сама.
Сейчас же он наблюдал за Элом, поддерживающим огонь, и вновь поразился его стойкости. После такой изматывающей погони Эл смог поднять Тэлли на руки и почти два часа нести её бесчувственную через лес, когда та потеряла сознание от нестерпимой боли. Юэ шёл следом, старательно заметая их следы, чтобы троица не смогла их выследить. Он невольно хмыкнул, вспомнив разъярённый вопль Креста и его угрозы, разнёсшиеся эхом по всему лесу. Юэ подумал, что ему бы понравился этот человек. Он всегда симпатизировал тем, кто отличался от Тэлли и Эла — замкнутым и молчаливым. Хоть Юэ и редко встречался с людьми, а ещё реже общался с кем-то помимо сестры, Крест почему-то казался ему хорошим человеком.
«Я бы хотел с ним познакомиться», — с неожиданным теплом подумал он, прикрыв глаза и почувствовав, как дыхание Тэлли у его уха выровнялось, став глубоким и спокойным. Это означало, что она наконец заснула, и теперь Юэ тоже мог позволить себе немного отдохнуть.
Они шли по лесу, осторожно пробираясь за Элом, и Юэ напряжённо вслушивался в дыхание Тэлли, пытаясь понять, как сестра себя чувствует. Прошлой ночью она снова просыпалась с криками из-за кошмаров, и после этого уже не смогла уснуть. Юэ всегда сильно переживал в такие моменты — он не видел её сны, но он безумно хотел быть рядом, разделить её страх и помочь ей успокоиться. Тогда только Элу удалось это сделать — он долго обнимал её, крепко прижимая к себе и облизывая: «Ой, целуя», — тут же поправил себя Юэ.
Ему всё ещё тяжело давались человеческие слова из-за того, что он редко общался с кем-то помимо Тэлли, а она редко ему что-то объясняла. Иногда, если он выдавал что-то слишком «кошачье», сестра могла поправить его, но далеко не всегда. «Как это дурацкое слово, когда они спариваются… Опять забыл», — с раздражением подумал он, закатив глаза. Вот уж закатывать глаза он научился в совершенстве — Тэлли часто так делала, когда они гуляли в горах, исследуя пещеры, наблюдая закаты и рассветы.
Сейчас Юэ шёл последним, чтобы замести следы — этому его научила мать, когда ещё была жива. Вспомнив её, Юэ тяжело вздохнул, отгоняя болезненные мысли. Несмотря на то, что она теперь слилась с его сознанием, он по-прежнему сильно скучал по ней: «У нас было так мало времени вместе», — грустно подумал он, вспомнив последние дни Ла-Таи. Его мать погибла, когда умер её духовный брат — ларин-пустынник, как называли таких Тэлли и Эл. Тогда все пустынники погибли, когда Тэлли применила свою магию, уничтожив весь лагерь. В тот момент Юэ с матерью были далеко, на охоте, и она как раз показывала ему, как читать следы.
Когда Ла-Таи почувствовала смерть своего духовного спутника, она ощутила неожиданную радость, смысл которой Юэ понял лишь много позже.
Призрачные коты объединяли свои сферы с ларинами, чтобы обменяться силой друг с другом. Ларин получал сильного духовного спутника и его магические способности: «Хотя я кроме как стирать следы больше ничего и не умею», — расстроенно подумал Юэ, вновь почувствовав досаду из-за своей неопытности и отсутствия наставника. Коты же, в свою очередь, получали долголетие. Если бы он прожил обычную жизнь, без слияния, его пределом были бы от силы тридцать-пятьдесят лет, но объединившие сферы коты жили так же долго, как и ларины. Однако у такого союза была своя жестокая цена — после слияния никто из них не мог жить отдельно. Смерть одного неизменно означала смерть второго. В случае потери духовного спутника у выжившего оставался лишь месяц, полный мучительной и невыносимой боли, чтобы попытаться найти себе другого. Но Юэ помнил рассказы матери, что таких случаев почти не было — единицы за всю историю народа решались на подобный шаг.
Именно поэтому радость Ла-Таи так удивила Юэ. Лишь перед самой смертью, когда они шли вслед за Элом, который нёс потерявшую сознание Тэлли в горы, мать открыла ему правду. Несколько десятилетий назад Ла-Таи попала в плен, где с помощью магии её заставили слиться сферами с одним из ларинов, впоследствии примкнувших к лагерю пустынников. Затем её вынуждали спариваться с другими котами, чтобы она принесла потомство для отрядов охотников, изредка появлявшихся на этих землях в поисках диких призрачных котов — или призраков, как называли их ларины. Найденных или рождённых котят забирали в специальные лагеря для обучения. Сама Ла-Таи там никогда не была, но слышала рассказы о них от своего самца-партнёра Но-Рави, который много путешествовал вместе со своим духовным братом и видел эти поселения на землях ларинов. Он умер, защищая Ла-Таи от охотников, когда те выследили их.
Когда Ла-Таи наконец окотилась, она боялась, что охотники заберут у неё Но-Юэ. Но после гибели пустынника, с которым она была связана, Ла-Таи поняла, что её сын теперь будет в безопасности. Единственное, что ей оставалось — передать его в руки единственной ларинки, оказавшейся поблизости, — Тэлли.
Поэтому они шли следом за Элом и Тэлли. Мать скрыла следы гибели всех пустынников, накрыв их лагерь иллюзией призрака, которая искажала восприятие и показывала только то, что хотел кот. И Ла-Таи пожелала, чтобы никто не увидел крови и разорванных на части человеческих тел, тонким слоем покрывавших каждый дом, каждую тропинку и клочок земли. Юэ невольно поморщился и высунул язык, вспомнив эту ужасную картину, которую они застали с матерью, когда вернулись с охоты. Потом почти два дня они наблюдали за тем, как Эл отчаянно пытался докричаться до Тэлли, чтобы та очнулась и наконец вышла из хижины. Юэ не знал, что именно с ней там делали, но, когда впервые увидел девушку, засомневался, что план матери вообще сработает. Тэлли выглядела так, будто находилась на пороге смерти. Но Ла-Таи была уверена, что та сумеет выжить: «Особенно если ты ей поможешь, Но-Юэ», — нежно провела мать языком по его морде, выражая свою любовь.
Эл почти четыре дня поднимался в горы, сам весь израненный и обессиленный. Он с огромным трудом тащил за собой по снегу тележку с бессознательной Тэлли и вещами, которые ему удалось собрать из хижин пустынников: едой, одеждой и оружием. Юэ с матерью неотступно следовали за ним, замечая, как тяжело ему приходилось, но Ла-Таи объяснила сыну, что они не смогут сейчас с ним поговорить, потому что он не ларин, а значит и не смогут объяснить, что являются друзьями. Им оставалось лишь ждать, когда Тэлли очнётся и сможет с ними поговорить.
И они ждали. Эл, поднявшись почти на самый верх
