— Что я не знаю? — Кира приготовилась к худшему. Неужели мужчина был настолько беспечен, что не оставил после себя обязательного для всех охотников завещания, и теперь все его скопленное за долгие годы имущество переходило в городскую казну? Она уже мысленно пыталась найти выход из этой ситуации, лихорадочно вспоминая всех именитых жителей города, на которых можно было надавить, чтобы добиться от них помощи в этом непростом деле, ведь вырвать из цепких рук золото будет посложнее, чем убить даже самого опасного демона. Поэтому ответ домоправительницы стал для нее полнейшей неожиданностью, заставив сбиться с шага и остановиться, недоверчиво и непонимающе глядя на нее.
— Хозяин, все, чем владел, завещал вам, передавая в ваше полное распоряжение золото, дома и шахты…
— Зачем? — Оторопело прошептала Кира, с трудом заставив себя заговорить.
— Он понимал, что его семью смогут с легкостью обобрать до нитки, ведь мы все простые люди и ничего не смыслим во всех этих делах, связанных с деньгами. А вы сможете распорядиться ими с умом. Хозяин знал, вы не оставите его мать и сестер. И поможете остальным…
— Когда возлагаешь на другого такую огромную ответственность, нужно предупреждать об этом.
— Он надеялся, что вы выполните его последнюю волю. Вот только случилось это слишком быстро…
Плакала Ирма страшно: беззвучно, сдерживая слезы, судорожно сжимая бледные, искусанные в кровь губы, чтобы не позволить сдавленным стонам сорваться с них. Кира отвела взгляд, позволяя ей выскользнуть из комнаты, чтобы попытаться взять себя в руки и успокоиться.
Вот только у нее это не получалось. Наверное, было бы проще выплакать свою боль со слезами, так, как это делала домоправительница, но глаза оставались предательски сухими.
Только внутри все больше и больше с каждой минутой разрасталась какая-то тьма, медленно, но неотступно захватывающая сознание, окутывающая ее пеленой безразличия и какого-то оцепенения.
Кира без сил опустилась в ближайшее кресло, ссутулившись и сжав безвольно опущенные между коленями руки в замок, бессмысленно глядя в одну точку на полу. Рин поступил не слишком честно, вовлекая ее в дела своей семьи, но отказаться выполнить его последнее желание она никогда не осмелилась бы. К тому же, охотница хорошо знала его семью, поэтому прекрасно понимала, что кроме нее у них теперь действительно не осталось никого, кто мог бы им помочь.
— Я хочу вам кое-что показать, — Ирма неслышно вошла в комнату, тонущую в полумраке, скрадывающем очертания предметов мебели, беззвучно ступая по толстому ковру, остановившись в паре шагов от нее. Она уже сумела справиться с собой и успокоилась, хотя и было заметно, что это ненадолго.
Кира заставила себя подняться с кресла и пойти вслед за домоправительницей, уходящей по едва освещенному парой зажженных магических светильников коридору вдаль, доставая из кармана связку ключей. Она терпеливо ждала, пока женщина найдет нужный ключ и сможет открыть замок, не понимая, зачем было вообще запирать ее, ведь никогда прежде не сталкивалась с закрытыми дверями в доме Рина.
Зайдя в просторное, темное помещение вслед за Ирмой, Кира прищурилась, пытаясь рассмотреть хотя бы что-то в темноте. Тусклый, бледный свет, проникающий сквозь высокие окна, едва освещал очертания каких-то коробок или ящиков, заставив охотницу непонимающе нахмуриться.
— Я никогда здесь не была раньше.
— Я тоже, — после короткого молчания призналась женщина, целеустремленно направляясь куда-то в сторону, видимо, зная, куда и зачем, — при жизни хозяина…
Кира зажмурилась, когда неожиданно ярко и ослепительно вспыхнуло одновременно множество светильников, заливая большую комнату с высокими стенами ослепительным и ровным светом, ударяя по болезненно отреагировавшим глазам.
— Хозяин никому не позволял заходить сюда, говорил, что здесь хранится оружие, и мы все можем случайно пораниться. Еще и шутил, что кто-нибудь из служанок обязательно полезет вытирать пыль с арбалетов. Я нашла ключ в ящике стола, в его кабинете.
Кира недоуменно приподняла брови, удивленно осматриваясь по сторонам. Больше всего эта странная комната, которая, судя по красивому орнаменту на стенах, узорному полу и колоннам в углах, раньше была гостиной, напоминала сейчас кладовую, забитую до отказа всевозможными вещами. Охотница нахмурилась, разглядывая сложенные аккуратной стопкой древние фолианты в золоченых переплетах, украшенных россыпью мелкого жемчуга, лежащих на невысоком приставном столике из красного дерева. Рядом, на полу, стоял огромный, немного приоткрытый, сундук, из которого выглядывал пушистый воротник меховой накидки из горностая. Собственно, догадалась она об этом только потому, что когда-то сама облизывалась на такую, но не стала тратить деньги на бессмысленную роскошь. Присев, Кира приподняла крышку сильнее, подтверждая свою догадку. Великолепная накидка с рубиновыми пуговицами была небрежно брошена поверх груды пестрых и ярких мехов.
Многочисленные шкатулки и резные коробки занимали не только столики, кресла и диванчики, они стояли на подоконниках и просто на полу, образуя большие горы. В одних были книги и манускрипты, другие с трудом закрывались, забитые до отказа всевозможными украшениями или резными хрустальными флакончиками с духами и эфирными маслами. Отдельно в углу стояли небрежно сдвинутые в сторону плетеные корзины с винами, рядом высились мешки с чаем различных сортов.
— Рин не решался сделать кому-то подарки? — Прокашлявшись, чтобы избавить голос от неожиданно появившейся хрипоты, задала очевидный вопрос Кира, мысленно возвращаясь к их разговору, состоявшемуся довольно давно, когда мужчина признался, что не Марту, бывшую тогда его возлюбленной, он хотел бы видеть рядом с собой в роли жены и матери своих детей. Неужели он действительно кого-то любил все эти годы, но так и не признался в этом даже ей, хотя Кире казалось, что они для этого были довольно близки?
— Да. Он годами собирал все это здесь. И я думаю, не просто так…
— Мне казалось, он никогда не был робким в том, что касалось дел сердечных, — Кира хотела пошутить, но ее слова прозвучали слишком горько для беззаботной шутки.
Ирма все же улыбнулась, через силу заставив губы сложиться в подобие улыбки, больше похожей на гримасу. Она прошла вперед, к камину и взяла в руки какое-то украшение, рассматривая его поближе.
— Наверное, он просто понимал, что с этой женщиной у него ничего не получится…
— И кто же она?
— Думаю, вы знаете ее гораздо лучше, чем я, — Ирма прозаично и не весело усмехнулась, возвращаясь назад и протягивая ей нитку сверкающих камней, не узнать которые Кира не могла. Они были настолько редки, что из них делали только подобные украшения — просто насаживали на незаметную нить. Идеально круглые, большие светло-коричневые камни, в чьей сердцевине сверкали золотистые вкрапления, образующие замысловатый узор, индивидуальный для каждого. Нить из одинаковых камней, встречающихся в природе в ограниченном количестве, стоила баснословных денег. И именно такую она несколько лет назад увидела на шее одной именитой дамы из средней аристократии, когда они вдвоем выполняли очередное задание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
