что ж, до встречи. Хорошенько подумайте над моими словами, Аннис, — она подмигнула, прежде чем удалиться в компании голосистого тиина. Каблуки звонко цокали по коридору, а мне казалось, что в виски стучат крохотные молоточки.
* * *
Когда я попала домой, нейра Мирилис уже спала. Обычно она ложилась очень поздно и страдала бессонницей, а теперь режим стал налаживаться. Это лечение выгоревшего источника так влияет, то ли еще будет! Чувствую, старушка моя еще помолодеет.
Зато Маруся выспалась вечером и до сих пор веселилась с Лалли и Угольком. В нашей комнате лежали одинокие игрушки, зато малышка с огромным интересом перебирала ложки, деревянные миски и бытовые мелочи.
— Хозяюшка растет, — умилялась Лалли.
Едва услышав мой голос, Маруся расплылась в широкой улыбке и поползла навстречу. Ходить самостоятельно она пока боялась, зато ползала так, что не догонишь.
— Ты мое золотце, — взяв ее на руки, я прижала головку к груди. Скоро у нее снова отрастут волосы — светлые, мягкие, и можно будет украсить их бантами и лентами. — Соскучилась?
— Ням! — очень глубокомысленно заметила она и зевнула.
— Хорошо поела сегодня, а еще мы гуляли во дворе, — Лалли поднялась со стула и собралась уходить.
— Лалли, ты устала? Думаю, что скоро смогу нанять няню, — начала я, но на лице служанки отразилось такое возмущение, что рот закрылся сам по себе.
— Какую няню? Ты что, с ума сошла? Этот чудесный ребенок нам совсем не мешает. С Мари хоть не скучно стало, а то мы с нейрой Мирилис сидим одни да одни. У меня домашних дел чуть, готовить на десять человек не приходится, много ли нам надо? Да и магические штуки здорово облегчают быт. Так что не переживай, Аннис. Девочка всегда под присмотром, — заверила меня эта чудесная женщина. — А если начинает капризничать, Уголек ее быстро успокаивает.
Фамильяр, сидевший на коврике, дернул хвостом.
“Ты прямо-таки усатый нянь” — обратилась я к нему мысленно.
“У меня не забалуешь” — довольно мурлыкнул он.
Искупавшись, мы улеглись в постель. Пока Маруся засыпала под боком, положив головку на плечо, я рассказывала ей сказку о Красной Шапочке. Бабушка говорила, что в детстве я мучила ее, заставляя раз за разом читать одно и то же, пока самой не надоест. Маруся пока не понимала смысла сказки, но ей нравился мой голос.
Я улыбнулась, подумав, как была счастлива бабушка, если бы знала, что у меня все хорошо, и я не одинока.
Теперь, когда вокруг воцарилась тишина, появилось время обдумать случившееся. После встречи с нейрой Блайн я пребывала в нервном возбуждении и никак не могла успокоиться. Гнала прочь совершенно безумные мысли, но они все равно настойчиво лезли в голову.
“Хорошенько подумайте над моими словами, Аннис”
Над какими именно словами? Над теми, когда она делилась опытом? Или нейра Эллен имела в виду что-то другое?
Я раз за разом прокручивала в голове ее лекцию и наш разговор. И появление ее фамильяра, которое окончательно сбило с толку. Он запищал: “Ешки-Матрешки!” Откуда в этом мире матрешки? Ни разу не слышала эту фразочку от местных, зато в моем старом мире так говорили многие. И мотив песенки, которую он напевал, воскрешал в мозгу смутно знакомые образы.
Конечно, эти мелочи могли ничего не значить, но…
Потом нейра Эллен произнесла известную фразу из фильма, про демонов. Конечно, из разговоров местных я знала, что тут верят в потусторонних существ, слуг Темнейшего, поэтому могло быть просто совпадение.
Я поерзала на кровати и уставилась в потолок.
— Ты чего не спишь, мрряу? — лениво протянул Уголек.
Пожалуй, совет фамильяра сейчас не помешает, и я шепотом рассказала коту о своих домыслах. Внимательно выслушав, он спросил:
— Ты думаешь, что нейра Блайн тоже может быть попаданкой?
— Не исключено. Если я как-то попала в этот мир, если до меня уже были попаданцы, то и она могла. Хотя, сложно в такое поверить.
А что, если она тоже боится разоблачения? И тоже заподозрила во мне соотечественницу, поэтому пыталась подать сигналы, тайный код, который будет понятен только нам двоим? А я сразу не сообразила?
И последнее — она упомянула старого знакомого, когда говорила о стерилизации. Из нашего мира я знала Джозефа Листера, отца хирургической антисептики. Однако имя Земмельвейс тоже отзывалось глубоко в подсознании.
Эта женщина выглядела молодо, но на самом деле могла быть куда старше и опытней, успела столько всего сделать для местной медицины. Прокручивая в голове эти факты и пытаясь решить головоломку, я все яснее понимала, что мои подозрения обоснованы.
— Уголек, — я легонько поддела пальцем ноги мягкий кошачий бок.
— Ну чего тебе?
— Я знаю, что делать. Когда буду писать письмо, вставлю туда тайный шифр. Если нейра Эллен, действительно, попаданка, она его поймет.
Глава 38
Утром я встала пораньше, чтобы успеть написать письмо нейре Эллен. Меня охватило нетерпение, руки тряслись, когда я комкала очередное неудачное послание. Да уж, когда надо, фантазия у меня работает плохо. Все должно быть просто и прозрачно, ну а если она никакая не попаданка… Пускай решит, что я немного с приветом. Мне не привыкать.
Маруся проснулась тоже, и после завтрака мы вышли в сад. Солнце еще не припекало, малышка играла на траве, пока я сидела за садовым столом и грызла карандаш.
Для приличия написала несколько абзацев строго по теме целительства, а потом… Потом вдруг меня озарило. Как молния ударила, пронзив от макушки до пяток.
Окружающий мир мигнул и исчез. Ментальная магия заструилась по телу, но в этот раз она была направлена не на кого-то, а на меня саму. Я не могла это контролировать, словно погрузилась в вязкий туман, вглубь своего разума. Потом налетел ветер, разгоняя сизые хлопья. Я услышала, как захлопали оконные рамы и двери, за которыми прятались воспоминания. И откуда-то знала, что открыв их, можно вспомнить все — вплоть до раннего детства. Откопать из самых глубоких слоев давно и прочно забытое.
Перед глазами возникло воспоминание: одногруппник, краснея и тужась, словно роженица, выдавливал из себя ответ на зачете. Он вещал о враче, который первым начал обрабатывать руки и инструменты хлорной водой, но был осмеян коллегами. Его звали Игнац Земмельвейс, именно о нем говорила нейра Эллен. Она же ввела в этом мире его методы.
Я вспомнила! Нашла нужное воспоминание среди сотен тысяч других.
