Не став ждать от нее ответа, Ирма потихоньку вышла из комнаты, оставив дверь слегка приоткрытой. Охотнице показалось, что ей даже стало немного легче после этого разговора, словно она, наконец-то, сняла с души непосильный груз и призналась в том, что давно хотела открыть. А теперь ее совесть была чиста… Видимо, свой последний долг перед Рином она выполнила…
Кира не знала, сколько времени просидела в комнате, на том самом сундуке с бесценными мехами, бездумно глядя в пол, покрытый замысловатыми узорами, образованными длинными и извилистыми прожилками на розово-сиреневом мраморе. Просто в один момент подняла голову и увидела, что за окнами начинает светать. Яркое освещение не позволяло первым робким лучам скользнуть в комнату, чтобы заявить о своем появлении, отгоняя их назад, вместе с рассветом, оставляя за ночью право властвовать в этих стенах.
Она быстро поднялась и торопливо вышла из комнаты, только за дверями с трудом переведя дух, понимая, насколько сильно устала. Казалось, вся окружающая обстановка просто выпила из нее последние силы, как физические, так и моральные…
Найти спальню Рина не составило труда. Она несколько раз бывала в просторной, светлой комнате, обставленной самой необходимой, добротно сделанной, но совершенно обычной мебелью. Единственная уступка, которую охотник позволил себе, чтобы не проводить ночи в роскошных покоях, где ему было бы откровенно неуютно. Хотя остальные спальни остались нетронутыми, Кира знала об этом не понаслышке, ведь в свое время тщательно и досконально изучила каждую из них, восхищаясь красотой и богатством убранства, подобранного с огромным вкусом и изяществом.
Она неуверенно приоткрыла дверь, задержав на ней руку, словно боялась потревожить сон мирно отдыхающего мужчины. Кира заставила себя отвести руку, зябко поежившись, и решительно шагнула внутрь. Нужно было сделать это давно, много лет назад, заняв место, подаренное ей судьбой, теперь потерянное для нее навсегда…
Непослушными пальцами расшнуровав высокие сапоги, она автоматически сняла куртку и отстегнула пояс с ножнами, бросив их рядом, на пол. Скользнув ладонью по простому льняному покрывалу, Кира забралась в постель, укрываясь сверху свободным уголком, утыкаясь носом в большую, взбитую подушку, сохранившую запах чабреца…
Сильный спазм сжал горло, слезы, которые она уже не могла контролировать, безостановочно потекли из глаз, впитываясь в мягкую, белоснежную ткань.
Все это время она яростно доказывала мужчине, что ей не нужна его опека и забота, что она прекрасно может справиться и без него… Теперь она могла демонстрировать свою независимость всем и каждому, только какой от этого был прок, если в этой жизни она была нужна только одному человеку? Рин был единственным, кого действительно волновало ее благополучие и счастье… А всем остальным было совершенно плевать, жива ли строптивая и, как многие считали, высокомерная охотница, или давно сдохла в каком-нибудь заброшенном склепе, став одним из его постоянных постояльцев…
Тихий звук разбудил Киру, которая сама не заметила, как уснула. Усталость и обреченность решили сделать ей поблажку, погружая в глубокий и беспокойный сон, с невероятно быстро сменяющимся калейдоскопом событий, не позволяющим ей на самом деле отдохнуть. Охотница с трудом разлепила слипшиеся ресницы и приоткрыла воспаленные глаза, отозвавшиеся резкой болью, словно кто-то крайне добрый щедро бросил ей в лицо пригоршню песка. Дезориентированная неожиданным пробуждением, вырвавшим ее из сна, который никак не желал ее отпускать, она даже выдохнуть не успела, как оказалась прижата к кровати сильным рывком, вдавившим ее тело в жестковатый матрас. Крепкая рука сжала горло, мешая дышать и не позволяя вырваться. Кира обхватила ее обеими руками, пытаясь оторвать от собственной шеи, или хотя бы немного ослабить захват. Сдавленный звук вырвался из горла, вместе с последним воздухом.
— Кира?! — До боли знакомый голос отозвался в ее ушах звоном.
Хватка мгновенно ослабла, пальцы, крепко сжимающие ее шею, напряженно дернулись и разжались, позволяя ей сделать судорожный, глубокий вдох и раскашляться.
Покрывало, которым она укуталась вся, с головы до ног, завернувшись в него, словно в кокон, резко скользнуло вниз, заставив ее быстро заморгать.
Судя по яркому свету, заливающему комнату, уже давно наступил день…
Охотница перевела обреченный взгляд на обладателя едва не придушившей ее руки, глядя на мужчину, стоящего одним коленом на кровати рядом с ней совершенно равнодушно и спокойно, с четким осознанием и пониманием того, что у нее начались галлюцинации.
Ее психика решила, что это уже слишком, поэтому она просто снова закрыла глаза и потянула на себя покрывало, чтобы не слишком храбро спрятаться под ним от видения, не желающего никуда исчезать.
— Что случилось? Почему ты здесь?
Говорящая и очень настырная галлюцинация упорно отказывалась оставлять ее в покое, продолжая задавать бессмысленные вопросы.
Что она здесь делает? Оплакивает его смерть…
— Чью смерть? — В сильном, взволнованном голосе явно прозвучало удивление и непонимание. — Да что с тобой такое?
— Твою смерть, — охотница закопалась в покрывало поглубже, обнимая обеими руками подушку. Какая разница, если она поговорит с прилипчивым видением и расскажет ему о том, что происходит. Может, это поможет, и оно от нее отстанет.
— Мою? — Галлюцинация оказалась еще и на редкость недогадливой. А еще в ее голосе отчетливо звучал откровенный шок, быстро сменившийся пониманием. С рычащими и раздраженными нотками она добавила. — Зараза!
— Согласна, — покорно кивнула в своем укрытии Кира, затем не выдержала и взмолилась. — Оставь меня в покое. Можно я еще немного поплачу, а потом сойду с ума, раз уж тебе так сильно этого хочется?
— Да вашу ж мать, — не сдержалось видение, добавляя россыпь цветистых и изощренных ругательств сразу на нескольких языках.
После чего она оказалась безжалостно выдернута из своего ненадежного убежища и извлечена наружу. Удерживая ее без труда на вытянутой руке, как котенка, мужчина быстро заскользил по ней взволнованным, испытующим взглядом.
— Кира? — Теперь в его голосе слышалась откровенная паника.
Подумав, охотница согласно кивнула, подтверждая, что он, кем бы ни был на самом деле, угадал ее имя, и закрыла глаза, не обращая внимания на удерживающую ее на весу руку.
— Ирма!!!
Громкий крик, с явно злыми, сбивающимися на рычание нотками, разнесся по комнате, заставив ее широко распахнуть глаза и непонимающе уставиться на бледного мужчину, не сводящего с нее встревоженного взгляда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
