— Очень удачно. Сегодня утром я скажу Джино. А после обеда съеду от него. Потом мы с ним быстренько разведемся. Обещаю тебе.
« — 3-з-за-амечательно. Д-давай обратно в п-п-постель, крошка. Т-та-так сказать, посошок на дорожку.
Она усмехнулась. Никто бы не сказал, что она уже склоняла свою голову над его тщедушным телом. Забравшись в постель, Синди отбросила в сторону простыни, под которыми робко притаился его неуверенный в себе член. Честно говоря, Синди он казался весьма примечательным — очень длинный и тонкий, но ни силы, ни мужской твердости в нем не чувствовалось. Конечно же, не ее в этом вина. Осторожно и нежно она коснулась его губами.
— О-о! — простонал Генри. — О-о, Синди-и-и… О-о…
Джино в задумчивости положил трубку. Его черные глаза горели, когда он взял в руки газету и раскрыл ее на странице со светскими сплетнями, которую вел Уолтер Уинчелл.
Так оно все и было, в точности, как ему сказала по телефону Клементина. Ясным, отчетливым шрифтом, черным по белому. Чтобы все могли видеть и читать. И смеяться за его спиной.
«Синди Сантанджело, жена известного владельца популярного клуба Жеребца Джино Сантанджело, провела вчерашний вечер за городом, на премьере „Грудных девочек“, в компании Генри Маффлина-младшего».
Это все, что было сказано.
И этого вполне достаточно.
В дикой ярости он бросил газету на пол.
Синди вернулась домой ровно в полдень. По полу негромко простучали каблучки ее туфель, чуточку более высокие, чем требовалось бы. С головы до ног она была укутана во все розовое.
Горничная приветствовала ее довольно-таки нервным поклоном.
— Мистер Сантанджело дома, мэм. В спальне.
— Благодарю вас, — Синди сопроводила свои слова величественным поворотом головы. — Остаток дня вы можете быть свободны.
Она направилась в спальню, исполненная готовности вступить в схватку. При виде Джино она вздрогнула.
— Что с тобой случилось?
— Попал в аварию.
— Черт возьми! — Она подошла ближе к постели, уставилась на его лицо. — Вид у тебя ужасный!
— Ты тоже не похожа на майскую розу. Где ты была? Она стряхнула с плеч меховую накидку.
— Ха! Он пропадает на десять дней, а потом спрашивает, где это я была. Выдержки, я вижу, тебе не занимать.
Протанцевав к туалетному столику, она уселась перед зеркалом и осторожно начала снимать с себя маленькую меховую шляпку.
— Синди, — тихо и ласково, почти шепотом, позвал Джино, — а ты уже видела сегодняшние газеты?
Он перебросил ей газету, раскрыв предупредительно на странице Уолтера Уинчелла. Та упала к ее ногам.
Синди наморщила личико и поначалу решила не наклоняться за ней. Но любопытство все же пересилило, она протянула за газетой руку.
Читала она медленно, с усилием — никогда буквы не подчинялись ей с особой охотой. Но когда Синди удалось разобрать в колонке свое имя, лицо ее осветилось быстрой довольной улыбкой. Она знаменита! Боже, о Боже!
Прочитав заметку, она аккуратно сложила газету и положила ее перед собой на столик. Может, пора заводить папку для вырезок?
Ее невозмутимость привела Джино в ярость.
— Ну? Как ты это объяснишь? И где ты провела всю эту ночь?
— С Генри, — спокойно ответила Синди. — И сегодняшний вечер я тоже собираюсь провести вместе с ним.
Джино отказывался верить тому, что приходилось слышать.
— Ну уж нет!
— Нет? Не тебе меня останавливать.
— Ах так? — он принялся выбираться из постели.
— Да, так. — Она стояла не шелохнувшись и смотрела ему прямо в глаза, уперев руки в бока, на губах — усмешка. — По крайней мере, если ты знаешь, что тебе пойдет во благо; а что — во вред.
— Ха! — Джино засмеялся.
«И эта шлюшонка еще о чем-то рассуждает. Ради Бога, неужели она не понимает, с кем ввязалась в игру? Синди с круглой попкой. Не вздумай трахаться со взрослыми мальчиками».
— Мне многое про тебя известно, Джино Сантанджело. М-Н-О-Г-О-Е, — протянула она.
— Что за чушь ты несешь? Синди торжествующе улыбнулась.
— Я наняла частного детектива, чтобы тот следил за тобой. Я знаю все. Ха! Десятидневная деловая поездка в Гринвич-Вилледж к какой-то новой письке. У меня все это записано. Так что когда мы с тобой будем разводиться, постарайся быть повнимательнее ко мне, иначе я пущу тебя по миру. Ты меня слышишь?
— Ты… за… мной… следила? — голос Джино звучал мертвенно-холодно.
— Совершенно верно, — бодро ответила Синди. — Полагаю, что теперь за рулем сижу я. — Она на мгновение остановилась, перевела дыхание и затем продолжала — Да, вот еще что: пока тебя не было, тут вовсю шастали агенты налогового управления. И если не захочешь договориться со мной по-хорошему, милый, то я их за руку проведу к каждому банку в городе, где ты хранишь в сейфах свою наличность. А еще я передам им копии тех книг, что я вела. — Она поправила рукой волосы. — Мне нужен развод, Джино. Это еще не все, что у меня на тебя есть, и что я не жду от тебя никаких неожиданных выходок!
КЭРРИ. 1938
Кэрри никак не могла поверить своей удаче. Она получила работу! Ее приняли в хор, вернее говоря, в группу девушек для нового мюзикла Бернарда Даймса. Вот уже второй раз он появляется в ее жизни именно в то время, когда это больше всего необходимо.
Даймс обо всем договорился с Бекерами и лично отвез ее на машине в маленькую квартирку в Гринвич-Вилледж, где уже проживала одна девушка.
— Что заставляет вас все это делать? — спросила Кэрри.
— Каждому человеку в жизни нужна какая-то передышка, — объяснил ей Бернард, — а мне кажется, что у тебя их совсем не было.
Ей захотелось нежно обнять его, но вместо этого она сказала:
— Я буду очень стараться, чтобы не подвести вас. Это случилось в декабре, а сейчас уже стоял август, мюзикл пользовался успехом, и Кэрри чувствовала себя счастливой. Она с удовольствием отдавала все силы работе, которая ей нравилась, да и Золотце, девушка, с которой она делила квартиру, оказалась в общем-то неплохой подругой. Спорили они только из-за молодых людей. У Золотца оказалось множество любовников. Кэрри не нуждалась ни в одном.
— Ты какая-то ненормальная, — подшучивала над ней иногда Золотце. — Неужели тебе никогда не хотелось, чтобы за тобой кто-то ухаживал?
— У меня был один парень, — лгала ей Кэрри, — но он умер.
Золотце тут же прониклась к ней сочувствием и на время оставила Кэрри в покое. Но только на время. Казалось, что у каждого из ее знакомых был друг, мучавшийся одиночеством, и Золотце всякий раз пыталась убедить Кэрри присоединиться к ним. Кэрри отвечала отказом. Она всячески старалась держаться подальше от ночных клубов, дансингов, вечеринок. Она была уверена, что у нее хватит сил противостоять искушению, но одной только уверенности явно мало…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
