В 2 часа дня их величества с великим князем Сергеем Александровичем посетили Московское родовспомогательное заведение,[288] откуда государь проехал в Архив министерства иностранных дел,[289] а императрица – в Николаевский сиротский институт.
Вечером состоялся бал у великого князя в присутствии их величеств и всех прибывших в Москву членов императорского дома. Я дирижировал и, признаться сказать, не без волнения. Первый раз мне пришлось быть распорядителем в танцах, в коих принимали участие высочайшие особы и среди них императрица. Надо было ничего не упустить, чего требовал этикет, помнить, что перед началом каждого танца или фигуры в кадрили следовало подходить к императрице, прося ее разрешения, и уже после этого давать сигнал оркестру. Надо было следить, чтобы места высочайших особ никем не были заняты, чтобы им всегда было достаточно места для танцев, и делать все это незаметно, чтобы не бросалось в глаза. Приглашенных было более пятисот, так что в зале было довольно тесно, и это увеличивало трудность распоряжения танцами.
Государь стоял в дверях во время танцев и внимательно следил, несколько раз обращался ко мне с вопросами, спрашивая фамилии некоторых танцующих офицеров. Мне было очень лестно узнать на другой день от великого князя, что государь сказал ему о моей манере дирижировать несколько весьма одобрительных слов. К счастью, бал прошел блестяще, как говорили все окружающие. Я танцевал 1-ю кадриль с m-lle Ридигер, фрейлиной великой княгини Марии Павловны, 2-ю с m-lle Жедринской, 3-ю с Непокойчицкой и мазурку с П. А. Хрулевой. Высочайшие особы со мной не танцевали, так как с дирижером они не танцуют, я только открыл бал с великой княгиней Ксенией Александровной, сделав с нею тур вальса.
На другой день, 15-го числа, было торжественное богослужение в Успенском соборе в присутствии их величеств по случаю 10-летней годовщины со дня их священного коронования, после чего на Театральной площади состоялся высочайший смотр войскам Московского гарнизона: впереди 6-го гренадерского Таврического полка, салютуя государю, проследовал шеф полка маститый фельдмаршал великий князь Михаил Николаевич, а на правом фланге Донского № 1 казачьего полка – августейший атаман всех казачьих войск наследник цесаревич. После парада состоялся завтрак у их величеств, на который были приглашены начальники отдельных частей.
Днем в 3 часа их величества посетили Елизаветинский институт.
Вечером после всенощной их величества обедали у великого князя. В этот день, согласно высочайшего повеления, по случаю кануна Троицына дня иллюминации в городе и никаких увеселений не было. В день Святой Троицы 16-го мая их величества присутствовали на богослужении в дворцовой церкви Рождества Богородицы.
После завтрака их величества посетили клиники Императорского Московского университета. Осмотр клиник занял около 3-х часов времени. Их величества очень внимательно все осматривали, разговаривали со многими больными и персоналом клиник. Клиники произвели на государя прекрасное впечатление. Когда государь проезжал из клиник по Девичьему полю, то несметные толпы народа приветствовали его, все поле – это было море голов. Из клиник их величества проехали в Третьяковскую галерею, где были встречены городским головой К. В. Рукавишниковым, П. М. Третьяковым с семьей и членами городской управы.
Во время обзора картин я случайно сделался невольным свидетелем сильного впечатления, которое произвела на юную великую княжну Ксению Александровну картина Репина «Убийство Иоанном Грозным своего сына». Улучив минуту, когда все были далеко в других залах, великая княжна Ксения Александровна отделилась от всех и вернулась к картине Репина. Я застал ее в тот момент, когда она одна в этом зале с каким-то страхом на лице, впивалась в эту жуткую картину. Услыхав мои шаги, она вздрогнула, с испугом посмотрела на меня и побежала догонять их величества, мне показалось, что глаза ее были полны слез. В этот день я был дежурным при великом князе и потому всюду в течение дня сопровождал их величества.
В 6 часов вечера в Большом Кремлевском дворце состоялся парадный обед. Приглашенных было 170 человек.
Во время обеда артистами императорской оперы был исполнен концерт по следующей программе:
1. Вступление к опере «Лоэнгрин» Вагнера (исп. оркестр).
2. Ария Зарастро из оперы «Волшебная флейта» Моцарта (исп. г-н Трезвинский и мужской хор).
3. Песнь любви из оперы «Валькирия» Вагнера (исп. г-н Кошиц).
4. Вальс цветов из сюиты «Щелкунчик» Чайковского (исп. оркестр).
5. Финал 4-го действия из оперы «Мефистофель» Бойто (исп. г-жа Дейша-Сионицкая, Звягина, гг. Донской, Барцал, Власов, хор и оркестр).
6. Вакханалия из оперы «Самсон и Далила» Сен-Санса (исп. оркестр).
7. Финал 1-го действия из оперы «Лоэнгрин» Вагнера (исп. г-жи Эйхенвальд и Крутикова; гг. Донской, Корсов, Трезвинский, хор и оркестр).
8. Терцет из оперы «Корделия» Соловьева (исп. г-жи Маркова, Крутикова, Павленкова, хор и оркестр).
9. Хор песенников из оперы «Нижегородцы» Направника (исп. г-жа Климентова и хор под управлением Авранека).
10. Полонез из оперы «Евгений Онегин» Чайковского (исп. оркестр).
После обеда назначен был отъезд их величеств в Петербург. Ввиду этого народ еще с 5-ти вечера стал стекаться в Кремль и на те улицы, по которым должен был следовать государь. К 7-ми часам уже по всему пути следования народ стоял широкими массами в ожидании. Трудно сказать, где было больше народа; везде толпились массы; особенное стечение было на площадях Театральной, Лубянской и Каланчевской.
По пути следования их величеств по одну сторону улицы были выстроены шпалерами войска московского гарнизона с хором музыки на правом фланге, по другую сторону стоял народ.
В половине девятого часа их величества вместе с августейшими детьми оставили Кремлевский дворец и направились на вокзал при звоне колоколов и при неумолкаемых кликах народа. У Иверской часовни их величества и высочества вышли из экипажа и прикладывались к Чудотворной иконе Иверской Божией матери. Затем продолжали путь дальше. Оркестры музыки, бывшие при войсках, исполняли народный гимн. Восторженные клики населения столицы не прекращались по всему пути до Николаевского вокзала. Улицы по пути следования их величеств были иллюминованы, а также вокзалы. Вместе с их величествами на вокзал прибыли также все августейшие особы. Поезд уже стоял у платформы. На вокзале императрица очень ласково подала мне руку и простилась со мною, наследник просил меня дать ему какое-нибудь поручение в полк; он в то время командовал 1-м батальоном Преображенского полка. В Клин великий князь не провожал царский поезд, поэтому с вокзала, по отходе императорского поезда, вернулись домой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
