забрал все документы и, насколько я знаю, ограничил доступ к ним даже шерифу.
— Да, — облокотился Ноа на стол. — Но мы же не просто так братья, и Арни не просто так лучший в своем деле. Криминал — по его части. А ритуалка тем более. Он не отступится. И лучше иметь под рукой человека с пушкой и наручниками, мистер Кэруэл, чем надеяться на то, что мы сами справимся с серийным убийцей.
— Ну, тут Ноа прав, — сказала Эбель.
— Ноа всегда прав, вишенка.
— Знаете, — заговорила Соль. — Я, кажется, догадываюсь, почему Хиггинс забрал это дело.
— Поведай нам, — наклонился к ней Ноа.
— Вы упадете, клянусь вам. Вы просто охренеете.
— Не выражайся при учителе, зануда.
Она толкнула Ноа локтем. А Джосайя вновь припугнул его подзатыльником и сказал не перебивать.
— Короче, я нашла дело Тимо Фобса. Он родился второго января тысяча девятьсот девяносто пятого, а умер в начале мая две тысячи пятнадцатого года.
— Так, может, это его могилу мы нашли на кладбище? — задумчиво проговорил мистер Кэруэл.
Все непонимающе посмотрели на него.
— Могила, что не имеет мертвеца. Заброшенная и без даты смерти. Да и дата рождения подходит.
— Черт, — выругалась Эбель, зачем-то прикрыв рот рукой.
Интересно, что ее так шокировало.
— Ты погоди, это только начало. — Соль выпрямилась, будто готовилась рассказывать многочасовую историю. — Эбель права, Тимо Фобс был убит точно так же, как Эрик, Майк, Ребекка и мистер Пирсон. В деле говорилось про вырезанный на груди символ. Но при этом он сгорел из-за попавшего в него разряда молнии.
— Ужасно, — поморщился Джосайя.
— Наверное, он был горячим парнем, — добавил Ноа.
Почему вместо смеха на него бросили осуждающие взгляды, он не понял.
— И дело Тимо было закрыто, — продолжила Соль.
— Почему? — Эбель не терпелось узнать ответ.
— Потому что дело забрал его отец, — Соль сделала паузу, — Хозия Хиггинс.
— Твою мать. — Эбель откинулась на спинку стула.
Все переглянулись. Кажется, она чего-то явно недоговаривала.
— И знаете, кто был главным подозреваемым в этом убийстве? — Соль продолжала нагонять саспенса[29]. — Его младший брат. Реджис Фобс.
Все резко перестали дышать, будто воздух стал отравленным. Ну, или среди них лишь Ноа играл в эту игру.
— Но они же Фобсы, а мэр — Хиггинс, — нарушил гнетущее молчание Ноа.
— Они могут быть приемными, — ответила Соль. — Или у них может быть фамилия матери. Или Хозия поменял свою фамилию, чтобы не было связи с убийством его сына. Ты вообще логически не умеешь мыслить?
— Я просто слабо верю в то, что Реджис убил своего брата.
Ноа не то что слабо в это верил, он вообще в это не верил. Да, Реджис казался странным чуваком. Молчаливым и необщительным, но что же теперь? Всех интровертов звать убийцами?
— Короче, — выпалила Эбель.
Она вся раскраснелась, скулы стали бордовыми под цвет размазанной на губах помады. Она нервно мяла край кофты в руках.
— Я вижу призраков, — бросила она вдруг.
Все было открыли рот, чтобы высказаться, но она ударила ладонью по столу.
— Да, я знаю. Я виновата. Да. Простите, что не сказала сразу, но я не думала, что останусь в академии надолго. Я не доверяла здесь никому, в том числе мисс Вуд. Да, я плохой друг. Хреновая подопечная. И нет, я не могу связаться с вашими умершими родными.
Ноа закрыл рот. Он хотел спросить, может ли она связаться с Куртом Кобейном и узнать, кто его все-таки убил. И попадет ли Ноа в «Клуб 27», если станет знаменитым музыкантом[30]. Но вот Джосайя и Соль все-таки решили высказаться.
— Я знал, что ты нам врешь. Надо быть глупцом, чтобы поверить в то, что ты знаешь забытые языки, — сказал мистер Кэруэл. — Да и Дебора это знает. Я почему-то в этом уверен.
— В свое оправдание хочу сказать, что я такого не говорила. Я сказала, что понимаю язык мертвого мира и слышу тех, кого не слышат другие. Мисс Вуд дофантазировала уже сама.
— Она тоже не дура, Эбель. — Джосайя взял ее руку в свою. — Мы всегда на вашей стороне, и нам плевать, какой у вас дар. Даже если он особо опасный. Мы защищаем всех попавших сюда скур. Это наша главная задача. Думаю, Дебора не хотела тебя спугнуть.
— Вы правда не злитесь? — Эбель смотрела на него как провинившийся щенок.
— Злюсь немного, но ты все равно молодец, что смогла признаться. Наверняка у тебя были причины молчать. И… Боюсь представить, как тебе тяжело видеть десяток умерших людей каждый день.
— В академии всего один призрак, мне повезло.
— Так, стоп, — нахмурилась Соль. — То есть я, твоя единственная подруга — и даже не смей говорить, что это не так, — жила с тобой в одной комнате, окна которой выходят на кладбище, и я только сейчас узнаю, что все это время ты видела какого-то мертвеца?!
Соль просила ее не отрицать, и Эбель не отрицала.
— И ты прям видишь… ну… зомби? — поморщилась Соль. — Или девочку… как из колодца?
— Нет, я вижу обычного человека с белой холодной кожей и ранами, из-за которых он умер.
— То есть, если чувака переедет поезд, ты будешь видеть?.. — Ноа не мог не спросить.
Джосайя кинул на него неодобрительный взгляд, в котором читалось, что вопрос был явно лишним.
— Да, Ноа, — удовлетворила его интерес Эбель.
— Жесть…
— Стоп, — опять прервала разговор Соль. — Ты сказала, что в академии всего один призрак. И это…
— Тимо Фобс.
Ну, сегодня явно был день эмоциональных потрясений.
— Только не говори, что он был в нашей комнате… — Соль громко сглотнула.
— Я не хочу тебя расстраивать, но…
— Нет, тогда молчи, — помахала Соль рукой перед ее лицом. — Я не хочу этого слышать.
— Он с тобой общался? Поэтому ты попросила найти его дело? — Джосайя вернулся к главному вопросу.
Ноа тоже заметил, что они отошли от сути. Не один Джосайя здесь был наблюдательным.
