Я думал, она с вами.
В этот момент служители Благой Марсеи остановились подле нас и представились.
— Нейт Лерхен, вы говорили, что эта целительница знает, где сейчас несчастная малышка. Мы проделали такой путь, чтобы забрать ее и увести в новый дом.
Женщина была сухой и низенькой, я бы дала ей лет пятьдесят. Она выглядела приветливой, но во взгляде читалась железная хватка. Мужчина, который ее сопровождал, молчал и выглядел равнодушным ко всему.
— Простите, но вам поступили не совсем верные сведения, — начала я, краем глаза замечая, как надувается Лерхен. Белое, как тесто, лицо пошло неровными пятнами.
— Как так? Но я был уверен… — попытался оправдаться лекарь.
— Для этой девочки уже нашлись приемные родители, — сказала я твердо. — Ваша помощь не потребуется.
— Но милая, — покровительственно улыбнулась служительница Благой Марсеи, — такие вопросы решаются только через нас. Дети не игрушки, чтобы раздавать их кому попало.
Да, конечно. Лучше, когда они годами сидят в приюте или в такой вот лечебнице на попечении нечистого на руку нейта Родеуса, который пользуется полной безнаказанностью и издевается над ними.
— Вот именно! Где же вы были раньше, уважаемые? Бывший главный лекарь плохо заботился о больных сиротах, которых отдали ему на попечение. Выходит, вы зря едите свой хлеб.
Мой напористый тон заставил служителей переглянуться. Лицо женщины вытянулось, она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я перебила:
— Девочки, за который вы пришли, тут нет. Я сама решила ее удочерить.
— Но вы не замужем! — возмутился Лерхен. Маска растерянности слетела с него, во взгляде мелькнули льдинки. — Вы не можете!
Без лишних слов я сняла с большого пальца перстень Истена и продемонстрировала служительнице местной “опеки”. Она взяла его с недоверием, двумя пальцами. Словно боялась обжечься.
— Я выхожу замуж, девочка попадет в полную семью, а это — доказательство. Перстень моего жениха, нейта Шерриана. Менталиста из рода Шеррианов. Вы знаете, кто это?
Женщина глядела на меня, удивленно приподняв брови-ниточки. Ее коллега, наконец, оживился: наклонился и зашептал ей что-то на ухо. С каждым словом лицо ее все сильнее вытягивалось. Бедного Лерхена новость о моем грядущем замужестве удивила не меньше. Смущенно кашлянув, лекарь принялся нервно полировать лысину носовым платком.
— Просим прощения за беспокойство, — слащаво улыбнулась тетенька и толкнула коллегу локтем в бок. Потом хмуро глянула на Лерхена и вернула мне перстень. — Вопросов больше не имеем. Еще раз извините.
Они исчезли так же внезапно, как и появились. Скрывшись за углом лечебницы, оставив после себя странное тяжелое ощущение.
— Полагаю, нейт Лерхен, у вас теперь тоже нет ко мне вопросов? — я повернулась к лекарю, который топтался неподалеку. — Говорят, инициатива наказуема. Никогда не слышали такую поговорку?
— Я хотел как лучше, — виновато протянул он и пожал плечами. — Но раз так, то удачи с замужеством.
Сухо кивнув, он зашагал прочь. Лик тихо подкрался сзади и произнес с сарказмом:
— Кажется, толстяк взревновал.
— Глупости, — я отмахнулась. Лерхен никогда не намекал, что я ему нравлюсь. Мы вообще нечасто пересекались.
Однако и его поведение, и все случившееся выглядели странно. Надо подгадать момент и потолковать с Лерхеном с глазу на глаз. Что-то подсказывает, что мне придется снова нарушить заветы менталистов.
Глава 37
Визит незваных гостей и суетливый Лерхен выбили из колеи. Как бы теперь его выловить и вывести на разговор? Но отложить это дело заставили практиканты из гильдии, которых так ждал нейт Энкель. Он поручил провести для них экскурсию по лечебнице. Показать, где что хранится и как построен рабочий процесс.
Парни доучивались последний год, осенью их должны отпустить в свободное плаванье. Они выглядели заинтересованными и радовались возможности попрактиковаться. Одного звали Кейлен, он решил пойти по стопам деда, который когда-то служил в госпитале одного мелкого городка. Второй, Лансель, родственников лекарей не имел, но с детства мечтал посвятить жизнь медицине.
— Сколько вам лет? — спросила я, когда мы шли в сторону операционной.
— Двадцать два, — хором ответили парни.
Кейлен выглядел постарше и покрепче своего товарища, а Лансель, худощавый блондин с хвостиком и огромным блокнотом, тарахтел без остановки и все время делал пометки. Их направили к нам на месяц, но я надеялась, что хотя бы одному из них тут понравится, и он решит остаться насовсем. И что, конечно, нейт Энкель сочтет их навыки пригодными. На первый взгляд практиканты показались толковыми.
Лечебница оживала, и это было общей заслугой. Такими темпами, глядишь, станет престижным местом! Рабочие вовсю стучали молотками, во дворе громоздились стройматериалы, а одну из старых палат мы решили сделать палатой мальчиков. Нейту Энкелю тоже не нравилось, что они жили вместе с девочками. Все-таки, дети уже достаточно взрослые, не младенцы. Поэтому лекарь поддержал мою инициативу, а я втайне надеялась, что уже скоро наши подопечные вообще оставят эти стены.
Двенадцать детей, двенадцать судеб. Они обязательно пойдут в школу и будут дружить со сверстниками, а все плохое забудется, как дурной сон. Уж я об этом позабочусь.
До вечера время пролетело стремительно, после осмотра лечебницы практикантов забрал нейт Энкель и сразу нагрузил работой. А я едва не забыла, что в расписании стоит лекция по целительству.
Во дворе резвились румяные довольные дети, Бон с Ликом умудрились больше ни разу не подраться и доделать песочницу, а еще починить качель и из остатков досок сколотить домик для котят. Они наперебой рассказывали о том, что еще планируют сделать. На прощание мальчики пожали друг другу руки, совсем как взрослые.
— Бон, передай отцу, будь добр, что я постараюсь зайти завтра, — я закинула на плечо сумку с учебниками. Пока не удалось как следует просмотреть книгу, что подарил Истен, но ночью, когда Маруся будет сладко спать, я планировала исправить упущение.
— Передам, мы будем ждать тебя! — мальчишка закивал и припустил по дорожке, крича: — Пока, Лик! Рад был познакомиться! А все-таки руки у тебя из…
Я сделала вид, что пропустила мимо ушей последнее очень некультурное замечание Резвого, а вот Лик в долгу не остался.
— Это у тебя они оттуда! И голова!
— Ну все, хватит ругаться, — я погрозила пальцем багровому от возмущения парнишке. Вот балбесы, чего с них взять? — Не хватало еще, чтобы дети нахватались ваших выражений.
Надеюсь, с отцом Бона все получится, и уже скоро
