ко мне. За Валерией очень внимательно следит кавалергард, вы его хорошо знаете, — дуэлянт и забияка. За ее сохранность тоже можно не волноваться. У Фаины теперь тоже появился кавалер: гусарский поручик. Осталась Елена и вы, господин полковник. Я ведь не слепая и вижу, как вы на нее смотрите. Напрасно вы завели этот разговор. Присматривайте за своими офицерами и с нами проблем не будет. Или я не права?
— Правы, конечно… Я же все понимаю. Но сначала работа, потом замужество… Я это хотел вам сказать…
На самом деле полковник хотел сказать совсем не это. Но слово не воробей, что сказано, то сказано, а что будет еще никому не ведомо. Вскорости сборы были закончены и в начале февраля два дилижанса выехали из столицы России в столицу Франции.
Дорога в Европу — это не сибирский тракт. Таежных чащоб нет и в помине, а постоялые дворы более комфортабельны, хоть и дороже обходится постой. Разбойный люд власти держат в узде. Грабежи еще случаются, воровство тоже не редкость, но полиция не дремлет, на любом постоялом дворе имеются осведомители. Конечно, наши путешественники могут и сами за себя постоять, но самосуд не приветствуется… Он нигде не приветствуется, ни в какой стране, но всегда случается. А как без него? Дуэли-то ведь случаются, сколько их не запрещай, а это одна из мер восстановления справедливости без участия полиции.
В пути у офицеров не было повода браться за оружие, хотя военных встречалось много, и из совершенно разных армий. Лилия тоже категорически запретила амазонкам светить свои боевые навыки. Так и добрались они до Парижа, без лишнего шума и ажиотажа. В другое время, может и привлекла бы к себе внимание группа из восьми человек, но, напомним, шел одиннадцатый год. Европа бурлила, Франция превратилась в империю… Войны не утихали. А под этот шум и гам, незаметно въехала в Париж группа амазонок, под видом праздных, но любопытных девиц, которых сопровождали мужчины в гражданской одежде, но с военной выправкой. Особняк сняли сразу, за вполне приемлемую цену. Русское дворяне французским языком владели. Сказать, что говорили без акцента нельзя, поскольку русских опознавали сразу. Но поскольку русские владели французским, а французы русским — нет, то торговаться было легко.
Особняк, прямо скажем, был нешикарным, да и прислуги не было, но ведь наши люди и не планировали задерживаться здесь надолго. Во всяком случае, полковник для себя решил, что двух недель им вполне хватит. Он даже представить себе не мог, во что выльется это простое, на первый взгляд, задание. План у полковника был, он придумал его еще на пути в Париж. Сначала офицеры, впрочем, теперь уже гражданские люди, устанавливают местонахождение Клобукова, затем одна из амазонок, а возможно и две сразу, внедряются в его окружение, ну а остальное дело техники.
План был всем хорош, однако дал сбой в самом начале. Пока барышни два дня обустраивались на новом месте и приводили себя в порядок, кавалеры отправились на поиски объекта. Ну а где его искать? В злачных местах, конечно. Там, куда праздный народ ходит пить, гулять и веселиться. Сам полковник навестил городскую ратушу и наше русское посольство, дабы поинтересоваться местом обитания состоятельных российских граждан, прибывших пару лет назад. Поначалу он не хотел проявлять свой интерес к конкретному гражданину Клобукову Ивану Трофимовичу.
Через два дня Лилия подошла к полковнику и без обиняков объявила.
— Михаил Юрьевич, мы к работе готовы. На встречу с Клобуковым пойдут Валерия и Фаина, а сопровождать их будете вы, во избежание недоразумений.
— Хорошо, что вы готовы, Лилия, — задумчиво сказал полковник. — Только вот не можем мы пока найти его. Странные дела происходят. Нигде не отметился и нигде не засветился Клобуков Иван Трофимович. Не знают такого ни в российском посольстве, ни в русской общине, да и вообще в Париже такой личности не появлялось.
— Так это и неудивительно, — спокойно ответила Лилия. — Человек, который дезертировал из армии, и при этом раздобыл кучу денег, наверняка приобрел другие документы и живет под другим именем.
— Похоже, вы правы, — хмуро пробурчал полковник, который уже и сам до этого додумался. — Но у нас есть его словесный портрет.
— Я читала словесный портрет, — ответила Лилия. — Правда, придется опять вас разочаровать. Мужчина может легко изменить свою внешность: ничего не стоит подстричь бороду, сбрить усы, убрать бакенбарды на европейский манер, да и походку можно изменить.
— Я вас понял, сударыня, может быть, у вас есть мысль, как найти нам этого господина.
— Самое простое — через того человека, который его уже опознал и сообщил его превосходительству.
— Отпадает. Его уже нет в живых. В прошлом году, летом был зарезан во время пьяной потасовки.
— Тогда придется обходить игорные дома и внимательно наблюдать за соотечественниками. Мы будем сопровождать вас. Я рекомендую вам взять с собой Валерию, она запоминает всех и весь процесс игры, кроме того она может и сыграть, и не проиграется.
— Согласен с вами, сударыня, — сказал полковник, вновь обретя уверенный вид.
Задача, разумеется, усложнилась. Теперь нашей боевой группе придется затратить время на поиски объекта. Полковника это обстоятельство несколько раздосадовало, но деваться некуда. А другие офицеры, на эту задержку не сетовали. Они сопровождали своих пассий в их походах за современными нарядами, за продуктами, которые не требовали приготовления, и в недорогие рестораны, где приходилось питаться. Девушки, воспитанные в монастыре были неприхотливы в еде и сами умели готовить. Быт постепенно налаживался.
Вечером того же дня, полковник предложил офицерам сыграть в покер, ну во-первых надо входить в роль, да и освежить свои познания в игре. Давно уж не приходилось ему играть… Зато кавалергард и гусар были, что называется в теме. Ставки были невелики, но появилась и зрительница: Валерия, которая должна была сопровождать полковника в игорных заведениях. В России женщины к играм не допущены, но здесь другое дело. Да-с, господа, Европа. Тут они и мужских нарядах иногда щеголяют, а некоторые могут и шпагой того-с… Короче, когда офицеры расположились за столом, за исключением мичмана, — флотские почему-то картами не увлекались, — Валерия устроилась за спиной полковника. Играли, разумеется, на деньги, на интерес в эту игру не играют. Через час вся компания вошла во вкус. Полковник уже распрощался с половиной месячного жалованья, кавалергард был близок к тому же, зато гусар, что называется, был на коне.
Еще через час полковник бросил карты. Сделал он это, проявив изрядную силу воли. Велико было желание отыграться. Но ведь завтра снова игра и в компании профессионалов. Правда
