– Не уходи! Пожалуйста, останься, – безнадежно взывала я. – Ну, что мне теперь делать? Как я буду теперь жить? Ты мне нужен, очень нужен.
– Слушай, что за сопли? – звучал у меня в ушах раздраженный голос. – Сердце на месте? На месте. Бьется? Бьется. Что тебе еще-то от меня надо?
– Ты.
Я ощущала след его присутствия, но он был очень далеко, слабый-слабый, как многократно отраженный свет. И понимала, что он может исчезнуть в любой момент, а от меня ничего не зависит. Князь Тишины больше не нуждался во мне. Я чувствовала себя так, как будто у меня вырвали большую часть души.
– Если ты уйдешь, я умру, – прорыдала я, и от жалости к себе слезы снова полились ручьями.
– Да прямо! – холодно усмехнулся Князь. – А кто говорил мне на той неделе: «Пошел вон, призрак поганый»? А кто в меня позавчера стрелял?
– Моя жизнь потеряет смысл. Лучше убей меня сам, а потом уходи. Я больше ничего не прошу.
– Не вижу смысла. Все, спасибо за сотрудничество.
Ощущение присутствия неуклонно таяло, становясь практически неуловимым.
– Неужели я тебе абсолютно не нужна?! – вырвался вопль из глубины моего сердца.
– Хорошо, черт с тобой, – проворчал голос неожиданно близко. – Сегодня в шесть, метро «Пионерская», на выходе с эскалатора.
Я не поверила своим ушам, поэтому даже не сообразила, что нужно обрадоваться.
– Ты хочешь сказать, что мы там встретимся?
– Именно.
– Ты будешь… в человеческом обличье?
Пауза.
– Я приду в своем истинном облике.
– Как я тебя узнаю?
Пауза, потом усмешка.
– По глазам. Ладно, чао.
– Боже мой! – пробормотала я и поспешно глянула на часы. У меня было два часа. Можно пройтись до метро пешком. Сейчас гулять хорошо: все деревья и кусты в зеленых почках. Б моем распоряжении будет пара километров свободы и одиночества. Так, на память о прошлом.
ЭПИЛОГ
Два часа спустя
– Девушка, а девушка!
«О господи, только не это!!!»
– Можно с вами познакомиться?
– Нет, – прошипела я сквозь стиснутые зубы. Понимаю, невежливо. Но это уже пятый за последние десять минут.
– А почему? – не отстает ухажер, обликом похожий на гигантский кукиш. (К слову – Иван однажды ни с того ни с сего показал мне кулак, а потом объяснил: «Бот это – гнилой интеллигент. Кулак – голова, запястье – туловище. А это – показывает фигу – нормальный человек. Палец – голова, остальное – туловище». )
– Потому что я, блин, замужем.
– Ну и что? – И глазами зыркает по руке в поисках обручального кольца.
И ведь даже не убежать. Едва стою на высоченных каблуках. Не думала, что это настолько неудобно. Зато красиво, в чем убеждаюсь ежеминутно. Какая все-таки утомительная вещь красота. Ладно, придется применять крайние меры.
– Молодой человек, вы знаете, что такое липосакция?
Не знает. Вот дикарь, а еще на знакомство набивается.
– Это отсасывание жира из человеческого организма. Знаете, как выглядит человек после липосакции? Хотите, покажу? Глядите на меня внимательно, пожалуйста…
Ну вот, убежал, как ветром сдуло. Да, мне еще учиться и учиться обращению с мужчинами.
Красавицей быть утомительно, но, положа руку на сердце, страшно приятно. Чувствуешь себя центром мироздания, возвышаешься над толпой. Идешь – точнее, шествуешь – в некоем вакууме, как будто окруженная невидимой свитой. Все на тебя пялятся: парни с восхищением, девушки с белой завистью, тетки – с черной. Пока двигаешься, знакомиться не решаются – я сделала себе очень горделивую осанку и походку, – а стоит остановиться, так словно мотыльки на огонь, один за другим. Может, со временем и привыкаешь. Но я хожу в красавицах с полчаса, не больше, и еще не вполне освоилась.
Кстати, красавицей я стала не из тщеславия и не ради борьбы с комплексом неполноценности, а для маскировки. Полчаса назад, на подходе к «Пионерской», меня начали одолевать разнообразные сомнения. А если Князь не придет? А если придет, чтобы поиздеваться надо мной, как всегда? А если это ловушка? Да еще неизвестно, кем он окажется, – может, мне и общаться с ним не захочется. Недаром среди моих однокурсников уже много месяцев ходила душераздирающая история о том, как один парень познакомился по «аське» с юной американкой небесной красоты, переписывался с ней полгода, влюбился до безумия и уже собрался в гости, а незнакомка оказалась отставным начальником полиции города Детройта, старым хмырем с извращенным чувством юмора. Словом, я решила подстраховаться. И еще один момент: узнает Князь меня в таком виде или нет? Если не узнает… стоит ли ему вообще показываться?
Я стояла у стеночки на выходе с эскалатора. Времени было без пяти шесть. Вместе со мной дожидались своих визави еще человек двадцать. Любой из них, по идее, мог оказаться Князем Тишины. В том числе и тетки. «Он сказал, узнаешь меня по глазам, – рассеянно думала я, в сотый раз оглядывая вестибюль. – Так это мне, что ли, надо всем в глаза заглядывать? Черт, патовая ситуация. Как же его вычислить?»
С эскалатора, толкаясь, повалил народ – должно быть, приехал поезд из центра. В толпе я вдруг заметила знакомую скрюченную фигуру в пальто с поднятым воротником.
– Эй, Иван! – недолго думая, закричала я. – Иди сюда!
Иван поднял голову и с удивленным видом оглянулся. Должно быть, его не часто окликают на улице зеленоглазые блондинки такой ошеломительной красоты, как моя.
– Ко мне, ко мне! – подтвердила я, махнув рукой.
Иван неуверенно двинулся в мою сторону. Я схватила его за лацканы пальто и затащила в угол.
– Это же я, Геля, – пояснила я шепотом. – Маскируюсь.
– А, понятно, – сказал Иван с таким видом, как будто ему ничего не было понятно. – Тебе длинные волосы, кстати, идут.
– Ты почему сбежал из мастерской?
Иван ответил не сразу. Прежде на его мрачном лице появился отблеск нездешних миров и возвышенная суровость самоотречения.
– Весь мир – обман, – сообщил он. – Мастерская реальности – рассадник зла. Мастера – слуги сатаны.
– Чего? Ты бредишь!
– Они, как нечистые духи, отравляют любое начинание и делают так, чтобы благие намерения приводили сама знаешь куда. Но с меня довольно! Я отвергаю их власть! – гордо ответил Иван. – Больше моя нога не ступит на это проклятое крыльцо.
– Ты что, уходишь из училища?
– Ага. Ни секунды там не останусь после такого кидалова…
– И что дальше?
– Есть, говорят, местечко получше, – туманно ответил Иван. – Не хочу рассказывать, чтобы не сглазить. Вот, иду на собеседование.
Я кое-что вспомнила:
– Это местечко, случайно, не на проспекте Авиаконструкторов?
В ответ на мой бестактный намек Иван только вздрогнул, сумбурно попрощался и через мгновение исчез за дверями. Должно быть, я угадала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
