Уилл, Шон и Хитклифф. Черт! Элли стремительно отвернулась и уставилась в стакан.
Боковое зрение уловило, как они приблизились. Шон первым рухнул на свое место и шумно хлопнул по коленям.
— Наконец-то будет еда. Твой папаша, Элли, успел набраться там, на коктейлях.
Эти слова заставили оторваться от созерцания пузырьков.
— Мама не позволила бы, — она вскинула взгляд на парня.
— Серьезно, — заговорил Уилл, подцепив пальцами свою карточку и сверив имя. — Он такой милый. Сказал, что хоть я и всего лишь сраный секретарь, но все равно приятный парень.
В висках закололо. А ведь для папы вечер начинался нормально. Элли устало помассировала переносицу.
— Только не это.
— Ему просто нужно поесть, — вмешался еще один голос. Тихий и серьезный. — Отпустит после пары салатов.
Ответа не нашлось. По рукам забегали мурашки. Она нерешительно посмотрела вперед: Хитклифф стоял по другую сторону стола, прямо напротив, и хмуро смотрел на табличку со своим именем. Догадается, что места поменяли? Остальные девушки сидят со своими парами. Насколько логично, что они единственные так далеко друг от друга?
А вообще, какое ей до этого дело?
Элли плотно сжала губы. Ее не волнует его мнение. Пусть думает, что хочет.
— О-о-ой, — резкий, едкий голосок Теоны ворвался в мысли. — Ты так далеко от своей пары, Хитклифф! — она с нарочитым беспокойством всплеснула руками. — Попугайчиков-неразлучников рассадили! Поменяться с тобой местами? — тонкие бровки картинно выгнулись.
Желание вцепиться в ее длиннющие волосы перекрыло путь кислорода к легким. Вот же дрянь! За один только тон ей можно дать по лицу наотмашь. Однако Хитклифф на нее даже не посмотрел.
— Иди-ка сцеди яд на кого-нибудь другого, — он только сейчас спокойно отставил карточку и отодвинул стул. — Меня мое место устраивает.
Темные ресницы взметнулись вверх, и на Элли устремился прямой пронзительный взгляд. Время на мгновение застыло, воздух стал вязким и сковал тело. Элли тяжело сглотнула, но взгляд удержала.
Он все понял. Конечно, понял. Он слишком умный и проницательный, чтобы не понять такой банальный ход. Мать его! Она резко отставила стакан, рывком отодвинула стул и поднялась.
— Пойду помогу оставшимся гостям найти свои места, — зачем-то бросила она в воцарившуюся тишину.
И решительно двинулась в обход стола. Отличная мысль. Замечательная. Мама и Глэдис — мать Майка — как раз этим сейчас и занимаются у стенда. Им точно нужна помощь. А Элли снова необходимо оказаться подальше, чтобы выровнять дыхание.
И все-таки усаживать его прямо напротив было дерьмовой идеей. Хотя, его же все устраивает? Ну и черт с ним.
Чтобы проводить на места подслеповатых бабушек Майка и нескольких тетушек, времени потребовалось немного — с остальными гостями мама и Глэдис успели справиться сами. Начало банкета задержалось всего-то минут на пять. Когда Элли вернулась к столу свиты, официанты уже разносили горячее, Джеки с Теоной обсуждали платья собравшихся женщин, а Уилл и Шон трепались о чем-то профессиональном. Будто не существует другого места, кроме свадьбы, чтобы говорить о работе.
И только Хитклифф сидел, уткнувшись в смартфон и с неизменно хмурым лицом что-то быстро печатал. Только на секунду он поднял взгляд: когда Элли садилась за стол, придерживая слишком воздушное платье. Проследив за ее движениями, он снова сосредоточился на наборе текста, и так почти до конца «завтрака». В какой-то момент мобильник зазвонил, Хит бросил вилку, поднялся и, не говоря ни слова, ушел в сторону барной стойки.
Элли осталась сидеть на месте, глядя ему вслед и нехотя гоняя стручок спаржи по тарелке.
И нечего было так переживать. Нормальный банкет. Спокойный. Ни лишнего слова, ни взгляда. Ненавязчивая музыка негромко плыла по залу, будто подчеркивая весь абсурд и трагизм ситуации.
Как ни крути, а смотреть на Хитклиффа с прежней неприязнью у Элли не выходило, хотя стоило бы. Но вчерашний огонь погас, и сейчас осталось только тянущее чувство в груди от того, как глупо у них все сложилось. Как же глупо! Они подходили друг другу, понимали друг друга, чувствовали. Или же это просто романтизация воспоминаний? Они не были идеальной парой. Разное социальное положение иногда зажимало мальчика Хита, и он уходил в свой панцирь. Молчал, но было видно, как его дергает невозможность лишний раз сводить девушку в кино или кафе. Но Элли всегда считала это ерундой. Когда она выковыривала его из панциря, все снова становилось хорошо.
До того дурацкого пацанского порыва. Как бы сложилась жизнь, если бы не та история?
Элли прикусила губу и бездумно разломала вилкой спаржу на две половинки.
Даже сейчас к нему тянет так, что нервы завязываются в тугие узлы. Даже сейчас хочется, как девочке, броситься к нему на шею и обвить ногами, повиснув коалой. Ни черта не прошло. И ни злость, ни обида не задушат эти дурацкие порывы.
— Ну что, когда там торт? — Шон со звоном отложил вилку и, сцепив руки на затылке, откинулся на спинку стула.
— Тебе лишь бы пожрать, — фыркнула Теона.
Их перепалки уже начали утомлять. Элли оставила в покое спаржу и отодвинула тарелку.
— Сейчас будут речи, потом танец молодоженов и только потом торт, — она строго посмотрела на Ти. — Постарайся не откусить ему башку раньше времени.
— Им еще танцевать, — хохотнула Джеки, отбрасывая в сторону скомканную салфетку.
О господи… Элли посмотрела в потолок.
— Давайте попросим Кристину отказаться от этой идеи, — она устало потерла лоб ладонью. — Из всех пар гармонируют только они с Майком…
— И ты с Хитом.
Ну да…
— Не сказала бы.
Она метнула короткий взгляд через зал к бару. Хит все еще сидел там. Телефон исчез из его рук, а на его месте появился стакан с чем-то темным. Возвращаться за стол явно не входит в планы. Избавить всех от проблем и забрать их себе — типичный Хитклифф Ферреро.
Элли потянулась к полупустому бокалу, взяла его двумя пальцами и бездумно покачала. Остатки напитка раскрутились в воронку. Музыка вдруг оборвалась, по залу пронесся короткий шепоток, и это заставило вскинуть голову и осмотреться. Музыканты на маленькой сцене отложили инструменты: клавишник потянулся за бутылкой воды, гитарист и вовсе спрыгнул со сцены и двинулся к выходу в коридоры, барабанщик отложил палочки и с явным удовольствием потянулся. Что, уже все? Элли вдавила палец в кнопку мобильника, спрятанного под край тарелки, и посмотрела на время.
Семь. По расписанию — речи. Скоро и до долгожданного торта дойдет.
Но теперь-то шаферу придется вернуться за стол. Его выступление будет третьим: после папы и Майка. Или он собрался говорить прямо от бара?
Тем временем парнишка-басист взял со сцены один
