Ох, у нас столько уловок, что мы даже не знаем, какую применить, вмешался Растим. — Так что ты лучше отвечай на вопросы, пока еще можешь!
«Пусть понимает, как хочет», — подумал Риан, а вслух сказал:
— Покажи нам, где Колесо. Оно где-то неподалеку, иначе ты не стал бы пытаться остановить нас.
Внезапный резкий вой ветра ударил людям в уши, заставив их пригнуться. Пленник воспользовался мгновением общей растерянности и кинулся на Риана. Ему удалось сбить синтанца с ног, но тот сбросил его с себя, вскочил на ноги и вонзил ему в живот клинок, потом рывком выдернул его, так что рана оказалась огромной. Не обращая больше внимания на упавшего человека, Риан сосредоточился на том, чтобы устоять на ногах: так силен был ворвавшийся в пролом ветер. Должно быть, вихри возвращались. Выбраться наружу тем же путем, которым пришел отряд, было уже невозможно. Единственный шанс заключался в том, чтобы укрыться в глубине здания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
